Ёжи Старлайт – Путешествие по чашам весов. Левая чаша 2 (страница 41)

— Быстрее! Можем не успеть!

Они сделали рывок, словно перед финишем, но догнать малышей так и не смогли. Те добежали до леса и скрылись среди низких колючих деревьев. Йяццу остановился и опустил голову, с трудом переводя дыхание. Комда тоже замерла и тихо пробормотала: «Ничего, пусть прячутся. Я найду их, если понадобится». Йяццу повернул голову и увидел, что она дышит ровно, словно не бежала минуту назад. Женщина перехватила его взгляд и теперь уже спокойно, без досады в голосе сказала:

— Возвращаемся. Остальные, наверное, уже ждут нас.

Йяццу сделал последний глубокий вздох и почувствовал, что дыхание восстановилось. Он смущенно произнес:

— Боюсь, мне не выиграть соревнование по бегу с препятствиями!

— Ничего страшного. Тебе суждено стать первым в другом.

— В чем же?

— Зачем мы будем опережать события? Ты все узнаешь, когда придет время.

— Комда, ты опять говоришь загадками. Мне кажется, чем больше я тебя узнаю, тем меньше понимаю. Все казалось таким простым и понятным, когда мы познакомились несколько месяцев назад в моей деревне.

Женщина вздохнула, но ничего не ответила. Она осторожно дотронулась до руки мужчины и с удовольствием ощутила тепло его ладони. Йяццу хотел задать очередной вопрос, но, поразмыслив, не стал этого делать. Он успел заметить, что в последнее время их отношения стали менее откровенными. Женщина открывала себя с неожиданных сторон, возбуждая его любопытство и интерес. Йяццу не зря был последователем Клана Истины. Во всем он хотел добраться до сути. И этим сильно напоминал своего учителя, адепта Рёдзэна.

Но Комда не только шокировала его своими поступками. Она старалась ускользнуть от вопросов. Это Йяццу тоже успел заметить. И справедливо рассудил, что так не будет продолжаться вечно. Просто сейчас она была поглощена какими-то своими мыслями и не хотела тратить время на долгие разговоры. Поэтому он сдержал себя, вместо вопроса заглянул ей в глаза и улыбнулся. Комда облегченно вздохнула и, продолжая удерживать спутника за руку, повела за собой.

Теперь, идя не торопясь, они смогли лучше разглядеть окрестности и саму деревню. Здесь было не больше двух десятков домов. Все темные, низкие, больше похожие на деревянные норы, чем на жилища людей. Около каждого стоял каменный истукан с лицом человека-зверя. Двери в дома были распахнуты настежь, словно приглашая войти. Но делать это почему-то совсем не хотелось. Окна выглядели узкими и были лишены стекол. Поэтому у людей, смотревших на них, возникало странное мистическое ощущение. Им казалось, что дома являются живыми существами с открытыми в безмолвном крике ртами и мертвыми пустыми глазницами. Вокруг деревни рос редкий невысокий лес. Но сейчас был виден лишь ближайший его участок, примыкающий к поселению. Остальная часть все еще оставалась скрытой туманом. Комда, размышляя, проговорила:

— Я назначила вагкхам встречу в деревне. Думаю, в центре ее должна быть площадка, поляна или что-то в этом роде. Место, где жители могли бы собираться все вместе. Хотя я могу и ошибаться…

Но она не ошиблась. Стоило им миновать несколько темных застывших домов, как перед ними открылась большая, заросшая травой поляна. В центре ее находилось сооружение, напоминающее качели, закрепленные при помощи плетеных канатов на толстом, отшлифованном до белизны бревне. Рядом стояли вагкхи и с интересом разглядывали сооружение. Они услышали шаги и разом повернулись. И хотя смотрели они на Комду, выражение удивления и интереса все еще сохранялось на их лицах. Озгуш спросил, заранее зная, какой получит ответ:

— Догнали?

Йяццу расстроено махнул рукой, а Комда сказала:

— Они убежали и спрятались в лесу. Мы не стали их искать. Придут сами. Нужно просто подождать, когда их любопытство победит страх. А что вы можете сказать?

— Деревня совершенно пуста. В ней нет ни одной живой души.

— Мстив?

Разведчик потер пальцем длинный нос, как всегда делал перед серьезным сообщением и сказал:

— Деревня насчитывает двадцать три дома. Все они, кроме одного, имеют одинаковое строение. Я заглянул в один. В нем проживало шесть-семь человек. Таким образом, общее количество жителей могло достигать ста сорока-ста шестидесяти человек. Довольно много для такой глухой деревни. Жители ушли отсюда около недели назад. Примерно в то время, когда мы достигли гор.

— Откуда ты знаешь?

— Помолчи, Раст. Мстив, прошу тебя, продолжай.

— Жители именно ушли, а не были похищены или уведены силой. Я хотел пройтись по окрестностям, но ты назначила конкретное время встречи, поэтому я решил произвести разведку территории позже. Конечно, если от тебя, Комда, не поступит других указаний.

— Кто еще хочет что-нибудь сказать?

— Я.

— Йяццу?

— Судя по виду детей, они принадлежат к нашей расе. Но все остальное здесь очень сильно отличается от того, к чему я привык. Даже дома не такие, как в других деревнях. К тому же у нас на планете нет культов животных. Точнее, когда-то они были. Мне довелось читать об этом в очень старой книге. Половина букв в ней исчезла, растворившись во времени. Такие культы существовали очень давно. Еще до появления Великого Учителя. Я думал, что сторонников идолопоклонничества уже не существует. Что они исчезли раз и навсегда. Сейчас я вижу, что заблуждался.

— Ты не заблуждался. Просто не знал. Это разные вещи. Мстив, в деревне должен быть дом старосты или правителя. Ты обнаружил его?

— Третий по правой стороне.

— Что ж, пойдем осмотрим его.

Люди шли по улице, внимательно глядя по сторонам. Они продолжали отмечать те детали, на которые вначале не обратили или не успели обратить внимания. По всей видимости, здесь, в горах, было холоднее, чем в других местах, потому что в каждом доме были печи. По крайней мере, трубы возвышались над каждой крышей. Ни лавочек, ни ухоженных садиков, таких, как в Кисэне, здесь не имелось. Обычная трава, как и на лугах вокруг деревни, зеленела около домов. Только возле каменных стражей ее не было. Идолы стояли на каменных «подушках».

Еще несколько неторопливых, но решительных шагов — и путешественники оказались около дома, про который говорил Мстив. Раст с вызовом посмотрел на спутника, собираясь уличить шефа разведки в неточности. Но ошибки не было. Этот дом определенно принадлежал правителю деревни. Начать хотя бы с того, что у него, в отличие от других домов, было небольшое крыльцо. Грубо обтесанные столбы поддерживали навес. Причем их до половины покрывали зарубки. На шее каменного стража висели бусы. Комда протянула руку и осторожно дотронулась до них. Тонкие разноцветные нити переплетались друг с другом. При ближайшем рассмотрении оказалось, что вместо бусин были узелки. Связанные то густо, то редко, вместе с нитями они образовывали сложный, но логически законченный узор. Женщина несколько минут внимательно рассматривала его, а затем убрала руку и сказала:

— Раст, Озгуш, останьтесь у входа. Остальные за мной.

Она легко поднялась по деревянным ступеням на крыльцо, но, услышав скрип за спиной, обернулась. Йяццу, под которым так громко скрипели ступеньки, растерянно посмотрел на нее и сделал следующий шаг. Ступенька опять скрипнула. Мстив давно уже стоял рядом с Комдой.

— Мне кажется, это сделано специально. Своего рода сигнализация. Но рассчитана она на простаков. Мы с тобой поднялись беззвучно.

— Не на простаков, а на жителей деревни. Вряд ли хозяин этого дома предполагал, что к нему пожалуют такие гости, как шеф разведки и Хранитель.

Мстив усмехнулся. Комда дождалась, когда Йяццу поднимется на крыльцо. Затем подошла к распахнутой двери и остановилась на пороге. Женщина стояла на границе, отделяющей свет дня от мрака комнаты. Она повернулась и сказала:

— Я войду первой. Ждите здесь. Я позову.

Не успели мужчины ответить, как она уже скрылась в комнате. Свет в дом попадал через небольшие, прорубленные друг напротив друга окна. Его светлые полосы прочерчивали комнату поперек. Комда скользнула глазами по стенам. Они были пусты. Ни картин, ни украшений, ни развешенного оружия, в общем, ничего такого, чем люди обычно снабжают свое жилище. Лавок и кроватей в комнате тоже не было. Несколько грубо сколоченных сундуков по углам да большая печь в центре комнаты составляли все ее убранство. На полу валялись забытые в спешке мелочи. Убедившись, что комната действительно пуста, она громко крикнула:

— Мстив, Йяццу! Заходите!

Мужчины, появившись в комнате, сделали несколько решительных шагов, но были вынуждены остановиться и подождать, пока глаза привыкнут к темноте. Первым, как всегда, освоился Мстив. Он начал осмотр комнаты прямо с того места, на котором стоял. Разведчик медленно передвигался вдоль стен, поднимая обнаруженные на полу вещи и иногда постукивая костяшками пальцев по стенам.

Комда сделала то, чего никто от нее не ожидал. Она села на пол в центре комнаты, сложила ноги, положила на них руки ладонями вверх и закрыла глаза. Йяццу, чуть растерявшись от всего увиденного, смотрел по сторонам. Он не знал, что делать. Минуту поразмыслив, мужчина подошел к окну и встал около него. Оно выходило на задворки. С этой стороны дома лес располагался довольно далеко, и вся территория до него была покрыта травой, устланной сейчас густым туманом. Йяццу не знал, но Комда сейчас делала то же самое, что и на борту «Синей чайки», когда пропал Галз. При помощи сознания искала то, что могло бы объяснить ей, куда исчезли люди. Она полностью расслабилась. Сознание покинуло тело женщины и, чуть задержавшись над ее головой, заскользило по комнате. Стена. Поворот. Опять стена. Пусто. Ничего необычного. Оно стремительно пролетело мимо Йяццу и вдруг остановилось. Но не мужчина заставил его сначала задержаться, а потом повернуть вспять. А то, что было за окном. Именно там, а не в доме находилось что-то неприятное и опасное. То, что искала Комда.