Ёжи Старлайт – Путешествие по чашам весов. Правая чаша (страница 12)

В рубке было темно. Горело только дежурное освещение. «Синяя чайка» выполняла запланированный прыжок к Россу в созвездии Скорпиона. Экипаж отдыхал. По корабельному времени была уже поздняя ночь. В рубке дежурил Озби. Мужчина часто нес вахту в последнее время, но никогда еще ему не казалось, что время движется так медленно, как сегодня. В последние дни произошло множество событий, которые сменяли друг друга непрерывной чередой, не позволяя ему расслабиться. Сегодняшнее ночное дежурство протекало как-то уж слишком спокойно. Озби казалось, что он все это время куда-то бежал и вдруг резко остановился.

Мужчина надеялся на досуге обдумать задание, которое дал ему капитан. Но вместо этого в голову приходили мысли, очень далекие от тех, над которыми он собирался размышлять. Озби пытался бороться с ними, но, осознав бесполезность этих попыток, закрыл глаза и позволил воспоминаниям полностью овладеть собой. Он вспоминал, как Комда обнимала его, как ее теплые пальцы дотрагивались до его шеи и волос… Воспоминания становились все ярче. Озби казалось, что он чувствует прикосновение ее губ… Из задумчивости мужчину вывел голос, который раздался, как ему показалось, рядом с ухом:

— Так вот как несут вахту офицеры «Синей чайки»!

Озби вскочил, одновременно открывая глаза. На мостике стояла Комда. Мужчина понял, что его застали врасплох, и страшно смутился. Он уже забыл, когда последний раз испытывал это чувство. Женщина улыбалась, но он видел, что она грустит. Ее пальцы еще раз скользнули по перилам лестницы, она вздохнула и, обхватив себя руками за плечи, отвернулась.

— Что случилось? — спросил он, взлетев по лестнице на мостик.

— Ничего.

Комда продолжала стоять и смотреть в закрытое на время прыжка окно иллюминатора. Неожиданно она спросила:

— Послушай, Озби, у тебя было когда-нибудь чувство, что ты страшно не хочешь что-то делать, но обстоятельства вынуждают тебя к этому?

— Конечно. Например, сегодня пришлось тренироваться с Гдашем.

— Ты шутишь, а я спрашиваю серьезно.

Озби повернул Комду лицом к себе.

— Ты не хочешь лететь на планету, о которой говорила?

Он удерживал ее взгляд, не давая женщине опустить голову или отвернуться. Комда кивнула, поразившись про себя его проницательности.

— Тогда возьми меня с собой.

— Не знаю, нужно ли делать это. Климат на этой планете совсем не похож на тот, к которому привыкли вагкхи. Она не понравится тебе.

— Это неважно. Скажи, тебе станет легче, если я полечу с тобой?

— Да, станет.

— Тогда прекрати думать о плохом.

Он прижал ее к своей груди и стал тихо гладить по голове.

— Озби, что ты утешаешь меня, как маленькую? — она попыталась освободиться.

— Ну что ты, ты совсем не такая, — тихо произнес он. Мужчина опустил руку. А потом наклонился и поцеловал ее в пахнувшие цветами волосы.

Глава 11

На исходе ночи «Синяя чайка» завершила прыжок. Корабль вышел из него в расчетной точке и сразу же взял курс на небольшую планету, о которой говорила Комда. Планета называлась Лаггания. Никто из вагкхов не знал о ее существовании. Это было неудивительно. Планета находилась в стороне от проторенных звездных путей. Ее население было невелико. Жители держались очень обособленно и, хотя имели развитую цивилизацию, в космос выходить не планировали. Законы Лаггании запрещали покидать планету населявшим ее существам. Если бы кто-нибудь из них посмел улететь, то уже никогда не смог бы вернуться обратно.

Корабль рассчитывал быть у Лаггании к полудню. Озби сдал вахту и пошел отдохнуть к себе в каюту. Комда пообещала, что сегодня Гдаш не потащит его на тренировку. Они договорились встретиться в час по корабельному времени в ангаре для космических модулей.

В назначенное время Озби был на месте. На втором причале уже стоял готовый к вылету модуль. Комда разговаривала с Озгушем. Вагкх рассеянно дергал себя за бороду и кивал. «Да, командиру последнее время нелегко. Столько всего свалилось на его голову, — подумал Озби, — но, похоже, ему это даже нравится». Комда повернулась и увидела, что вагкх ждет ее. Что-то быстро сказав собеседнику, она взмахнула рукой, приглашая Озби подойти и присоединиться к разговору. Приближаясь, он услышал, как женщина говорит:

— Мы планируем вернуться сегодня вечером или завтра утром. Это зависит от того, найдем мы то, что ищем, или нет.

Озгуш еще раз кивнул, одновременно согласившись с капитаном и поздоровавшись с подошедшим вагкхом. Озби и Комда попрощались с Озгушем и пошли к ожидающему их модулю. Двери корабля были открыты. За штурвалом сидел Энди. «Ну конечно, куда же мы без него, — раздраженно подумал Озби. Он все еще продолжал относиться к андроиду с недоверием. — Надеюсь, он хоть корабль водит не так, как машину», — продолжал рассуждать Озби. Комда заметила, что мужчина нахмурился, и незаметно для него улыбнулась. Отношения Энди и Озби забавляли ее. Пока люди рассаживались, андроид успел запросить разрешение на вылет. Шлюз корабля начал открываться, готовясь выпустить корабль. Синий модуль, как птица, выпорхнул наружу и взял курс на Лагганию.

Энди вел корабль в своей традиционной манере, но после вхождения в атмосферу скорость все-таки уменьшил. Он медленно летел над поверхностью планеты, давая путешественникам возможность рассмотреть ее получше. Лаггания представляла собой почти один сплошной океан. Кое-где виднелись участки суши, но они были невелики. Материками их назвать не поворачивался язык. Скорее это были крупные острова. Озби вынужден был признать, что Лаггания по-своему красива, хотя она совершенно не походила на его обожженную солнцем родину.

Сделав один виток над планетой, Энди начал снижаться. Местом посадки стала большая платформа, построенная прямо посередине океана. С одной стороны этой платформы располагался причал, возле которого группой выстроились сверкающие на солнце катера. Путешественники еще только выходили из корабля, а навстречу им уже спешили местные жители, которые, видимо, дежурили возле платформы и отвечали за встречу гостей.

Это были существа, внешним видом напоминающие вагкхов, только цвет кожи у них был другим, более темным. Жители планеты обратились к путешественникам на космолингве — языке, принятом для общения между народами, совершающими космические путешествия. Лаггане говорили очень медленно, тщательно выговаривая слова. Их руки были сложены на груди, а глаза, такие же темные, как и кожа, чуть опущены. Комда выслушала их приветствие и, в свою очередь, произнесла:

— Мы хотели бы посетить старейшину Диксония, если, конечно, он посчитает это возможным.

Встречающие дружно закивали и жестами пригласили проследовать к стоящему у причала катеру.

Еще никогда Озби не испытывал таких странных и в то же время восхитительных ощущений. Катер скользил по поверхности океана, оставляя за собой шлейф сверкающих брызг. Вода была совершенно спокойной. Она голубовато-зеленым ковром покрывала все пространство, которое только можно было окинуть взглядом. В небе, медленно взмахивая огромными крыльями, парили птицы. Теплый воздух развевал волосы путешественников, и тем казалось, что стоит только взмахнуть руками, и они тоже воспарят, как эти птицы.

— Озби, — поворачиваясь в его сторону, чтобы ветер не уносил ее слова, сказала Комда, — наш корабль носит название этой птицы. Конечно, здесь они называются по-другому, но у меня на родине когда-то давно жили очень похожие на них существа. Мы называли их чайками.

Присмотревшись, Озби решил, что эмблема корабля действительно напоминает создания, о которых говорила Комда.

Скоро впереди сквозь водную пыль стали проступать очертания большого острова. Он был покрыт ярко-зеленой растительностью. На берегу, словно вырастая из воды, поднимались белые стены высокого здания. Сделав крутой вираж, катер остановился у причала. Рядом сновали тростниковые лодки. Озби посмотрел на них, потом на судно, на котором они прибыли… и отложил эту загадку на потом. Путешественники выбрались из катера и, ступая по нагретым солнцем каменным плитам, пошли в сторону дворца. Озби был настолько ошеломлен увиденным, что за все время не проронил ни слова. Комда и Энди переглядывались, но тоже хранили молчание.

Они остановились на небольшой площадке перед белым зданием. Вверх, к входу вели широкие ступени. Встречающих не было. Судя по всему, об их прибытии никого не известили. Гости начали подниматься по лестнице. Двери, украшенные сложной вязью непонятных символов и изображений, распахнулись. Пришельцы переступили порог и погрузились в полутемную прохладную атмосферу зала.

Помещение было огромным. Колонны, как и двери, сплошь испещренные загадочными символами, поддерживали высокий купол, в центре которого было круглое отверстие с разноцветным витражом. Сквозь него на пол падал солнечный свет, раскрашенный во все цвета радуги.

Путешественники немного постояли на месте, ожидая, пока их глаза привыкнут к сумраку помещения, а потом направились к дальней стене зала. Там просматривалось возвышение, на котором находился высеченный из камня стул. «Неужели это трон? — подумал Озби. — Есть, оказывается, еще государства, где сохранились такие древности». На троне с совершенно неподвижным лицом сидел мужчина. Казалось, что он тоже высечен из камня, как и все, что его окружает. Но даже в этом случае он представлял собой настоящее произведение искусства. Если бы можно было вообразить мужчину, красотой своей подобного богу, это был бы он.