Йон Линдквист – Икс. Место последнее (страница 39)

Короткий беспокойный сон не прошел бесследно. Мозг словно перевязали изолентой и окутали туманом. Прежде чем что-то предпринимать, надо выпить крепкого эспрессо.

Томми процеживал только что смолотый кофе через ситечко, и в это время из спальни донесся звук падающей капли воды. Он отложил все в сторону, достал фотоаппарат и положил телефон на пол.

Нажал на иконку «Снэпчата». На этот раз бросил быстрый взгляд на изображение, прежде чем его сфотографировать. Но так и не сфотографировал. Как только Томми увидел фото, у него перехватило дыхание, а камера выпала из рук. Он сорвал с себя халат, оделся так быстро, как только смог, и выбежал из квартиры, даже не попрощавшись с Хагге. Когда бежал вниз по лестнице, из глаз полились слезы.

Линус, Линус…

2. Внутри

И денег на жизнь хватает,

И личный растет капитал.

И по душе мне работа,

О которой всегда я мечтал.

Единорог и Козел

Как и везде, где живут люди, в Сарае со временем сложилась местная мифология – набор слабо связанных между собой образов и историй, которые в той же степени составляли душу домов, что и балконы, лифты и квартиры, если не больше.

Некоторые представления являлись не чем иным, как плодами фантазии, которые не оказались мертворожденными исключительно благодаря силе внушения. Например, было «известно», что на подвальном этаже между подъездами 54 и 58 находится гигантский недостроенный бассейн, где годами собирались дождевая и грунтовые воды. Теперь же он превратился в место обитания самых разных водных организмов, полностью белых из-за отсутствия света. Утверждали, что между Сараем и Каролинской больницей существует тайный военный туннель, но его так и не нашли, равно как и банду одичавших детей-беженцев, которые жили в палатках на крышах, с помощью веревок спускались вниз и через окна пробирались в квартиры.

Таковы примеры феноменов, существующих исключительно в людской фантазии. Кроме того, рассказывали разные истории. Некоторые из них – чистая выдумка: привидение из квартиры на пятом этаже в подъезде 72, которое показывается только в период убывающей луны, или зараженная бешенством овчарка, которая в начале восьмидесятых искусала до смерти четырех детей на детской площадке.

Другие события происходили на самом деле, но со временем их приукрасили и снабдили деталями, так что они все больше походили на небылицы. Одно из подобных событий в народе ходило под названием «Резня на площади».

Криминальная деятельность, которая занимает центральное место в этой истории, еще в семидесятые годы расцвела пышным цветом, хотя тогда масштабы были другими, поскольку кокаин еще не стал массовым средством бегства от действительности. Упрощая, можно сказать, что финны из южного квартала продавали контрабандную водку, а чилийцы из северного сбывали краденое, так что этнические шведы, не желавшие оставаться в стороне, могли выбирать, к кому примкнуть, и часто выбирали братский народ. Просто тишь да гладь.

По неизвестной причине между этими двумя группами разгорелся конфликт, который постепенно нарастал и достиг пика в июне 1977 года, когда две банды, одна с юга, другая с севера, встретились на площади, чтобы устроить разборку. Огнестрельное оружие не использовалось, но зато в ход пошли дубинки, биты и ножи.

Произошла драка, в которой погибло по одному человеку с каждой стороны, прежде чем спустя десять минут прибыла полиция и прекратила избиения. Одна из жертв упала в фонтан посреди площади. Полиция арестовала нескольких участников и разогнала остальных. Затем троих осудили за непредумышленное убийство. Вот и вся история, но с годами коллективная фантазия приукрасила это трагическое, но в принципе банальное событие настолько, что теперь ему место в мире сказок.

Во-первых, по новой версии, погибли семь человек. Семь. Всем семерым перерезали горло, а затем бросили их в фонтан, в результате чего прозрачная вода окрасилась в красный цвет. Струи, бьющие из рук эльвы, тоже стали красными, и кровавая дымка покрывала площадь в течение двух часов, что продолжалась драка.

В течение многих недель после этого события у жителей Сарая из крана шла кровавая вода. Кровь продолжала вытекать из фонтана и ручейками бежала по площади, кровь проступала даже в сливе в душе. Вот что знают и до сих пор рассказывают жители Сарая о «Резне на площади» 1977 года.

Ранним утром 23 октября 2017 года в кровавую историю площади была вписана новая глава, хотя ее стоило бы сделать частью истории, которая началась сорок лет назад.

Свидетелями происшествия стали лишь три человека, и, поскольку их показания в целом совпадали и еще не были присыпаны блестящей мишурой фантазии, нам остается характеризовать их как достоверные.

До рассвета оставалось часа два, и площадь освещали лишь немногочисленные исправные фонари, когда в 05:25 наши три очевидца с трех разных точек увидели, как Энрике Моралес, более известный как Чиво, или Козел, идет через площадь со стороны северного квартала. Скорее всего, они не обратили бы на это никакого внимания, если бы он не нес в руках длинную алюминиевую стремянку.

Кто такой Чиво, все свидетели знали, хотя и утверждали, что подробности его деятельности им неизвестны. То, что такой человек идет со стремянкой в темное время суток, само по себе настораживает и побуждает если не к действию, то как минимум к наблюдению за происходящим. Свидетели замедлили шаг, чтобы украдкой проследить за действиями Чиво. Сам Чиво, казалось, не подозревал, что за ним наблюдают, и свидетель, находившийся ближе других, отметил, что Чиво выглядел «совершенно растерянным».

Он подошел к краю фонтана, поставил стремянку. Неуверенно, на трясущихся ногах начал подъем по ступенькам. К этому моменту свидетели остановились, чтобы лучше видеть дальнейшее развитие событий. Никто из них даже не догадывался, что собирается сделать Чиво.

До момента, когда Чиво забрался на самый верх стремянки, показания свидетелей идентичны, затем они несколько расходятся. Один утверждал, что Чиво всплеснул руками, другой – что прошептал: «Ayúdame»[42]. Это не так важно, поскольку все были полностью согласны в том, что произошло после.

Поддерживая равновесие, Чиво отклонился назад, насколько позволяла стремянка, после чего кинулся вперед. Ноги только успели оторваться от алюминиевой площадки, как острый рог единорога пронзил грудь и вышел на спине сразу под левой лопаткой, и Чиво повис в паре метров над дном фонтана.

Возможно, Чиво целился себе в сердце, чтобы умереть как можно быстрее и с достоинством. Вышло не совсем так. Рог прошел правее сердца, застрял между ребрами, сломав их, и пробил левое легкое.

До этого момента операция проходила в полной тишине. А теперь Чиво словно очнулся от мнимого паралича. Руки и ноги задвигались, из горла вырывались тихие хлюпающие крики, хлестала кровь, которая стекала в фонтан. Чиво уперся ногами в макушку единорога и попытался слезть с рога, но безрезультатно. Он сдвинулся на несколько сантиметров, после чего силы покинули его и он с протяжным вздохом сполз обратно к статуе.

Только сейчас свидетели стали изо всех сил искать глазами друг друга в темноте. Может, нам?.. Надо ли?.. Никто из них не двигался, и, пока Чиво трепыхался все слабее, очевидцы достали телефоны. Двое набрали 112, третий снимал происходящее на камеру. Спустя несколько минут все закончилось. Хоть Чиво и промахнулся мимо сердца, он повредил достаточно артерий вокруг него, чтобы достичь желаемого. Чиво был мертв и теперь мог занять свое место в местной мифологии.

Линус

«Ты придумываешь кого-то живого и притворяешься им. Ты – собранные воедино куски. Тебя сотворили. Мозг размышляет. Придумывает. Издает звуки. Иногда слова. Говорит что-то. Лежит во мраке и говорит. Это ничего не значит. Значит только мрак. Ты – ничто. Есть только мрак».

Линус не знал, как долго продолжалось обучение. Время утратило линейность и превратилось в капли, они падали на поверхность и расползались в разные стороны. Цепляться можно было только за небо, которое посветлело над полем Йервафельтет, где он и Барак Обама, снова в маске, стояли друг напротив друга, а информация струилась Линусу в голову.

Он пребывал в блаженном состоянии, поскольку пытки сделали его восприимчивым к правде о человеческой жизни. Пока он висел на крюке, у него была возможность посмотреть на себя со стороны и увидеть, что он из себя представляет. Кусок мяса, способный испытывать боль. Больше ничего. Вскоре мозг закрасит это физическое осознание яркими красками, ведь задача мозга – производить смысл там, где его нет. Но сейчас время для обучения. Так ему объяснили.

Линус поднял глаза на предрассветное небо и разглядел едва заметную пелену, скрывающую за собой бесконечный мрак. Таким же образом мозг рождает иллюзии, и мы забываем о своей никчемности. Чувство собственного достоинства, целеустремленность, ностальгия – лишь призраки, подобно облакам на небе, лишенные сущности, мозг создает их, чтобы мы продолжали жить.

Барак Обама пристально посмотрел на Линуса и подошел ближе. Вокруг глаз виднелся край маски и более светлая кожа под ней.

– Ты видишь, – сказал Обама. – Теперь ты видишь.

Линус кивнул:

– Да, вижу.

Обама схватился за кожу у себя над ключицами, стиснул кулаки и потянул вверх. Пласт темной кожи с липким звуком отделился от груди и шеи. Клей отпустил, лицо сморщилось, и последним рывком он стянул маску через голову и бросил на траву.