Ю. Назаренко – 2050. С(ов)мещённая реальность (страница 29)
Ладно-ладно, как скажешь.
Я же не из Комитета по Расовой Унификации.
Хотя, на твоём месте я бы не выставлял на всеобщее обозрение мандалу с золотым колесом Дхармы и одевался бы как-нибудь... скромнее.
Ну, смотри сам. Как Принимающий Покаяние, ты можешь позволить себе кое-какие неформальности, а как босс - и того больше.
Вежливо-радостная улыбка Гопала будто прилипла к его толстым коричневатым губам.
Он согласно кивает головой, что-то отвечает. Улыбка, при этом, остаётся на своём месте, как у Чеширского кота.
Наконец, конструктор слегка сгибает туловище и жестом указывает на одно из мягких кресел.
С исследовательским интересом доверяю свои рецепторы объятиям гобеленовой обивки. Обнаруживаю рядом такой же мягкий пуф для ног, использую его по назначению и с удовольствием позволяю себе несколько секунд понаблюдать за тем, как нега разливается по членам. Сама, без помощи искусственных нейромедиаторов или сомабиса.
Я рад, правда, очень рад, что ты, Гопал... хоть ты остался прежним.
Так... долгая история, дружище.
Может, встретимся как-нибудь в Покинутом Городе за кружкой пива, поболтаем?
Предпочитаешь общаться только в Мирах? Хорошо, можно и в Мирах.
Послушай, Гопал, давно ли у тебя такой раздутый штат? А углеродный фильтр сетевых импульсов вам ведь неспроста организовали?
Похоже, вы что-то этакое рисуете для Департамента. Или, может, задачка от Правительства?
Вижу, тебе неслабо добавили терафлопсов и эксабайтов. Зачем это, приятель?
Гопал сидит в кресле напротив. Корпус его учтиво наклонён в мою сторону. В разрезе рубахи виднеется ритуальная подвеска, запутавшаяся в жёсткой растительности. Очень тёмная кожа лица выделяет крупные зубы, всё ещё обнажённые в любезной улыбке. Яркие белки глаз светятся сквозь полимер.
Наконец, верхняя губа спрямляет полоску подстриженных усов, а нижняя начинает вылепливать краткие, будто оборванные, фразы.
—От такого опытного сыщика, как ты, лейтенант Зайд, не скрыть.
Да, здесь можно говорить, думать всякое. О расах можно, да хоть о Сенаторах. Без проблем.
Если хочешь, можешь обругать своего Куратора, ха!
Хорошо, можешь и потом.
Покрытие ты верно заметил. Здесь везде гидрогенезированный углерод с ферромагнитными наночастицами. Глобальная Нейросеть нас как бы видит, но не слышит. Это от непроизвольных ментальных утечек.
Ну, ты понимаешь... Нет?
Но ты ведь почти угадал, Шерлок.
Подхалтуриваем мы тут немного, хе-хе!
Да, заказы идут с самого верха.
Не смотри в потолок. Бери ещё выше.
С Новых Касситерид!
Так-то.
Нестандартные заказы. Можно так сказать.
Есть о чём помалкивать. Даже мысленно. Поэтому фильтр.
Там, на Островах, большой дефицит Персонажей с... человеческими идентификаторами.
Да-да, ты верно услышал, лейтенант. Не ожидал?
Я знал, что удивлю тебя. Ха!
Такое бывает. Ну, ты понимаешь...
Нет?
Неожиданно, белые пятна между выпуклыми веками Гопала блеснули и сузились. Крупный торс откинулся на спинку кресла. Подбородок занял в пространстве откровенно самодовольную позицию.
Никогда я раньше не замечал таких перемен в своём старом знакомом.
Его маска добродушия лопнула, как мыльный пузырь, а приветливую улыбку сменила усмешка.
Неприятная такая усмешка. Маслянистая, надменная.
Нет сомнений, Гопал отлично сознаёт собственную исключительность.
В обществе, где творчество считается пороком, конструктор Миров чувствует себя легализованным демиургом.
Там, где искусство безвозвратно обратилось в криптографические клише, такие умельцы, как Гопал, имитируют его созидающую роль и штампуют шаблоны нашей замещённой реальности - предметы, биоформы, среду, технологии, звук, вкус, цвет. А, главное - нас самих в тех образах, которые мы выбираем себе в Мирах.
Ощущает ли он себя Богом? Возможно.
По крайней мере, в данную минуту Гопал мнит себя создателем не только цифровых тварей, но и человекообразных.
Блестящим ногтем большого пальца конструктор наглаживает холёный ус, едва прикрывая печать цинизма под ним.
—Всё просто, лейтенант Зайд.
Наши Мудрые Сенаторы тоже люди. Тоже смертные.
Им свой генофонд свежей кровью пополнять надо? Надо.
Как они это делают?
Правильно. Выбирают подходящих индивидов.
Скажи, какая девчонка не мечтает выносить будущего Сенатора? Каждый конкурс на роль Суррогатной Роженицы – шоу, интрига, слёзы. Бомба в Общественных Мирах.
Хотя решено всё, конечно, заранее.
Сам знаешь, досье в Нейросети есть на каждого. Ну, там, интеллект, здоровье, генотип и всё такое прочее.
О чём ты! Искусственные утробы? Ха-ха!
Искусственные утробы и даже Миры - это не для Сената!
Они ведь там больше по старинке. Натуральная пища, прогулки, спорт. Детишки учатся по полтора-два десятка лет. Бумажные книжки читают. И утробы для претендентов в Сенаторы тоже должны быть натуральными, здоровыми и счастливыми.
Только, вопрос – видел ли кто-нибудь вернувшуюся с Островов избранницу? Во плоти.
То-то и оно, что нет. В своих публичных Мирах они танцуют, лепят пирожные, чирикают с приятельницами. И заявляют, что жизнь на Островах их абсолютно устраивает. Что обратно на Континент они не собираются.
Вижу, ты тоже веришь в эту сказку, лейтенант Зайд.
А ну-ка, вспомни восьмую заповедь Новейшего Завета: «Целесообразность, рациональность и прагматизм – вот единая мера, какою мерите, и какой вам будут мерить».
Да, прагматизм и целесообразность – вот единая мера!
Для Суррогатных Рожениц возрастной ценз короткий – двенадцать-пятнадцать лет. Родит пару потенциальных наследников, и что с ней делать дальше? Со старухой-то? Ха!
Которая, к тому же, увидела и узнала много лишнего.
Ты бы что сделал?
Плотоядно оголившийся ряд верхних зубов с крупными клыками подсказывает мне ответ. Всё ещё не хочу признаться себе в том, что кратковременное равновесие было лишь иллюзией, и я продолжаю стремительно падать в какую-то бездну.
Вижу восторженное личико Полины: «Мне бы тоже очень хотелось участвовать в этом шоу, родить будущего Сенатора, а потом...».
Пытаюсь предложить версию, в которую отчаянно хочется верить, и вызываю тем самым приступ неудержимого веселья у Гопала.
—Ах-ха-ха! Да брось, лейтенант Зайд! Ты серьёзно?
Похоже на сочувствие! Ай-яй-яй! Что с твоим эмоциональным индексом, лейтенант? Давно нейрохимическую диспансеризацию проходил? Смотри, береги своё здоровье, аха-ха!
Стерилизуют их. И... для ежедневных потребностей. Практично и прагматично! Хе-хе!
Так что Суррогатные Роженицы одно название. Шлюхи это для Сенаторов и их взрослеющих наследников. Вот так.
И там большая ротация кадров. Видно, Миры и сомабис в повышенных дозах не спасают куколок от нервного истощения. А, может, и физического. Сходят с ума или мрут. По мне всё одно – больше работы для Отдела.
Вот, рисуем цифровые дубликаты счастливиц, уже не способных благодарно воспринимать свою участь. Или безвременно почивших.
Чтобы их товарки по гарему зря не паниковали. И здесь, на Континенте, ни у кого лишних вопросов не возникало.
Я сам снабжаю их Персонажи-проекции человеческими идентификаторами. Скачиваю у ещё живого оригинала пакет воспоминаний. Внедряю в схему персонализированную поведенческую матрицу. Отлаживаю у проекции механизм визуального старения. Ну, а Нейросеть добавляет набор реакций на внешние раздражители.
Вот вам и самая что ни на есть живая сенаторская родительница! Поёт и пляшет. Ведёт свой публичный Мир. И ни один сканер не распознает в ней виртуальный Персонаж.
Правда, тупит эта программа часто. Приходится вручную корректировать.
Тут надо либо Искусственному Интеллекту привить иррациональность, либо человека запрограммировать на предсказуемость.
Ни то, ни другое пока не выходит.
Но! Поверь мне, лейтенант Зайд, надежда есть!
По второму пункту есть надежда.
Шансы, что кто-то смутит моих куколок каверзным вопросом, тают с каждой порцией свежих нейронаноботов. При медицинском обслуживании.
Да-да! Нейронаноботы не только выметают из нашего сознания всякий хлам. Они, к тому же, замещают дремучую бессистемность индивидов логикой машин!
Ещё немного, и наш интеллект достигнет совершенства искусственного разума. И мы будем разговаривать с Персонажами на одном языке.
Как там в песенке?
«Регулярное организма обновление – тотальное здоровье населения!» Тра-та-та... та-та...
Конструктор притоптывает большими босыми ногами, хлопает в ладоши. Широкие рукава рубахи сползают до локтей. На волосатом запястье правой руки в луче ультрафиолета блестит простой металлический браслет.
Это кара, призванная защитить и усилить внутренний свет своего обладателя. Связь человека с силами Созидания и Вечности, напоминающая о долге употреблять эти силы лишь для благих деяний.
Значит ли что-то этот предмет для Гопала?
Сдаётся мне, что все его аксессуары – лишь пустые символы привилегированности ремесла.
На остывшем пепле духовных практик наследник древней религии всего лишь пытается подогреть свой статус всемогущего демиурга. Безжалостного и беспринципного.
Мрачное предчувствие сгущает тени по углам комнаты. Неужели всё, что говорит этот развеселившийся циничный небожитель, правда?
Правда, ещё более чудовищная, чем эмбриоинкубаторы и участь Пользователей!
Чудовищная тем, что её от нас СКРЫВАЮТ!
Устроенный так мудро, режим Гарантированной Радости и Благополучия Объединённого Союза расползается по швам прямо на моих глазах!