Йожеф Дарваш – Вихрь (страница 21)

После долгого раздумья было решено: венгерские войска вступают в Южную Трансильванию; объяснялось это не как территориальный захват, а всего лишь как шаг, продиктованный интересами обеспечения подходов к нашим границам. Одновременно продолжались поиски неофициального контакта с Советским Союзом, сопровождавшиеся, однако, усилением лживой антисоветской пропаганды.

В день выхода Румынии из войны Венгерский фронт через командира охраны регента направил Хорти следующий меморандум.

«…Следует немедленно перейти на сторону союзных держав. Взаимодействуя в военном отношении с Красной Армией, отбросить или разоружить дислоцированные у нас или отступающие сюда из Румынии германские войска.

Дискуссии о необходимости и неотложности этой задачи совершенно излишни. Подобным же образом не следует углубляться в военный и политический анализ обстановки. Ясно, что дальнейшее военное сотрудничество с немцами или выжидание стало невозможным. Вопрос, который необходимо решать немедленно, заключается в следующем: может ли венгерский правящий класс пойти на сотрудничество с Советским Союзом, войну с которым он начал с беспричинной злобой и по требованию Германии? Может ли этот класс сотрудничать с венгерским народом, придавленным режимом?

Поведение Советского Союза предельно ясно. Советские условия, предъявленные Румынии, вновь со всей очевидностью подтвердили, что Советский Союз не стремится ни к каким территориальным захватам, он не собирается изменять с помощью силы или без оной общественного строя других стран и готов сотрудничать и поддерживать также и капиталистические правительства, если они своим демократическим устройством и антифашистскими военными выступлениями доказали свои мирные и добрые намерения по отношению к Советскому Союзу и собственному народу. Если руководители реакционных правящих классов Румынии и Болгарии сумели перейти на сторону союзников, то и руководители Венгрии смогут найти способ сотрудничества с Советским Союзом даже в том случае, если это будет связано с отказом от некоторых привилегий. Ваши колебания уже привели к тому, что Трансильвания принесена в жертву. Дальнейшее промедление повлечет за собой в первую очередь вашу собственную гибель и, помимо этого, ужасные испытания для всей страны.

Позиция венгерского рабочего класса является не менее ясной. Для венгерского народа становится все более понятной срочная необходимость перехода на сторону союзников. Но народ, связанный по рукам и ногам, с посаженными ему на шею немцами, придавленный двадцатипятилетним реакционным строем, до сих пор мог отстаивать свои интересы только путем пассивного сопротивления, саботажа и отдельных изолированных боевых акций. Всего этого слишком мало в решающую для нашей родины историческую минуту. Ключи на сегодня еще находятся в руках правящего класса, прежде всего его военных руководителей.

Таким образом, рабочий класс, исходя из своих собственных интересов и интересов всей страны, заявляет о своем желании сражаться вместе с руководителями страны, с власть имущими против немцев. Рабочий класс надеется, что правящий класс также понимает свои жизненные интересы и примет участие в этой борьбе. Соглашение возможно только на основе учета взаимных интересов и полной искренности. Именно поэтому помимо немедленного разрыва с немцами мы хотим определить наши дальнейшие цели. Отношение рабочих к нынешнему правящему классу будет определяться не горьким опытом последних 25 лет, а тем, как придется вести борьбу против фашизма: вместе или же врозь.

Венгерский народ, в первую очередь венгерский рабочий класс, полон решимости, уничтожив фашистский террор, после 25 лет контрреволюционного правления создать и у себя на родине, как и во всей Европе, демократический строй. Только такой строй может послужить гарантией против возможного фашизма и политики военных авантюр.

На основании вышеизложенного становится ясным, что сотрудничество как с Советским Союзом, так и с рабочим классом вполне возможно и необходимо. Более того, необходимо именно это. Однако если венгерский правящий класс пожелает, чтобы сегедский режим остался у власти, тогда всякое сотрудничество будет невозможным. В этом случае приближающаяся к границам Венгрии Красная Армия и венгерский народ будут считать правителей страны такими же врагами, как и германских военных преступников.

Неотложной задачей нашей страны является избавление от немцев и проведение демократических преобразований. Советский Союз и его союзники, а внутри нашей страны — венгерский рабочий класс, крестьянство и та часть буржуазии, которой дороги интересы нации, выполнят эту задачу. Как это будет сделано (сравнительно легко или тяжело, с участием правящих классов или одновременно с их крахом), зависит от самих правящих классов.

Время торопит.

Мы выступаем с конкретными предложениями.

Нужно безоговорочно вступить в борьбу против немецких оккупантов. Если руководители согласны на эту борьбу, то без всяких предварительных соглашений и организационных мер они могут рассчитывать на нашу полную поддержку. Однако в интересах успешного исхода этой борьбы мы считаем важным завязать соответствующие политические отношения с руководителями страны. Самым главным внутренним условием нашего успеха мы считаем перевод всего Сопротивления на широкую народную базу. Ее отсутствие послужило одной из причин провала заговора против Гитлера в Германии. И наоборот, опираясь на народную базу, французы смогли обеспечить освобождение Парижа и других крупных городов. Таким образом, мы должны активизировать венгерских рабочих и крестьян, отвыкших за 25 лет от открытых сражений. Для этого необходимо:

1. Создать демократическое правительство с привлечением подлинных представителей рабочих и крестьян.

2. Немедленно прекратить деятельность германского и венгерского гестапо.

3. Освободить арестованных участников рабочего движения и борьбы против немцев.

4. Государственные власти не должны препятствовать организационной и агитационной деятельности, направленной на демократическую и антигерманскую мобилизацию масс.

5. Вооружить венгерских рабочих исходя из опыта восстания в Париже.

6. Главное условие успеха — военное взаимодействие с Красной Армией.

Демократическое преобразование правительства повысило бы не только боеготовность нашего народа, но и доверие к нему со стороны Советского Союза. С помощью военного взаимодействия мы сможем достичь того, что Советский Союз из нашего противника станет главнейшей опорой нашей борьбы за независимость».

За этим документом скрывалась уже не только пропагандистская, но и действительная сила. В то время Венгерский фронт, и прежде всего Коммунистическая партия Венгрии, начали выходить за свои прежние узкие рамки; складывались возможности для мобилизации на борьбу значительных масс рабочих. Антигерманские и антивоенные настроения внезапно охватили всю страну, особенно сильными они были среди рабочих Будапешта. Оживилась работа профсоюзов, рабочие стали действовать смелее, особенно после бомбежки заводов. Начались акции саботажа, аварии, поджоги. Рабочие Чепельского завода магнезитов, воспользовавшись ночным воздушным налетом, подожгли все наличные запасы магния на заводе. Росла готовность к боевым выступлениям. Таким образом, можно было вооружить хотя бы часть организованных рабочих. Демократическое преобразование правительства могло бы всколыхнуть в стране самые широкие массы.

Однако в ответ на это предложение Хорти заявил: нет!

Усилия германских и венгерских войск были тщетными: Красная Армия вступила на землю секейев, в Трансильванию. Десятки тысяч венгров, поднятые с мест немцами, ринулись на территорию собственно Венгрии. Они ехали в поездах, на телегах, шли пешком. Радио и печать, с одной стороны, призывали к выполнению долга, убеждали оставаться на своих местах, а с другой стороны, пропаганда расписывала в красках «большевистские ужасы», еще более взвинчивая панику, поощряя людей к бегству из родных мест. 10 сентября регентский совет высказался за выход из войны, совет министров на другой день проголосовал против. Все это было какой-то дикой пляской святого Витта, когда полностью отказали нервы, когда все заслонил страх перед расплатой за собственные преступления, накопившиеся за 25 лет. Упрямо цепляясь за власть, правящий класс не осмеливался взять на себя ответственность принять какое-то твердое решение.

Одна за другой, но независимо друг от друга, были направлены две делегации к русским. Они не имели официальных полномочий и были скорее проявлением частной инициативы, смешанной с авантюрой. Разумеется, такие делегации были и встречены соответствующим образом. Окружение регента знало о них и как бы не знало, хотело и как бы не хотело принять к сведению этот факт. Господа поступали так, как картежник, который чуть-чуть посматривает краешком глаза в сторону партнера, чтобы узнать, какая карта у него.

Уже весь Будапешт говорил о сепаратном мире, то есть о перемирии, об этом чирикали даже воробьи на проводах, но окончательное решение все не принималось. Политические и военные деятели, склонявшиеся к выходу из войны, проводили совещание за совещанием, беспрестанно анализировали обстановку, которая тем временем ухудшалась с каждым днем. Самый благоприятный момент, связанный с развалом фронта в Румынии, был упущен. Немцы постепенно начали приходить в себя. Они, естественно, знали все о венгерских планах и, поскольку во внешнеполитическом и стратегическом плане выход Венгрии из войны был бы для них роковым, решили предпринять необходимые контрмеры. Основные немецкие части, расположенные в Венгрии, концентрируются за Дунаем, танковые дивизии СС окружают Будапешт. Почти вся венгерская армия в это время находится на фронте. В Будапеште насчитывается всего 40 тысяч венгерских солдат, к тому же без танков и тяжелого вооружения. А немцы уже мобилизуют и свою «пятую колонну»: начинают вооружать замаскированные нилашистские отряды внутри «Боевого союза друзей Восточного фронта», а также членов фольксбунда в селах вокруг Будапешта. Немцы были готовы использовать последнюю козырную карту — готовые на все бандитские легионы Салаши. Об этом, разумеется, были проинформированы и сторонники Хорти. Но вместо того чтобы действовать без промедления, они все больше страшатся принять решение. Хотя министр внутренних дел Бонцош распускает «Боевой союз друзей Восточного фронта», но одновременно, следуя старой традиции, он наносит удар по левым силам — закрывает клуб профсоюза металлистов, который мог стать центром активизации рабочих.