Ю. Несбё – Полет летучей мыши (страница 42)
Владельца «Спрингфилд-Лодж» звали Джо, он был грузным и добродушным парнем и вот уже почти двадцать лет разумно и исправно заправлял своим потрепанным заведеньицем в Кингз-Кросс. Заведеньице было ничем не лучше и не хуже других ночлежек в этом районе, никто из посетителей не жаловался. Во-первых, Джо всегда сохранял свое добродушие. Во-вторых, он всегда показывал комнаты своим постояльцам и предоставлял пять долларов скидки, если те останавливались больше чем на одну ночь. А в-третьих – самое главное, – ему каким-то образом удавалось уберечь заведение от туристов, пьяниц, наркоманов и проституток.
Незваные гости и те не могли не любить Джо. Потому что в «Спрингфилд-Лодж» никого не сверлили взглядом при входе и не просили убраться, а с извиняющейся улыбкой говорили: «Простите, мест нет, но приходите на следующей неделе – возможно, они появятся». Отлично разбираясь в людях, Джо почти мгновенно решал, кому лучше отказать, глаза у него не бегали, и он редко нарывался на грубость. Но иногда он все же ошибался в своих клиентах и порой горько об этом сожалел.
Именно о подобных случаях вспоминал Джо, пытаясь за пару секунд оценить, что представляет собой высокий блондин в простой, но качественной одежде – значит, деньги у него есть, но он не совсем вправе ими распоряжаться. Иностранец – большой плюс. Проблемы в основном возникают с австралийцами. Туристы с рюкзаками и спальниками часто закатывают дикие попойки и крадут полотенца. А у этого чемодан, к тому же не слишком потрепанный. Значит, владелец не так уж часто переезжает с места на место. Конечно, небрит, но волосы чистые. К тому же аккуратно постриженные ногти и зрачки как будто нормального размера.
Общее впечатление, как и то, что незнакомец положил на стол карту «VISA» и отрекомендовался сотрудником норвежской полиции, заставило Джо повременить со своим «Извините, мест нет…». Но человек был пьян. Причем в стельку.
– Вижу, вы заметили: я немного выпил, – сказал иностранец на гнусавом, но удивительно грамотном английском, уловив сомнения Джо. – Предположим, я устрою в комнате дебош. Будем исходить из того, что я разобью телевизор и зеркало в ванной и меня вырвет на обои. Такое бывало. Если я сейчас внесу тысячу долларов, это покроет убытки? К тому же я могу напиться и до такой степени, что буду не в состоянии шуметь, мешать остальным постояльцам или выползать в коридор.
– Извините, но на этой неделе мест нет. Возможно…
– Вашу гостиницу мне порекомендовал Грег из «Бурбон энд Биф». Он передавал привет Джо. Это вы?
Джо смерил его взглядом.
– Не заставляйте меня пожалеть об этом, – сказал он и протянул ему ключ от комнаты номер 73.
– Привет, Биргитта, это Харри. Я…
– У меня гости, Харри, я сейчас не могу говорить.
– Я только хотел сказать, что и не думал…
– Послушай, Харри. Я на тебя не злюсь. Никто не пострадал. К счастью, человек, которого знаешь без году неделю, сильно ранить не может. Просто не хочу больше с тобой иметь дела. Ясно?
– Нет. Не в том…
– Я же сказала, у меня гости. Желаю удачно провести остаток командировки и вернуться в Норвегию целым и невредимым. Пока!
…
– Пока.
Тедди Монгаби не понравилось, что Сандра на всю ночь ушла с тем полицейским из Норвегии. Это пахло неприятностями. Поэтому, когда он увидел, как этот полицейский, шатаясь и размахивая руками, идет к нему по Дарлингхерст-роуд, его первым желанием было сделать два шага назад и исчезнуть в толпе. Но любопытство одержало верх, и, скрестив руки на груди, он загородил дорогу дрейфующему копу. Норвежец хотел обойти его, но Тедди вцепился ему в плечо:
– Уже не здороваешься, приятель?
Приятель мутными глазами посмотрел на него.
– Сутенер… – вяло отреагировал он.
– Надеюсь, Сандра оправдала ожидания, констебль?
– Сандра? Секунду… Сандра была на высоте. Где она?
– Вечером свободна. Но я могу предложить констеблю кое-что еще.
Полицейский шатнулся, но устоял на ногах.
– Отлично. Отлично. Давай, сутенер. Предлагай.
Тедди рассмеялся:
– Сюда, констебль.
Он проводил пьяного полицейского по лестнице в клуб и усадил его за стол напротив себя, так, чтобы норвежцу была видна сцена. Тедди щелкнул пальцами – и рядом тут же оказалась легко одетая женщина.
– Пива, Эми. И пусть Клодия для нас станцует.
– По программе следующее выступление только в восемь, мистер Монгаби.
– Значит, это будет вне программы. Ну же, Эми!
– Хорошо, мистер Монгаби.
На губах у полицейского появилась идиотская ухмылка.
– Я знаю, кто придет, – сказал он. – Убийца. Придет убийца.
– Кто?
– Ник Кейв.
– Ник – кто?
– С певицей-блондинкой. На ней, конечно, парик. Как и на других. Слушай…
Ритмы диско смолкли, и норвежец поднял руки, будто намереваясь дирижировать симфоническим оркестром. Но музыка все не звучала.
– Я слышал об Эндрю, – сказал Тедди. – Ужасно. Я так понял, он повесился. Можешь мне объяснить, с чего бы такой жизнерадостный парень, и вдруг…
– У Сандры есть парик, – говорил полицейский. – Он выпал у нее из сумки. Поэтому я не узнал ее, когда она спустилась сюда. Именно сюда! Эндрю и я сидели вон там. Я пару раз видел ее на Дарлингхерст-роуд, когда только приехал. Но тогда на ней был парик. Светлый. Почему она больше его не надевает?
– Ага, констебль предпочитает блондинок. Тогда у меня, кажется, есть кое-что подходящее…
– Почему?
Тедди пожал плечами.
– Сандра? Скажем так. Несколько дней назад ее крепко избил один парень. Сандра утверждает, что из-за парика. Поэтому она решила пока его не надевать. Знаешь, на случай, если тот тип появится снова.
– Кто?
– Не знаю, констебль. Но и знал бы – не сказал. В нашем деле конфиденциальность на вес золота. И ты наверняка тоже знаешь ей цену. Я плохо запоминаю имена, но тебя, кажется, зовут Ронни?
– Харри. Мне нужно поговорить с Сандрой.
Он попытался встать и опрокинул поднос, на котором Эми принесла пиво. Потом тяжело перегнулся через стол.
– Где? У тебя есть ее номер, сутенер?
Тедди жестом приказал Эми уйти.
– У нас такой принцип: мы никогда не даем клиентам адреса и телефоны девочек. Ради их же безопасности. Ты ведь понимаешь? – Тедди уже жалел, что не последовал своему первому побуждению – держаться подальше от этого пьяного и несговорчивого норвежца.
– Понимаю. Номер!
Тедди улыбнулся:
– Говорю же, мы не даем…
– Живее! – Харри схватил Тедди за лацканы его пиджака с блестящими побрякушками, обдав запахом виски и желчи.
Из колонок полилась вкрадчивая гитарная музыка.
– Считаю до трех, констебль. Не отпустишь – позову Ивана и Джефа. Тогда тебе придется выйти подышать свежим воздухом. За задней дверью, знаешь ли, есть лестница. Двадцать крутых и твердых ступенек.
Харри усмехнулся и усилил хватку.
– Думаешь, я испугаюсь, сутенер хренов? Посмотри на меня. Я и так по уши в дерьме, мне не страшно в него вляпаться.
Тени за стойкой зашевелились. Харри повернул голову, и в это мгновение Тедди вырвался и ударил его. Падая, Харри прихватил с собой стол вместе со стулом. Вместо того чтобы подняться, он разлегся на полу и стал хохотать. Подошедшие Джеф и Иван вопросительно уставились на Тедди.
– Вышвырните его, – сказал тот.
Гора мышц по имени Джеф легко перекинула Харри через плечо.