Ёсики Танака – ЛоГГ. Том 1. Рассвет (страница 13)
«Так что же делать?»
Ян сидел в командирском сиденье, скрестив ноги, но он был далеко не так спокоен, как говорила его поза. Действия противника пока не выходили за рамки его предположений. Проблема заключалась в его собственном флоте. Если все в точности выполнят его план, то ещё не всё потеряно. Но один неверный шаг приведёт к гибели всего флота. Так что же делать?
— Что ж, в тогда придётся блефовать, — ответил Ян сам себе.
Он не мог предсказать всего и не мог пустить всё на самотёк. Нельзя требовать от людей невозможного. Необходимо помочь им.
Экран на потолке была наполнен яркими танцующими огнями. Фотонные лучи пронзали пространство со всех сторон, и флагман Второго флота оказался словно в центре огненного торнадо.
В ответ на «Патрокле» тоже приготовили орудия и отправили лучи смерти и разрушения в сторону боевых порядков врага. Ради победы, ради выживания любые жертвы стали теперь оправданными.
— Приближается вражеский корабль! Судя по всему, это линкор «Валленштайн»!
Корпус «Валленштайна» был уже изрядно повреждён, но он упрямо двигался вперёд, несмотря на выстрелы, собираясь обрушить на флагман сил Союза прямой залп оставшихся орудий. Но реакция последовала моментально.
— Залп из всех орудий! Цель приближается! — отдал приказ капитан Лао, исполняющий обязанности наводчика.
Выстрелы пробили и без того искалеченный корпус «Валленштайна» и огромный линкор взорвался.
В наушниках шлема Ян услышал приветственные крики, но почти тут же они сменились удивлёнными вздохами. За разлетающимися в термоядерном взрыве обломками стал виден ещё один вражеский линкор, «Каринтия», ещё раз свидетельствуя об огромном разнообразии моделей, а также отличном взаимодействии кораблей Империи.
Слаженность действий — важнейшее качество для победы. Все это понимают, но не всем удаётся этого достичь. «Возможно, я наблюдаю рождение великого полководца», подумал Ян.
Есть храбрые полководцы, и есть умные. Те, кто выходят за эти рамки и заставляют людей поверить в свою непобедимость, — великие. Такое определение Ян вычитал когда-то в одной старой книге. Возможно, Райнхард фон Лоэнграмм ещё молод, но его уже можно было назвать великим. Он был угрозой для всего Союза Свободных Планет и одновременно вызывал страх и ненависть у элиты Галактической Империи.
Ян с некоторым трудом отвлёкся от мыслей о ходе истории и вновь переключился на поле боя, где за это время произошли некоторые изменения.
«Каринтия» и «Патрокл» обменивались выстрелами, но не могли нанести существенных повреждений и постепенно выходили из ближнего боя.
На экране, где стратегический компьютер моделировал ход сражения, было видно, что, несмотря на некоторые колебания, в целом имперцы наступают.
Действия противников были почти синхронными. Каждый раз, когда флот Империи продвигался вперёд, флот Союза, наоборот, отодвигался назад.
Всё выглядело так, что любому было понятно: победа в руках у Империи, Союз обречён на поражение.
— Кажется, это победа, — удовлетворённо произнёс Райнхард. Похоже, план с прорывом по центру удался.
Разделённый с ним пространством космоса, Ян кивнул капитану Лао:
— Кажется, мой план начинает претворяться в жизнь.
Больше он ничего не пояснил.
В своей стратегии Ян был уверен. Однако его беспокоило, удастся ли его флоту выполнить указания в точности. Победа в текущей ситуации была невозможна, а вот шансы не проиграть ещё оставались. Но для этого все должны были действовать чётко по плану.
Некоторые из командиров слишком были слишком высокого мнения о себе и считали, что не обязаны следовать приказам кого-то столь молодого. Они наперебой предлагали собственные планы. Хотя это было вызвано не столько лояльностью, сколько стремлением выжить. Тем не менее, отказаться от их предложений не глядя Ян тоже не мог.
На лице Райнхарда вдруг появилось несколько растерянное выражение.
Он поднялся со своего кресла, вглядываясь в экран. Внутри возникло неприятное чувство.
Казалось, всё идёт по плану. Его флот наступает, а противник не в силах выдержать натиска. Прорыв по центру должен был разрушить порядки флота Союза и рассеять остатки кораблей в стороны. Судя по данным, поступающим на тактический компьютер флагмана от всех кораблей и разведчиков, именно так всё и происходило.
Но ощущение, что его дурачат, не исчезало. В груди тревожно покалывало.
Задумавшись, он стал неосознанно постукивать по зубу пальцем левой руки.
— Проклятье, так вот в чём дело! — его приглушенный возглас потонул в шуме переговоров и не был никем услышан.
— Вражеский флот разделился на две части и обходит нас! Что происходит?!
— Кирхайс! — среди испуганных и удивлённых криков позвал адмирал своего адъютанта. — Нас провели! Враг с самого начала собирался разделиться на две группы и зайти нам в тыл. Мы сыграли им на руку своим прорывом… Чёрт! — молодой командующий с силой ударил по пульту.
— Что будем делать? Нужно ли нам разворачиваться следом за противником? — голос Кирхайса звучал ровно, как всегда, оказывая успокаивающий эффект на друга и командира.
— Не шути так! Ты что, считаешь меня таким же глупцом, как командующий 6-м флотом врага?
— Ну, тогда выбора нет. Продолжаем двигаться вперёд.
— Именно, — кивнул Райнхард и отдал приказ связисту передать его решение всему флоту. — Всем кораблям! Полный вперёд! Двигайтесь по часовой стрелке следом за противником и постарайтесь зайти ему в тыл!
Спустя полчаса флота противников образовали кольцо.
Это было странное зрелище. Авангард флота Союза яростно атаковал тылы флота Империи, авангард имперцев, в свою очередь, нападал на отставшие корабли флота Союза.
Словно среди звёздной ночи две гигантских змеи кусали за хвост друг друга.
— Первый раз в жизни вижу такую позицию, — выдохнул капитан Лао потрясённо.
— Да, я тоже… — ответил Ян, хотя его слова были правдой лишь отчасти. Да, сам он никогда не видел такого построения, но история человечества хранила много примеров. Были прецеденты и у тактики, использованной Лоэнграммом для победы над превосходящим противником. К добру или к худу, но с древних времён рождались в эпоху войн гении, мыслящие не так, как другие, и находящие выход из любых ситуаций.
— Какая нелепая позиция! — бушевал на мостике «Брунгильды» Райнхард. — Ведь это обернётся битвой на истощение и огромными потерями при любом исходе… — пробормотал он уже тише.
В этот момент ему поступило сообщение о гибели одного из командующих. Линкор контр-адмирала Эрлаха был уничтожен. И в этом был виноват только он сам. Проигнорировав приказ Райнхарда, он стал разворачивать корабль, чтобы вступить в бой с противником и попал под прямой удар орудий кораблей мятежников. Они были уже близко, и разворачивающийся корабль представлял для них лёгкую мишень.
«Ну что за болван!» — подумал Райнхард. Ошибки, допущенные своими, вынести было труднее, чем успехи врага. Как бы то ни было, полная победа, к которой он стремился, была уже недостижима.
Ян с самого начала знал, что его план приведёт к битве на истощение, но этого он и добивался. Ведь командующий силами Империи Лоэнграмм неглуп. Он не может не понять, что нет ничего хорошего в продолжении кровопролития и больших потерях с обеих сторон.
— Скоро враг начнёт отступление, — уверенно сказал он.
— Мы будем их преследовать? — спросил у него Лао.
— Нет, — покачал головой молодой коммодор. — Подгадаем момент и начнём отступление одновременно с ними. Мы уже сделали всё что могли. У нас нет сил и ресурсов для продолжения.
На капитанском мостике «Брунгильды» состоялся похожий разговор.
— Что думаешь, Кирхайс?
— Думаю, сейчас самое время закончить, — спокойно отозвался тот.
— Значит, ты тоже так считаешь?
— Продолжение битвы лишь увеличит потери. Со стратегической точки зрения это невыгодно.
Райнхард кивнул. Но довольным он не выглядел. Да, всё правильно и рационально, но он не был удовлетворён.
— Вы разочарованы таким результатом?
— Нет. Просто я желал полной победы и теперь чувствую, будто не хватает последнего штриха.
«Ему этого мало?!» — Кирхайс был потрясён.
— Вы были окружены с трёх сторон вдвое превосходящими силами противника, но смогли разгромить один за другим два флота и на равных вести бой с третьим. Вам этого недостаточно? Желать большего было бы жадностью.
— Я понимаю это. Нельзя получить всё и сразу.
Вскоре после этого, несмотря на продолжающуюся перестрелку, корабли начали постепенно расходиться. Пространство между ними расширялось, будто враги заключили негласное соглашение. С увеличением расстояния стихала и стрельба, вспышки энергетических лучей сверкали всё реже.
— Он действительно хорош. Здорово проделано, — в голосе Райнхарда смешивались тревога и удовлетворение. Затем, после короткой паузы, он обратился к адъютанту. — Как, говоришь, зовут этого человека… Того, кто принял командование Вторым флотом в середине боя?
— Коммодор Ян Вэнли.
— Ясно… Ян, значит… Не думал, что в их флоте есть такие люди. Отправь ему сообщение от моего имени.
— И что ему написать? — спросил Кирхайс с улыбкой.
— Как насчёт этого? «Выражаю своё искреннее уважение командиру вражеского флота. Берегите себя. Буду ждать нашей следующей встречи на поле боя!»