Ёсики Танака – ЛоГГ. Том 1. Рассвет (страница 10)

Потеряв экипаж, «Нестор» продолжил двигаться последним заданным курсом, пройдя перед самым носом у дружественного корабля «Ламнос». У командира «Ламноса» не выдержали нервы, и он приказал открыть огонь, чтобы скорее избавиться от помехи. Приняв на себя атаку в упор, «Нестор» взорвался, и энергия взрыва его атомных двигателей пробила щит «Ламноса», заставив его разделить ту же судьбу.

Две белые вспышки мелькнули и исчезли. Экипажу «Ламноса» было позволено уничтожить союзный корабль, и они получили за это в награду смерть.

— Что, чёрт возьми, они делают?! — закричал вице-адмирал Пасторе.

Почти в то же самое время контр-адмирал Фаренхайт проворчал:

— Да что же они делают?

Оба смотрели на командные панели своих флагманов. Голос первого был полон отчаяния и тревоги, а второго — спокойствия и насмешки.

Когда 2-й и 6-й флота получили донесения о случившемся, многие запаниковали. Но первоначальный план сражения пока не был отменён, и оба флота двигались вперёд с той же скоростью.

Командир 2-го флота вице-адмирал Паэтта молчаливо хмурился, сидя в командирском кресле флагманского корабля «Патрокл». Подчинённые ощущали нервозность командира, и воздух на мостике был словно наэлектризован.

Но среди них вице-адмирал заметил одного, по-прежнему сохранявшего спокойствие. Поколебавшись мгновение, Паэтта крикнул ему:

— Коммодор Ян!

— Да?

— Что бы вы предложили в сложившейся ситуации?

Прежде чем ответить, Ян встал, снял берет и провёл рукой по волосам.

— Враг собирается разбить наши флота по отдельности. В первую очередь он напал на Четвёртый флот, наименьший по численности. У врага был выбор, и, разумеется, он им воспользовался.

— …Сможет ли Четвёртый флот продержаться?

— Два флота сражаются в открытую, лицом к лицу. В таком случае верх одержит тот, чья численность больше. Не говоря уже о том, что нападающий владеет инициативой и преимуществом.

Ян говорил и смотрел бесстрастно. Заметив это, Паэтта сжал и разжал кулак, словно удерживаясь от того, чтобы схватить его за грудки и потрясти.

— Тогда нам нужно спешить им на помощь. Мы сможем напасть на имперцев сзади и разом перевернуть ситуацию в свою пользу.

— Это, вероятно, будет уже бесполезно.

Голос Яна прозвучал по-прежнему бесстрастно. Вице-адмирал, уже почти переставший обращать на него внимание и собирающийся отдать указания, вновь повернулся к нему:

— Что вы имеете в виду?!

— Когда мы доберёмся дотуда, бой уже будет закончен. Враг освободится и сможет напасть на Второй или Шестой флот до того, как мы соединимся. Можно почти наверняка утверждать, что следующей целью противника станет Шестой флот, в котором меньше кораблей. В такой ситуации именно от нашего флота будет зависеть, как сложится бой. Мы должны избежать вражеской ловушки. А для этого нам нужно не пытаться предугадать действия противника, а полагаться на себя.

— Так что же, по-вашему, мы должны предпринять?

— Мы должны изменить порядок действий. Вместо того, чтобы надеяться соединиться с Шестым флотом на поле боя, мы должны объединиться с ним как можно скорее. И уже вместе атаковать врага. Общая численность двух флотов составит 28000 кораблей, что хоть и не гарантирует победы, но на порядок увеличит наши шансы, когда мы столкнёмся с противником.

— Иными словами, вы говорите, что мы должны бросить Четвёртый флот?! — с обвинением в голосе прорычал вице-адмирал. Хладнокровие Яна его бесило.

— К сожалению, даже если мы попробуем прийти на помощь, уже слишком поздно, — Ян словно и не замечал угрожающего тона адмирала.

— Но мы не можем бросить наших товарищей на растерзание врагу!

— В таком случае, все наши флота один за другим падут жертвой, — Ян слегка пожал плечами. Он сожалел о гибели флота, но не видел ни малейшего шанса чем-то помочь.

— Этого не может быть! Четвёртый флот так просто не сдастся! Если они смогут задержать имперцев…

— Как я уже говорил, это невозможно, но…

— Коммодор Ян! Реальность отличается от ваших расчётов! Вражеским флотом командует граф Лоэнграмм. Он молод и неопытен. А вице-адмирал Пасторе закалённый ветеран.

— Но, сэр, хоть он и неопытен, его тактика…

— Достаточно, коммодор, — недовольно перебил его вице-адмирал. Молодой офицер попытался что-то доказывать, вместо того, чтобы просто подтвердить мнение Паэтты. Он махнул Яну, приказывая садиться, и повернулся к экрану.

Спустя четыре часа после начала битвы Четвёртый флот был фактически уничтожен. Оставшиеся корабли потеряли всякий порядок, не было никакой системы командования. В некоторых местах ещё сражались небольшие группы и отдельные корабли, но это была уже агония.

Флагманский корабль превратился в гигантский кусок металлолома, плавающий в пустоте космоса. Никого живого на нём не осталось.

Мостик был сметён прямым попаданием противника, сосредоточившего огонь на флагмане. Мгновенно сформировалась огромная трещина, и из-за перепада давления останки вице-адмирала Пасторе вынесло в космос. Куда теперь отправится его тело? Никто не знал…

В это самое время Райнхард как раз получал известие о победе. Докладывал Меркатц по видеосвязи.

— Организованное сопротивление закончилось. Осталось зачистить поле боя от последних сопротивляющихся и уничтожить пытающихся сбежать.

— В этом нет необходимости.

— Что? — сузил глаза Меркатц.

— Закончился только первый из трёх этапов сражения. На врага, который потерял возможность сопротивляться, не стоит тратить время. Добейте лишь тех, за кем не надо гоняться, разрушая свои построения. Нас ждут ещё два флота, нужно подготовиться к бою с ними.

— Слушаюсь, ваше превосходительство, — Меркатц резко кивнул и отключил связь.

Райнхард оглянулся на своего друга и адъютанта.

— Кажется, его отношение немного изменилось.

— Да, у него не было выбора.

Бой прошёл как по нотам. Стратегия Райнхарда полностью сработала. Даже адмиралы вынуждены были признать это, а простые солдаты ликовали. Положение на поле битвы перевернулось с ног на голову.

— Какой флот атакуем следующим, Кирхайс?

— С точки зрения позиции выбор не имеет значения. Так что стоит отталкиваться от противника.

— Пожалуй.

— В Шестом флоте меньше кораблей…

— Ты прав, — понимающая улыбка появилась на губах златовласого командующего.

— Но враг может догадаться о нашей стратегии. Это меня немного тревожит…

— Беспокоиться не о чем, — покачал головой Райнхард. — Даже если они всё поймут, то не смогут провести скоординированную атаку. На месте вражеского командира я бы постарался как можно быстрее перегруппировать войска. Ведь, объединившись, противник будет намного превосходить нас численностью. Но, поскольку попыток соединиться они не предпринимают, значит, всё идёт по нашему плану. Мы начнём с обходной атаки на Шестой флот противника. Движемся по часовой стрелке, чтобы атаковать их с фланга. Сколько времени это займёт?

— Меньше четырёх часов.

— Прекрасно! Так ты всё уже рассчитал! — рассмеялся Райнхард. Его улыбка была совсем как у ребёнка. Но она быстро слетела с лица, стоило ему заметить, что на него смотрят. Для всех кроме Кирхайса он должен был оставаться холоден и уверен в себе.

— Передай приказ по флоту. Построиться и приготовиться к обходному манёвру для фланговой атаки на Шестой флот мятежников.

— Слушаюсь! — отчеканил Кирхайс, но при этом как-то странно посмотрел на своего командира, словно хотел что-то сказать.

— Ты с чем-то не согласен? — недоверчиво поднял брови тот.

— Нет, дело не в этом… Но у нас есть запас времени, и мне кажется, стоит дать людям отдых.

— А, да. Я не подумал.

Райнхард отдал приказ разделиться на две смены и поочерёдно поесть и отдохнуть по полтора часа в постелях-резервуарах.

Постели эти представляли собой герметичные пластиковые резервуары, на тридцать сантиметров заполненные концентрированной солёной водой. Температура автоматически поддерживалась на уровне тридцати двух градусов Цельсия. Когда человек ложился внутрь, он оказывался изолирован от всех внешних раздражителей — света, тепла и звука — и лежал в тишине и комфорте. Час, проведённый в такой постели, восстанавливал умственную и физическую усталость так же, как восемь часов обычного сна. Для быстрого восстановления сил и энергии астронавтов это, несомненно, был лучший способ.

На более мелких кораблях, не оснащённых подобными приспособлениями для сна, солдатам иногда давали стимуляторы, чтобы поддерживать их боеспособность. Но эти препараты были не только вредны для организма людей, но и оказывали отрицательное влияние на всю военную организацию. Отравленные наркотиками солдаты становились непригодны к дальнейшей службе и теряли свою ценность как человеческие ресурсы. Тем не менее, в некоторых особо тяжёлых случаях к этому способу по-прежнему прибегали.

Между тем, началось и лечение раненных в бою. Ещё в конце двадцатого века по старому летоисчислению было открыто, что электроны могут активировать клетки человека, что значительно усиливало природные способности к восстановлению. В сочетании с развитой робототехникой, в настоящее время выживало девяносто процентов раненных, попавших к военному врачу. Хотя «смерть» люди лечить так и не научились…

Солдаты имперского флота наслаждались кратким моментом мира. В столовых каждого корабля стояли шум и гвалт. Хотя алкоголь был под запретом, но солдат опьяняла победа в битве, и они не в силах были сдержать себя. Это чувство было вкуснее любой пищи и крепче любого вина.