ЮЭл – Фальшивая истинная ледяного дракона (страница 39)
Я начал ходить. Шаг туда. Шаг обратно. Они отдавались в голове гулом, словно марш перед казнью.
Эвелина врала. Смотрела прямо мне в глаза — и врала.
МНЕ!
Человеку, который знает всё.
Я видел ложь в улыбках министров и в клятвах солдат. Я слышал её в дрожащих голосах любовниц представителей элиты и в молитвах тех, кто молился лишь из страха.
Ложь всегда пахнет одинаково. А у неё… у неё она пахла иначе. Упрямством. Смелостью.
Я остановился у окна, сжав кулаки.
Она не дрогнула. Не отступила, не сломалась.
И на секунду… на одну проклятую секунду меня посетила мысль: а что, если она не истинная… но всё равно умудрилась влюбиться? В Нордхольда.
Эта мысль была настолько абсурдной, что я почти рассмеялся. Смех сменился яростью.
Второй раз я не переживу победы Кайрена.
Первый раз я проиграл ему поле боя. И он получил всё: Северные легионы, славу, королевское доверие.
Всё было его.
И теперь…
Теперь даже девчонка, которая должна была стать ничем, стояла за его спиной и произносила его имя так, будто оно защищает её.
Я резко развернулся и со злостью пнул стул. Он отлетел в сторону. Схватил второй и, не думая, швырнул в дверь. Дерево треснуло, щепки разлетелись по полу.
И в этот же миг дверь приоткрылась. Тонкая тень скользнула внутрь.
— Я так понимаю, ужин прошёл не очень хорошо? — прозвучал голос, сладкий, как яд.
Она стояла в проёме, безупречная, как всегда: чёрное платье, тёмные губы, взгляд, в котором было слишком много понимания.
— Эта малявка мне врёт, — процедил я.
Вивьен вошла и закрыла дверь.
— Да, — сказала она. — Мне она тоже врала.
Она подошла ближе, ступая плавно, как кошка.
— Но знаешь… она удивительна.
Я поднял взгляд.
— Удивительна?
— Есть в ней что-то…
— Смелость. Глупость. Чистота, — отчеканил я, подходя к бутылкам и наполняя бокал.
— А ещё, — добавила она мягко, — я думаю, ей нравится Нордхольд.
Я усмехнулся холодно.
— Не уверен, что он ей нравится.
— Она его уважает, — поправила Вивьен.
— Она его боится, — отрезал я.
Вивьен покачала головой.
— Нет. Бояться — значит отступать. А она готова его защищать.
Она подошла ближе.
— Для женщины это почти любовь.
Я сжал челюсть.
— Хочешь сказать, она уже близка к этому?
— Нет, — её губы дрогнули. — Но она недалека. И, что хуже всего… она сама этого не понимает.
Я отвернулся, но она продолжила:
— Пока Нордхольд для неё — большой, грозный серый волк.
Вивьен подняла руку и провела пальцами по моей щеке.
— Скажи, Сайлас… ты действительно ею заинтересовался?
Я не ответил. Она улыбнулась.
— Это из-за того, что она не хочет быть с тобой?
Молчание было ответом. Я резко повернул голову.
— Я определённо её желаю.
Вивьен не удивилась.
— И определённо не желаю, чтобы она была с этим напыщенным индюком, — добавил я тише.
Её улыбка стала шире. И в этот момент раздался стук. Не в главную дверь.
Вивьен медленно повернула голову в сторону платяного шкафа. Посмотрела на меня, понимающе кивнула и исчезла.
Она знала: моя служба — это тайны. И я не собираюсь открывать их даже ей.
— Да, — сказал я.
Шкаф сдвинулся в сторону, открывая узкий проход. Из темноты вышел один из моих людей. Лицо напряжённое. Глаза острые.
— Докладывай.
Он не стал тянуть.
— В поместье пробрались враги.
Я медленно опустился в кресло. Теперь ярость исчезла. Осталась холодная ясность.
— В поместье пробрался преступник, — повторил он.
Я сложил руки в замок, забывая на время о леди Нордхольд.
— Подробнее.
Глава 43. Звать некого.
Эвелина Мэрроу.
Я возвращалась в покои медленно. Слишком много мыслей для одного вечера.