Ю Камия – Два игрока бросают вызов всему миру (страница 25)

Похоже, в этом спятившем мире сбрендили абсолютно все.

Рику уже собрался было покинуть дом поглощенной тяжелыми думами эльфийки, но та окликнула его:

— Подождите. Мне уже не важно, кто вы и как обо всем этом узнали. Да и слова ваши будут оставаться лишь предположением до тех пор, пока я не найду им подтверждение.

— Правильно мыслите.

— И все же, позвольте кое-что спросить, — она метнула в его сторону грозный взгляд, от которого Рику вздрогнул бы, если бы не видел прежде вещи пострашнее. — Некоторые ходы вы сделали специально, чтобы проиграть мне. Поэтому спрошу в последний раз... — В ее голосе явственно чувствовалась угроза. В зависимости от ответа эльфийка действительно была готова атаковать его всеми известными ей способами, даже рискуя сама при этом быть убитой. — Вы за нас или против нас?

— Я уже сказал, что ни то, ни другое, — усмехнулся Рику. Такие угрозы его уже давно не пронимали — он и так всю жизнь ходил рука об руку со смертью. Одних только угроз было недостаточно. — Но если вас не устраивает подобный ответ, — Рику позволил себе минутку искренности, — то скажу, что по возможности я бы хотел, чтобы никто из ваших не погиб.

Эльфийка пару мгновений молчала, затем произнесла:

— Я поняла вас, «призрак». Поэтому вы и доверили такую важную информацию мне.

Наверняка она проверила его ответ всеми доступными ей магическими способами, но лжи так и не засекла — ведь Рику говорил от чистого сердца.

Однако эльфийка все равно поняла этот ответ по-своему.

— Так и быть, я поверю, что вы не желаете нам вреда, если вы так настаиваете, — усмехнулась Нина... Нет, не Нина. — И кста-а-ати, — тон ее голоса и характер вдруг ощутимо переменились. — Ока-а-азывается, даже вы кое-чего не знаете. Нина Клайв — это псевдоним. Мое настоящее имя... — голос ее стал мягким и теплым, словно лучи солнца, — Синк Нирвален, — она хихикнула. — И настоящая я — во-от така-ая. Ка-ак же вы этого не заметили?

Рику закрыл глаза, усмехнувшись такой разительной перемене.

— А кто сказал, что я не заметил? — неожиданно ответил он.

Эльфийка озадаченно молчала. Рику добавил:

— Я же ни разу не назвал вас «Нина».

Имя разработчика заклятия было написано шифром. Вполне логично было усомниться и в том, настоящее ли оно вообще. Но теперь, когда он знал принцип работы «Аркасиама», все встало на свои места. Синк Нирвален была не столь глупа, чтобы предложить такую страшную разработку от своего настоящего имени.

— Хи-хи! Сказа-а-ать вам по правде, я сейчас вне себя от бешенства, — горько усмехнулась лучшая эльфийская волшебница (и, как оказалось, еще и прекрасная актриса) — ей так и не удалось ни разу подловить Рику.

— Извините, но актерство — стезя скорее «призраков», нежели эльфов: притворщиков мы чуем за версту. И как раз поэтому я и связался именно с вами.

Это действительно было решающим фактором. Только эта эльфийка была способна скрыть факт своего контакта с «призраком», удостовериться в истинности переданной ей информации и незаметно направить остальных эльфов в нужном для «призраков» направлении.

Рику развернулся и направился к выходу.

— Кста-а-ати, господин призрак. А вы в курсе, что эльфы славятся своим упрямством и злопамятностью? — снова окликнула его Синк.

— Да, наслышан. «Не забывают обиды и спустя двадцать поколений», правильно?

— Я поверю вашей информации, как и в то, что вы не хотите жертв, — с кажущейся беззаботностью хихикнула Синк. — Но имейте в виду... — Голос ее был все так же ласков, но в глазах читалась ярость. — Я обязательно выясню, кто вы такой, и убью вас. Вы заплатите за то, что унизили меня. Ведь именно из-за рода Нирваленов эльфы прославились как злопамятная раса. 

— Признаюсь, этого я не знал. И признаюсь, что очень жалею, что нажил себе такого грозного врага, — ответил Рику, уходя.

Синк проводила его взглядом, полным ненависти.

Рику корчился на полу от невыносимой боли в маленькой хижине неподалеку от особняка Синк.

— Рику... Пей... скорее, — тревожно бормотала Шви.

Рику силился не потерять сознание, а вместе с ним и свою жизнь. Ему словно влили в вены расплавленного железа, даже на то, чтобы кричать, не хватало сил. Точнее, не «словно». Только это было не железо.

Ему нужно было разыграть «призрака» перед сильнейшей из эльфов — расы, славящейся лучшими мастерами магии в мире. Выйди он к Синк как есть, она в тот же миг раскусила бы, что он человек, по обитающим в его теле магическим духам. И как ей в этом помешать? Все просто: нужно было сделать так, чтобы его духов невозможно было распознать.

— Если... не очистить... тебя... от мертвых духов... ты умрешь, — с болью в голосе поторапливала его Шви. Она поила полумертвого Рику жидкостью, служащей экс-макинам «кровью» и очистительным средством одновременно.

Вот такой план они придумали: Рику нужно было с помощью черного пепла заразить свое тело мертвыми духами. Попадая в организм, они нарушают его работу, поглощают и убивают живых магических духов — даже самый искусный маг не сможет распознать зараженное черным пеплом существо. А уж чем умнее был противник, тем меньше была вероятность того, что он разгадает такой самоубийственный способ маскировки.

— Рику... ты врун. Обещал... меньше... часа. А просидел там... больше двух.

Рику проглотил и измазался точно рассчитанным Шви количеством черного пепла, которое было почти, но все-таки не полностью смертельно для человека, но эта доза была рассчитана всего на час. Однако вышло так, что мертвые духи истязали и разрушали его организм больше двух часов. Шви была права: если как можно скорее не очиститься от яда, то его ждет неминуемая и мучительная смерть.

— А что я мог сделать... Она оказалась... сильнее, чем я думал, — с трудом выдавил из себя Рику. Он-то полагал, что лучше Шви игрока в шахматы в этом мире нет. Синк Нирвален, конечно, вряд ли выиграла бы у Шви даже партию, но заставила бы поломать голову и ее.

«Поддавался?» — с некоторой обидой подумал Рику. Он не заслужил такой похвалы. На самом деле он всерьез пытался выиграть, но все равно проиграл. Его плохую игру спас только убедительный блеф. Одна ошибка легко могла стоить ему жизни.

— Рику... еще чуть-чуть... держись.

Если очищающая жидкость Шви не сработает, жить ему останется недолго. В любом случае его тело никогда уже не будет прежним. Рику много раз своими глазами наблюдал судьбу тех, кого коснулся черный пепел: тот оставлял страшные ожоги, которые уже никогда не заживали. Даже если Рику выживет, теперь ему до конца своих дней придется ходить в бинтах. То же самое касалось не только его кожи, но и внутренностей. Насколько Рику было известно, он был единственным в истории идиотом, которому пришло в голову съесть черный пепел. Так что незаживающие ожоги должны быть и в его желудочно-кишечном тракте, а значит, он скоро умрет от голода. По крайней мере, с нормальной едой точно можно было попрощаться навсегда.

К счастью, ему хватило ума не вдыхать черный пепел — то есть дыхательная и кровеносные системы не пострадали. Впрочем, часть черного пепла могла попасть в кровоток из кишечника...

— Ты же обещал... что никто... не погибнет... — сокрушалась Шви, продолжая отчаянно бороться за его жизнь. Но Рику считал, что игра стоила свеч: он узнал подробности об «Аркасиаме» и из слов Синк об «установках» догадался о том, каким образом его запускают. Теперь благодаря сведениям о бомбе-эссенции, полученным ими из карты гномов, за которую Ивану пришлось отдать жизнь, «призракам», рассредоточившимся по всему миру, открылась возможность достигнуть первой поставленной перед собой цели. А именно — увести линию фронта как можно дальше от зоны обитания людей.

Рику усмехнулся: победа в игре уже не казалась столь иллюзорной. Но все же...

— Шви... Сколько я еще протяну?

Оставалось неясным, доживет ли сам Рику до конца игры.

Шви впервые в жизни посмотрела на него со злостью:

— Ты... не умрешь. Ты будешь... жить, пока жива... я.

— Ого... А сколько, кстати, живут экс-макины?

— Мой... планируемый срок... службы... истекает через... 892 года.

Рику расхохотался, не обращая внимания даже на то, что любое движение сейчас причиняло ему адскую боль.

— Да, к такому я морально еще не готов...

Умирать, судя по всему, было рановато.

«Призраки» в очередной раз собрались у круглого стола, и их глава вновь раскинул над ним руки. На столе к этому времени уже стояло около десятка шахматных фигур, обозначающих большую часть населяющих этот мир рас. На этот раз Рику показал товарищам белого ферзя.

— Это — крылатые, — объявил он и поставил ферзя на доску на спину фантазмы Авант Хейма, на которой те обитали.

Ферзь — сильнейшая из фигур. Некоторые из «призраков» задались вопросом, почему ее назначили именно символом крылатых, а не фантазм или же древних богов.

— Они настолько... сильны?

Рику лишь улыбнулся в ответ.

— Сильны-то они сильны, но им больше некуда расти. Никто не понял смысла его слов.

— Это что же получается? — спросил вдруг один из «призраков», указывая на доску, уставленную сплошь белыми фигурами. — Они все — наши союзники?

— Да, мы победим, не взяв ни одной фигуры. У нас нет врагов.

— Подожди, а что тогда будет считаться победой?

Рику ухмыльнулся и достал черного короля.

— Возьмем его — и победа за нами.