Йоси Гинсберг – Джунгли. В природе есть только один закон – выживание (страница 24)
Карл достал карту.
«Мы здесь, на месте слияния рек Ипурама и Туичи. Возможности вернуться в Асриамас практически нет – это порядка недели пути. Самым логичным было бы плыть вверх по течению Ипурамы, там у ее истока есть деревенька, названная в честь реки. И если мы будем идти прямо вдоль реки, мы выйдем точно к деревне. Там мы сможем основательно разбить лагерь и остаться на три-четыре дня. Мы съедим провиант, который тяжело нести, например бананы и юкку. Кроме того, я уверен, что там мы найдем дичь. А когда Маркус сможет ходить, мы пешком отправимся в Ипураму и будем там через два дня. Оттуда можно добраться до Аполо. Мы отдохнем в деревне и арендуем ослов. Доберемся до Аполо, а оттуда без проблем сядем на самолет до Ла-Паса. То есть там мы уже будем раньше, чем через неделю».
«Ты уверен, что до Ипурамы так легко добраться? Раньше кто-то ходил этим путем?» – спросил Кевин.
«Наверное, местные жители ходят туда на рыбалку. Я не знаю точно, но даже если там не ступала нога человека, добраться до деревни совершенно не сложно. Река выведет нас…»
«Взгляни получше на карту, – перебил его Кевин, – река разветвляется на три притока, которые ведут в трех разных направлениях. Как понять, какой именно приведет нас к деревне?»
«Когда мы окажемся так близко, – ответил Карл, – мы точно найдем нужную дорогу. Смотри, все три притока пересекаются на пути, ведущему к Аполо. Тропинка эта довольно широкая, ее сложно пропустить. Отсюда всего пару дней пути до Аполо».
Кевин внимательно изучил карту и больше не возражал. Мы начали ставить лагерь. На этот раз Карл подошел к вопросу со всей скрупулезностью: он долго искал сухую равнину, которая располагалась бы чуть выше уровня воды, а затем расчистил ее от камней, сорняков и корней.
Затем он взял меня с собой на поиски прочных и прямых стеблей бамбука и веток. Он хотел отвязать панчо от бревен и использовать их, чтобы стянуть шесты для палатки, но Кевин не позволил ему этого сделать.
«Ты же не собираешься сплавляться в одиночку, Кевин?» – насторожившись, спросил Карл.
«Разумеется, нет, – ответил Кевин, – просто жалко портить плот. Мое сердце не выдержит такого издевательства».
Карл рассмеялся: «Ладно, найдем каких-нибудь лиан в джунглях».
Когда мы поставили палатку, мы убрали рюкзак с едой в сухое место, развели огонь и подвесили котелок.
Мы замечательно обустроились и наконец могли расслабиться и по-человечески отдохнуть.
Я решил снова отправиться на рыбалку. Я нашел дерево, растущее прямо на месте слияния двух рек, и устроился в его сени, пытаясь поймать наживку. Рыбешки аккуратно пощипывали крючок, но не заглатывали его полностью.
Я решил снять ботинки и проветрить ноги. Когда я разулся и стянул носки, я заметил, что ступни и лодыжки покрылись красными точками. Они были похожи на ту сыпь, которой страдал Маркус, и я понял, что инфекцию нужно остановить, пока она не распространилась дальше. Москиты кружили вокруг моих голых ног. Я надел носки и принялся рыбачить. Вскоре ко мне подошел Кевин.
«Ты куда пропал? Я тебя искал, – сказал он, – у меня идея: давай пойдем вдвоем».
Я не мог поверить в то, что он говорит серьезно.
«Уверен, мы справимся, – продолжил он, – за нас все сделает течение. Послушай, я не дурак и не собираюсь умирать. Подумай, Йоси. Зачем мы отправились в этот поход? Карл обещал отвести нас в деревню индейцев. Это должно было стать кульминацией нашего путешествия, но мы так туда и не попали. Помнишь, он болтал о диких животных? Об аллигаторах в заливах? О золотоносных шахтах и о деревне Сан-Хосе, в которой он жил? Чего он только нам не рассказывал. А в итоге мы всего лишь сплавились по реке. А теперь он и вовсе решил вернуться домой.
А сколько времени мы провели на реке? Даже меньше двух дней! Разве за этим я отправился в поход? Чтобы вернуться домой ко Дню благодарения? Я думал, это будет нечто необычное, такое, что случается раз в жизни. А что в итоге? Все было зря».
Я колебался. Я уже принял решение вернуться, но Кевин снова разжег во мне дух авантюризма.
«Мы справимся, – сказал Кевин, – мы сделаем это вдвоем».
Как Карл и обещал, наш отдых в месте слияния рек был лучшей частью нашего путешествия. Как ни странно, погода была чудесной и солнечной. Хотя был конец ноября, а в декабре, как правило, начинался сезон дождей.
«Это, кстати, еще одна причина вернуться, – не унимался Карл, – только представьте, каково это – попасть в шторм. Это не только неприятно, но и опасно. Реки выходят из берегов, а течение становится еще сильнее. Я приятно удивлен, что нам так везет с погодой».
На второй день нашего отдыха мы с Карлом взяли ружье и мачете и отправились на охоту.
«Давай пройдем чуть вверх по течению Ипурамы, – предложил Карл. – Мне кажется, там неплохое местечко, заодно разведаем тропинку, по которой двинемся в путь».
Мы прошли около часа, пробираясь сквозь джунгли. Мы не увидели ни следов мачете, ни сломанных веток, что лишь еще раз доказывало то, что мы единственные люди, побывавшие в этом месте.
Внезапно мы услышали громкий рев. «Ягуар! Ягуар!» – закричал Карл.
Я осмотрелся, до смерти испугавшись. Я никого не видел, но рев становился громче, а затем до нас донесся целый хор не менее свирепых рыков.
«Нет, это не ягуар, – передумал Карл, – это большой ревун,
Я поднял глаза. Семейство огромных коричневых обезьян с любопытством смотрело на нас, словно взывая к нам.
«Они не такие вкусные, как
Он прицелился, выстрелил, но промахнулся. С моей позиции попасть было намного проще – я отчетливо видел обезьяну.
«Дай-ка ружье», – сказал я.
Я взял у него обрез, прицелился и выстрелил. Обезьяна упала, беспомощно пытаясь ухватиться за ветки. Наконец она повисла на одном из нижних сучьев, не долетев до земли. Карл выхватил у меня ружье и побежал к добыче.
«Она здоровая, как горилла», – закричал он, добивая обезьяну выстрелом в упор. Зверь рухнул на землю. Карл выпотрошил ее прямо на месте, чтобы нести тушку было легче. Вместе мы дотащили ее до лагеря.
Кевин пребывал в отличном настроении. Он успел сделать уже с дюжину снимков, а потом сфотографировал и нас с добычей – мы позировали, взяв ружья в руки.
Маркус пытался не обращать внимания на обезьяну, даже когда мы положили добычу в костер и запах горящей плоти был очень неприятным и распространился по всему лагерю. Маркус все утро рыбачил и старался полностью сосредоточиться на этом деле.
«Йоси, сюда, быстрее!» – оживившись, закричал он.
Леска дрожала – он зацепил большую, мощную и быструю рыбу. Я перехватил леску, но она была слишком короткой, и ослабить ее не получалось. Я аккуратно попытался зафиксировать ее. Началась борьба: я подтягивал леску к себе, а рыба – к себе. Я знал, что на крючке у меня нечто очень сильное, способное порвать даже такую толстую леску. Я смотал леску, но почувствовал невероятно энергичный рывок на другом конце. Леска натянулась и пронзительно зажужжала. Я крепко схватил ее. Жертва немного уступила, и я смотал еще несколько метров лески. Затем рыба попробовала новую уловку: она быстро подплыла ко мне, ослабив леску, а затем резко выпрыгнула, высоко поднявшись над водой. Она была около метра в длину, очень красивая, покрытая золотыми чешуйками. Мы ахнули от восторга.
«Дорадо! – закричал Карл. – Это дорадо! Лучшая рыба в этой реке!»
«Это моя рыба. Я поймал ее. Йоси, дай мне леску. Живо дай мне леску», – заныл Маркус.
«Это не твоя рыба, – яростно заорал я, – это наша общая еда. Так что не мешай мне».
Карл попытался успокоить Маркуса. Кевин фотографировал все, что я делал.
Через пятнадцать минут рыба выбилась из сил. Я подтянул леску, вытащив добычу практически на берег. Когда до берега оставалось около двух метров, Карл прыгнул в воду, схватил рыбу и швырнул ее на песок. Она была огромной и отливала золотом на солнце.
«Отличная работа, Йоси», – Карл наклонился ко мне и похлопал меня по спине. Он, как обычно, позаботился о нас. Он хотел, чтобы нам понравился ужин, поэтому он приготовил салат из огурцов, приправленный чесноком и лимоном. Он срезал рыбий жир и растопил его на сковороде, чтобы зажарить кусочки бананов.
Когда ужин был готов, мы взяли по миске, поставили ее на колени и принялись за еду. Рыба была просто великолепной: мясо было мягким, белым и без костей. Маркус сидел поодаль от нас. Он был явно расстроен. Я подошел к нему и присел рядом.
«Извини, что вел себя как ребенок, – сказал он, – но я никогда раньше не ловил рыбу, поэтому хотел сделать все сам. Я знаю, это было глупо. Извини».
«Забудь, Маркус, – ответил я, – я тоже прошу у тебя прощения. Я не хотел задеть тебя. Я не выделывался. Я просто знал, как нам нужна еда. Я к тому, что каждый из нас с бо́льшим удовольствием съел бы рыбу, нежели обезьяну».
«Ты прав, Йоси. Я рад, что мы поговорили. Я не знаю, что делать. Кевин со мной такой недоброжелательный».
«У него просто плохое настроение, потому что мы не будем сплавляться вниз по реке. Ему сложно принять то, что мы возвращаемся домой».
«Откровенно говоря, – сказал Маркус, – я бы тоже продолжил наше путешествие, даже если это опасно. По крайней мере нам не придется ходить пешком. Я ведь не знаю, смогу ли я долго идти».