Ю. Назаренко – 2050. С(ов)мещённая реальность (страница 3)
— Хозяин, хозяин! Не забудьте одеть симуляционные очки! А то вас опять оштрафуют!
Я подключаю вас к Миру Департамента.
Пока не нужно? Но, Хозяин...
***
Привет, сержант! Честь имею!
Хорошо стоишь на своём посту. Вот так и стой, пока не сменят.
Видишь, я в очках, рамка на пропуск не звенит. Штрафовать меня на этот раз не за что, верно?
Вот же солдафон, даже не шелохнулся. Молодца!
Ну вот, потянулись знакомые до оскомины пустые коридоры Департамента. Сплошной серый бетон справа, слева, под ногами, над головой. Тусклый свет выхватывает редкие, всегда плотно запертые двери, за которыми люди – тоже нечастые гости...
Эй-эй! Поосторожнее, ты, неуклюжая телега для доставки кофе и бургеров! Ты мне чуть ногу не переехал, робот безмозглый! Не видишь свою разметку?
А ну-ка, постой, приятель...
Да у тебя, похоже, сбой программы или даже что-то с оптикой.
Макс, отправь номер этого горе-болида в сервисную службу, пусть приведут в порядок. А то так и до ДТП в лифтовом холле не далеко!
Не по себе как-то.
Мутит.
То ли от протеинового кофе, то ли давление в скоростной кабине не отрегулировано. То ли не надо было вчера джин пивом полирова...
Да что ж такое! Почему остановка?
Этаж... ещё восемьдесят второй.
Странно. Вызвать лифт кто-то вызвал, а заходить, похоже, не собирается. Вокруг - ни души!
Действительно странно... на этих этажах обычно шуток не шутят.
Ну-ка, ну-ка, а это у нас что? Там, в глубине коридора?
Ого! Генеральская пелерина?
Да нет же – сенаторский плащ!
Не может быть! Померещилось...
Стой! Не закрывайся, не сейчас!
Тупая коробка!
Во вновь распахнутый зев кабины глазеет только необитаемая полутьма.
Ни звука, кроме монотонного шелеста лопастей за стенной панелью.
Ну, конечно! Будет лифт ждать, пока ты разглядишь, кто там шныряет по этажу Кибербезопасности, сверкая золотой перевязью.
Но мне не померещилось, нет. Я уверен!
Клянусь, это был Мудрейший!
Один из них. Прямое доказательство – отсутствие данных этой промелькнувшей особы на моём виртуальном экране.
Сенатор собственной персоной – редкостная птица даже здесь, в Департаменте...
Что-то на Островах? Похищение? Убийство?
Как пить дать!
Ух,давно же не было подобного веселья!
И под левой лопаткой страсть как зачесалось! Это точно к большому делу, провалиться мне до первого этажа!
Семьдесят седьмой, семьдесят шестой...
Мой семьдесят пятый. Аллилуйя!
Говорил же мне добрый Куратор, не клянись чем попало - может исполниться. Пронесло!
А! Кашил, дружище!
Снова толчёшься у кофемашины? Сосёшь протеиновую жижу, как обычно? Гляди, пузо из штанов выскочит!
Да ладно, вольно. Здесь все свои.
Спрашиваешь, как мне твой новый Персонаж?
Хм... думаешь, стоит подключиться к Миру Департамента, чтобы его увидеть?
Да ну! Рассказывай! Не ожидал от тебя такой фантазии, старина. Ха!
Ладно, подключусь чуть позже и заценю.
Как, кстати, твоя социальная ячейка, детишки? Всех своих шоколадно-курчавых губастиков по апартаментам расфутболил?
Нет? Один мелкий пока с вами?
А ведь ты так и не показывал мне её видеокарточку.
Кого? Компаньонки твоей, конечно!
Которой из них?.. Так это... всех выкладывай!
Ах, вот как?
Нет, карточка твоего компаньона мне, пожалуй, не нужна.
Ладно-ладно, в следующий раз покажешь.
Отличных тебе Миров, приятель!
Макс, доложи капитану обо мне.
***
Капитан Салех! Старший лейтенант первой опергруппы Отдела Киберрозыска Департамента Общественной Кибербезопасности Зайд Хэйс в ваше распоряжение прибыл.
Честь имею!
Эх! Таки забыл подключиться к Миру Департамента.
А весёленький был в Мире кабинетик у капитана. Светлый, расчерченный солнечными лучами.
За полосками жалюзи парили контрфорсы Трибуны и купол Медины из Чикаго 50-х прошлого века. Кипы папок, того и гляди, готовы были обрушиться со столов на коробки с вещдоками. Беспомощно болталась на пружине и гудела трубка дискового телефона.
Вот здесь, вместо убогой тумбочки, пыжился милнеровский несгораемый сейф, а головой всё время приходилось задевать цепочку люстры-вентилятора.
В общем, всё - как в лучших двухмерных детективах столетней давности.
Сейчас же, без Мира...
Это всего лишь пустотелый ящик с жиденькой подсветкой, с видеокамерами да трубками стереопанелей по периметру. Примитивный стол и пара стульев.
Ну да! И симуляционное кресло капитана. Единственное, за что можно зацепиться глазу.
Высокая, очень худая фигура Салеха вышагивает по бетону, будто по воде, высоко поднимая ноги.
Узловатые пальцы живут своей жизнью, то оправляя форменную юбку, тесную даже для таких узких бёдер, то поднимаясь к потёртому, давно вышедшему из моды, корпусу очков.
За тусклым визором быстро-быстро катаются из стороны в сторону выпуклые белки глаз, считывая текст с виртуального экрана. Вот они замирают на мгновение, устремляются сквозь повисшие в воздухе буквы и придирчиво фиксируются на единственном пятне на противоположной стене.
Это маленькое зеркальце в простой оправе.
Капитан кокетливо поправляет гирлянду бус в вырезе кителя, убирает выбившуюся ультрамариновую прядь под фуражку и задевает локтем какую-то невидимую мне вещь. Нечто, похожее на лист бумаги, который тут же падает, порхая и не желая даваться в руки начальнику.
При этом аистиные ноги Салеха в чулках и мягких домашних тапочках спотыкаются о другой, столь же нематериальный, предмет. Капитан сердито отпинывает это новое недоразумение, едва ли сознавая, что ловит и пинает пустоту.
Раздосадованный, он отдувается, принимает озабоченный вид и обращается ко мне так, будто вовсе и не любезничал с полчаса назад.
— Хорошо, лейтенант. Отправляйтесь к Комиссару. Он вас ждёт.
Секунду... постойте! Получаю новое распоряжение.
Отставить!
Поднимитесь, Зайд, сразу к полковнику Штраубе, на 82-й. Выполняйте.
Хм... К полковнику, на 82-й? Кажется, я был прав насчёт хорошенькой заварушки, клянусьёмкостью своего биографенового импланта!
***
Макс, доложи обо мне полковнику Штраубе.
Занят?
Ясно. Подождать, так подождать...
Жарковато здесь, на верхних этажах.
Помню, где-то был кулер с водой...
А! Вижу. Как раз у решётки, за которой нагретый серверами Департамента воздух вращает лопасти электрогенераторов.
Вот и отлично. Лёгкий ветерок, пусть даже сухой и горячий, мне не помешает.
А это кто тут на водопое?
Белобрысый мозгляк Хассе, во плоти?
Да наше бунгало просто кишит реальными людьми, как тараканами! Разве сегодня Очная Ассамблея?
Чего он-то здесь забыл?
Снова напрашивается на урок, молокосос конопатый?
— Л-лейтенант Хэйс! Ч-честь имею! Прошу, п-примите, пожалуйста, мои п-поздравления с очередным успешным расследованием!
Ой, вы, к-кажется, не подк-ключены к Миру Департамента?
Вы стоите... п-прямо в кашпо с фикусом...
Простите, лейтенант, я не х-хотел... гы...
П-простите!
Я х-хотел, хотел ск-казать... в-вы... вы в великолепной форме, л-лейтенант Хэйс! Говорят, на Островах п-появился невероятно эффективный миостимулятор. Всего полтора-д-два часа и, не п-пошевелив пальцем, становишься обладателем г-груды мышц, как у У-у-усейна Болта из Олимпийских Миров. У в-вас, случайно, не такой на т-тестировании?
Вот же подхалим худосочный!
В кашпо я стою. С фикусом!
Ещё позволяет себе хихикать, мямля! Забыл, что перед ним Принимающий Покаяние и старший по рангу?!
Смирно, младший лейтенант Берг, когда обращаетесь к старшему по званию!
Соблюдайте субординацию и примите к сведению, что будете оштрафованы на восемь с половиной тысяч криптобаллов за явное обозначение моего мужского естества и, предположительное сексуальное домогательство!
— Л-л-л-лейтенант Х-хэйс! Вы-в-вы ш-шутите?
П-послушайте, я вовсе не х-хотел...
Простите, ст-тарший л-лейтенант Хэйс! Я даже не думал, клянусь! Я в-вовсе... Простите м-м-м-меня!
Эк перепугался, недотёпа! Оттопыренные уши рдеют, как помидоры, а кончик носа белее зубов. Так ловко его поддеть мне ещё не удавалось! Ха!
Фамильярничать вздумал, прыщ Кающийся!
А обязан каяться. Вот и пусть... кается.
Отставить, лейтенант Берг!..
— Лейтенант Хэйс, вас просят к полковнику Штраубе.
***
Ух, ни-че-го себе обстановочка!
Сколько здесь всяких старомодных финтифлюшек!
Деревянный паркет, обои, бюро с картинками, люстра с висюльками, стулья на гнутых ножках...
Ого! Даже шкаф с книгами! Муляжи?
В углу лимонное дерево с пупырчатыми фаберже. Тоже, наверняка, муляж.
Или живое?..
Портьеры со шнурками на окнах...
На окнах! Видно, я в Мир Департамента случайно включился...
Нет, отключён.
Настоящие окна! Никогда не замечал их снаружи.
Вот дела...
Сам полковник тоже интерьерчику под стать. Мясистый такой, основательный. Впечатляет, как облитые рейтузами ляжки утонули в настоящем кожаном кресле. Думаю, на таком седалище мягко даже без активации тактильных рецепторов!
Пухлые ручки полковника небрежно листают диаграммы прямо над кофейным столиком, отчего по комнате скачут, как зайцы, блики от многочисленных перстней.
Очки же вгрызлись в виртуальный экран так цепко, что длинные серьги в розовых ушах остаются абсолютно неподвижными.
Ленты бакенбард обрамляют щедро нарумяненные щёки, смыкаясь в аккуратно остриженные усы, что придаёт полковнику сходство со средневековым бароном. Откинутые за плечи волнистые локоны, как нельзя лучше, дополняют этот, отнюдь не игровой, образ.
Влажные от алой помады губы капризно морщатся, складываются в трубочку, потом снова растягиваются в обратный полумесяц. Барон... то есть полковник, что-то сверяет и рассчитывает.
Не поворачивая головы, бросает на меня острый взгляд.