Ю Хи Джин – Корейские мифы. Исследование сказаний о токкэби, кумихо, богах и духах (страница 2)

С другой стороны, буддизм отвечал нравственным запросам людей. После распада племенных связей человек оказался наедине с мыслями и поступками, отчего буддийская мысль об индивидуальном спасении через определенные практики нашла отклик. Также буддизм поддерживал интеллектуальные, эстетические и нравственные поиски развивающегося общества, что также отразилось в заимствовании из китайской культуры конфуцианской мысли.

К концу IV века на Корейском полуострове сложилось три государства: Когурё, Пэкче и Силла. Первыми, кто провозгласил буддизм основной религией, стали правители Когурё – государства, объединившего земли на севере полуострова. Спустя 10 лет их примеру последовали правители Пэкче, когда в 384 году из Восточной Цзинь прибыл буддийский монах и поведал о новой религии. В государстве Силла на юго-востоке, находившемся в относительной изоляции от влияния Древнего Китая и Японии, официально приняли буддизм лишь в 527 году.

Повсеместное распространение и установление буддийских доктрин началось после объединения полуострова под властью государства Силла. К середине VII века Когурё объединилось с Пэкче, а Силла – с Китаем, где в то время установилась власть династии Тан. После присоединения земель Силла активно укрепляло централизованное государство и перенимало китайские системы правления. Вместе с тем в период Объединенного Силла расцвела корейская буддийская культура. В VII–X веке жили множество выдающихся буддийских деятелей, в том числе основатель школы Величия цветка – Ыйсана (625–702), основатель школы Устава – Чачжана (VII век) и другие.

Основные буддийские школы на Корейском полуострове сформировались к X столетию, когда после падения Силла возникло новое объединенное государство – Корё (X–XIV век). Это время считается «золотым веком буддизма» на полуострове и привело к возникновению двух школ – доктринального и созерцательного направлений. Корейский буддизм выстраивался в первую очередь на сюжетах о бодхисаттвах – людях или даже существах, которые добровольно отказывались от вступления в нирвану ради помощи страдающим в смертном мире. Стремление обрести просветление ради помощи другим называли «бодхичитта», и существа, обретавшие подобное могущество, становились объектами культовых поклонений.

В «Самгук юса» наиболее часто упоминаются следующие буддийские культы:

• Соккамони-пуль – корейский вариант поклонения исторической фигуре Будды Ша́кьямуни (то есть поклонение как реально жившему человеку, достигшему просветления) – центрального образа буддизма. Цели поклонения могли быть разными: от желания избежать наказаний после смерти до поддержания пробуддийской политики государства. С культом Соккамони-пуль связано возникновение ряда любопытных поверий.

Самой важной практикой считалось почитание пагод, которые служили местом ритуального хранения святынь – шарира, круглой реликвии, якобы найденной в золе погребального костра Будды Шакьямуни. Поклонялись таким реликвиям из любви к Будде, а также для задабривания. Вокруг пагод, где хранились шарира, также совершали обхождение с целью получения удачи и обретения счастья.

• Амитха-пуль – Будда бесконечного долголетия, или Будда Амитабхи, – образ, относящийся к буддийскому направлению Махаяна. По легенде, Амитабхи родился в царской семье, но, познакомившись с буддийским учением, отказался от трона и ушел в монахи. Со временем Амитабхи достиг наивысшего просветления и стал Буддой. Важнейшим его качеством стало желание помочь каждому, кто искренне обращается к нему в молитвах. Считается, что Будда Амитабхи обитает в Чистых Землях Сукхавати (аналог рая), куда принимает каждого взывающего, независимо от статуса, положения и даже добродетели.

В сюжетах «Самгук юса» чаще всего описаны две главные практики почитания Амитха-пуль: возведение храмов и статуй Будды Амитабхи во имя перерождения в Чистой Земле умерших родственников, а также желание человека переродиться в Землях Амитабхи в следующей жизни – для этого люди следовали путям, описанным в сутрах «Амитаюрдхьяна».

• Квансеым-посаль – крайне популярный буддийский образ бодхисаттвы Авалокитешвары. Квансеым-посаль – олицетворение сострадания, «будда сострадания», считался одним из спутников Будды Амитабхи. Преимущественно изображался в мужской ипостаси, но с VI века распространение получило и женское воплощение. Популярность образа легко объяснить: Квансеым-посаль просили об избавлении от бед и в особенности – от болезней. У него же простые люди искали спасения и защиты от разбойников, воины – освобождения из плена, моряки – благоприятной погоды и т. п.

Главной же целью возношения молитв было желание получить личное благословление бодхисаттвы. По сюжетам «Самгук юса», подобной милости могли ожидать преимущественно монахи. К примеру, одним из благословленных Квансеым-посаль считается уже упомянутый основатель школы Величия цветка Ыйсан. После встречи с бодхисаттвой Ыйсан возвел в память о нем храм Наксан-са к северу от пляжа Наксан.

Популярность Квансеым-посаль связана также с его характером. К примеру, Квансеым-посаль откликалась на молитвы не только тех, кто обращался к ней, но и помогала людям, которые ни о чем не просили. В «Самгук юса» описывается случай монаха Сонтхэ, который вынужденно готовился переселиться в другой монастырь из-за материальных трудностей. Стоило замолвить слово о своем горе в присутствии статуи бодхисаттвы, как монах получил щедрые подаяния от местных жителей деревни.

Интересно, что Квансеым-посаль порой вмешивался в чужие молитвы и корректировал их, если просьба несла ошибочный посыл. Примером служит история Чосина – монаха, который влюбился в дочь чиновника и стал молить бодхисаттву о браке с ней. Сам Квансеым-посаль явился к монаху во сне и предрек ему жизнь, полную несчастий и лишений, если он выберет путь плотского удовольствия. В конце концов чувства Чосина бы остыли – и он и девушка до конца дней страдали бы от общества друг друга. Проснувшись, Чосин отринул мысли о женитьбе и посвятил себя духовным практикам.

• В сочинениях Ирёна встречаются упоминания и второго спутника Будды Амитабхи – Тэсечжи-посаль, или бодхисаттвы Махастхамапрапты, олицетворяющего понятие мудрости. Среди бодхисаттв Тэсечжи-посаль считался одним из самых сильных и почитался как Достигший Великой Силы. Интересно, что именно Тэсечжи-посаль чаще изображалась исключительно в женском облике, одетая в белые, зеленые или синие одежды.

• Мирык-посаль – «Будда грядущего», или воплощение бодхисаттвы Майтре́я, к которому обращались с молитвами о благополучном перерождении усопших родственников, а также с просьбами о прекращении массовых бедствий. Интересно, что среди будд Майтрея – один из самых популярных образов среди населения Корейского полуострова. [2]

Мы поговорили о важных фигурах корейского буддизма, вокруг которых веками возводилось множество культов поклонения и религиозных практик. Начиная с периода Троецарствия (с I века до н. э. по VII век н. э.) на территорию Корейского полуострова стал проникать даосизм, который легко сплелся с важнейшей составляющей религиозного сознания корейского общества – шаманизмом. С момента укрепления буддизма и конфуцианской мысли шаманизм утратил влияние среди высших слоев общества и стал частью народной традиции. Несмотря на то, что в период Корё шаманизм признали официальной частью религии страны, высшие сословия – янбан – продолжали считать его практики суеверными и держались буддийской традиции.[8]

Вместе с тем отрицать значимость шаманизма в Корее невозможно. Шаманские практики и вера в потусторонние силы пронизывают повседневную жизнь народа Корейского полуострова. Многие традиции смешались с новыми религиями и учениями и сохранились до наших дней, что говорит о преемственности знаний корейского народа. Именно с шаманизмом связано множество поверий, ритуалов и персонажей, которые нашли отражение в фольклоре и в одном из самых популярных жанров в Корее – сказке.

Корейская сказка

Будучи основным жанром корейского фольклора, сказка представляет собой драгоценное культурное наследие – ее сюжеты и образы передавались из поколения в поколение, сохраняя традиции и ценности, а также отражая исторический опыт и мировоззрение народа. Благодаря яркости и глубине сказки продолжают вдохновлять современную корейскую культуру и остаются важной частью национального наследия.

Сказка издавна была одним из самых любимых видов творчества корейского народа. Называли сказки по-разному: ёнмаль, что можно перевести как «слово о прошлом», а также ённияги – «рассказ о древних временах». Истоки корейской сказки уходят в далекое прошлое и несут отпечаток древнейшей эпохи. Несмотря на то что определить время зарождения жанра как самостоятельного невозможно, корейские сказки – уникальный источник изучения нравов, быта, обычаев и верований, так как каждая связана с жизнью народа.

На протяжении веков происходил естественный отбор фольклорного материала, в том числе сказочных сюжетов. При условии постоянного влияния буддийских верований и китайских учений характерной особенностью корейской мифологии стало существование нескольких версий одной легенды. У каждой истории сосуществовало несколько интерпретаций, различающихся по эмоциональным оттенкам и сюжетным элементам. Или – в зависимости от территории распространения – менялась основополагающая легенда о создании мира, человека и важных элементов жизни и мира. Корейские легенды и мифы также воплощались как в устной форме, так и в письменной, из-за чего также появлялись различия в сюжетной линии.