Йон Колфер – Миссия в Арктику (страница 16)

Она нажала пару кнопок, и на экране шаттла появилась карта. Это был план старой части Парижа.

– Итак, – продолжала она, показывая на один из мостов через Сену, – мы находимся вот здесь. Под этим мостом, в шестидесяти метрах от Нотр-Дам. Я имею в виду собор, а не футбольную команду. Терминал замаскирован под опору моста. Остановитесь у двери и ждите, пока не загорится зеленый сигнал. Не хватало только, чтобы какой-нибудь парижанин увидел вас выходящими из кирпичной стены.

– Но разве вы, капитан, с нами не пойдете? – удивился Артемис.

– У меня другой приказ, – ответила Элфи. – Кроме того, это может оказаться ловушкой. Кто знает, что нас ждет там, за дверью? Ну а вы вполне можете сойти за обычных туристов из Ирландии. Таких, как вы, полным-полно в этом городе.

– С ума сойти, как нам повезло с внешностью. А какие-нибудь ниточки, способные помочь в поисках, у нас есть?

Элфи вставила в компьютер диск.

– Жеребкинс подключил к задержанному гоблину свой сетчаткоскан. Так вот, гоблин явно встречался с этим человеком.

На экране появилась фотография.

– В интерполовских файлах, имеющихся у Жеребкинса, обнаружилась кое-какая информация на этого типа. Люк Каррере. Адвокат, лишенный права заниматься юридической деятельностью. Ныне зарабатывает себе на жизнь частным сыском.

Элфи нажала на клавишу «Распечатать».

– А вот его адрес. Он только что переехал в шикарные апартаменты. Возможно, это не имеет к нашему делу никакого отношения, но, по крайней мере, мы знаем, откуда стоит начать копать. Я хочу, чтобы вы обездвижили его, а потом включили вот эту штуку.

Элфи передала телохранителю похожий на часы аквалангиста предмет.

– Что это? – спросил Дворецки.

– Самый обычный коммутатор, устройство для связи, которое передает не только звук, но и изображение. Вы должны поднести его к лицу Каррере, таким образом я смогу навести чары и снять с подозреваемого показания прямо отсюда. Кстати, в этой машинке также установлена одна из последних придумок Жеребкинса – персональный защитный экран «Спаси и сохрани». Опытный экземпляр, к вашему сведению. Вам выпала честь испытать его. Если прикоснуться к экранчику коммутатора, микрореактор сразу создаст вокруг вас сферу трехфазного света. Диаметр ее – два метра. Твердые предметы она не остановит, зато надежно защитит от лазерных или парализующих разрядов.

– Гмм, – неуверенно произнес Дворецки. – У нас, на поверхности, как-то не в ходу бластеры и парализаторы.

– Значит, эта функция коммутатора вам не пригодится. Мое дело – проинформировать.

Дворецки внимательно изучил крошечный прибор.

– Защитная сфера двух метров в диаметре? – переспросил он. – Стало быть, радиус ее – всего один метр? А если я в эту сферу не помещаюсь?

Элфи шутливо похлопала телохранителя по животу.

– А ты присядь.

– Спасибо за совет, – сказал Дворецки, застегивая ремешок на запястье. – Ладно, я пошел, а вы тут постарайтесь не убить друг друга в мое отсутствие.

Артемис изумленно поднял брови, что выражало крайнюю степень удивления, ведь он очень редко демонстрировал свои эмоции.

– В твое отсутствие? Ты хочешь сказать, я останусь здесь?

Дворецки указал на свой глаз:

– Не волнуйтесь, сэр, вы все увидите через камеру.

Немного успокоившись, Артемис вернулся в кресло второго пилота.

– Понимаю, со мной ты будешь действовать медленнее, а чем раньше мы выполним это задание, тем быстрее отправимся на поиски моего отца.

– Конечно, если вы настаиваете…

– Нет, сейчас не время для ребяческих выходок.

Дворецки едва заметно улыбнулся. Артемиса можно было обвинить в чем угодно, но только не в ребячестве.

– Сколько времени в моем распоряжении?

Элфи пожала плечами.

– Сколько угодно. Но, как он верно сказал, чем быстрее ты управишься, тем лучше для всех. А особенно – она бросила взгляд на Артемиса, – для его отца.

Несмотря ни на что, Дворецки чувствовал себя превосходно. Охота – это основа самой жизни. Конечно, со времен каменного века кое-что изменилось – в частности, добавился пистолет под мышкой. Но основной принцип оставался неизменным: выживает сильнейший. А у Дворецки не было даже тени сомнения: сильнейший тут он.

Следуя инструкциям Элфи, он добрался до служебной лестницы и поднялся по ней к металлической двери. Здесь он остановился и подождал, пока красная лампочка над дверью не погаснет и не загорится зеленая. Бесшумно скользнула в сторону хорошо замаскированная дверь. Телохранитель осторожно вышел на улицу, понадеявшись, что под мостом действительно никого нет, иначе ему трудно будет выдать себя за бездомного бродягу. Бродяги не носят костюмов от модных кутюрье.

Дворецки почувствовал прохладный ветерок, овевающий гладко выбритую кожу головы. Утренний воздух был напоен сладостью – особенно приятно было вдыхать его после стольких часов, проведенных под землей. Теперь Дворецки вполне мог представить, что чувствуют подземные жители, вытесненные людьми из своей привычной среды обитания. Хотя судя по тому, что ему удалось увидеть и узнать, люди вряд ли смогли бы долго противостоять волшебному народцу, если бы тот вдруг решил вернуть себе то, что принадлежало ему по праву. Но к счастью для человечества, под землей жили миролюбивые существа, не любящие и не желающие воевать.

На берегу никого не было. Дворецки вышел на пешеходную дорожку и направился по набережной на запад, в сторону района Сен-Жермен.

Справа неторопливо проплыло речное судно, специализирующееся на перевозке туристов. Дворецки машинально прикрыл лицо массивной ладонью – на тот случай, если камера какого-нибудь туриста была направлена в его сторону.

По каменным ступеням телохранитель поднялся на улицу, которая шла выше. За его спиной стремился в небо остроконечный шпиль собора Нотр-Дам, справа разрезал облака знаменитый силуэт Эйфелевой башни. Дворецки уверенно шагал вперед, изредка кивком приветствуя француженок, которые останавливались на него поглазеть. Ему был знаком этот район Парижа – здесь он некогда провел целый месяц, восстанавливая силы после выполнения особо опасного задания для французской секретной службы.

Дворецки неторопливо свернул на рю Жакоб. Даже в такой ранний час легковые машины и грузовики шли непрерывным потоком. Водители давили на клаксоны и высовывались из окон, демонстрируя неудержимый галльский темперамент. Мопеды ловко сновали между бамперами, периодически через улицу перебегали миловидные девушки. Дворецки улыбнулся. Париж… Он уже начал забывать, каков из себя, этот город.

Апартаменты Каррере находились на рю Бонапарт, напротив церкви. Район Сен-Жермен считался очень престижным. Средний парижанин за целый год не зарабатывал столько, сколько стоило снять тут квартиру всего на один месяц. Заказав в кафе «Бонапарт» кофе и рогалик, Дворецки удобно расположился за столиком на улице, выбрав место, с которого хорошо просматривался балкон апартаментов мсье Каррере.

Ждать пришлось недолго. Не прошло и часа, как коренастый парижанин появился на балконе и, облокотившись о перила, постоял так несколько минут, демонстрируя свое лицо то в фас, то в профиль. Что было очень любезно с его стороны.

В ухе Дворецки раздался голос Элфи:

– Это наш парень. Он один?

– Пока не знаю, – пробормотал телохранитель, прикрывая рот ладонью.

Приклеенный к его горлу микрофончик телесного цвета снимал звуковые колебания, трансформировал их в слова и передавал Элфи.

– Одну секунду.

Дворецки услышал стук клавиш, потом вдруг вспыхнула установленная в его зрачке камера. Одним глазом он начал воспринимать совершенно другой спектр.

– Тепловидение, – сообщила Элфи. – Горячее – красное, холодное – синее. Не очень мощная система, но наружную стену здания просветит легче легкого.

Дворецки поднял голову и вгляделся в стены этажа, на котором жил Каррере. В его квартире он обнаружил три предмета красного цвета. Одним было сердце Каррере – ярко-алое пульсирующее пятно, окруженное вытянутой розовой аурой тела. Вторым предметом, похоже, был то ли кофейник, то ли чайник, а третьим – телевизор.

– Ладно, все чисто. Я пошел.

– Поняла. Действуй осторожно. Все идет слишком гладко.

– Согласен.

Дворецки пересек булыжную мостовую и подошел к четырехэтажному жилому дому. У двери он увидел переговорное устройство, но сама дверь была сделана в девятнадцатом веке и, конечно, не выдержала хорошего удара массивным плечом.

– Я внутри.

На лестнице раздался шум шагов – кто-то спускался. Дворецки решил, что для беспокойства нет причин, однако на всякий случай сжал в ладони рукоятку пистолета. Хотя вряд ли ему понадобится оружие. Даже самые отчаянные молодые хулиганы предпочитали обходить Дворецки стороной. Вероятно, все дело было в его безжалостном взгляде. Впрочем, следовало учитывать и его рост, чуть больше двух метров.

Из-за угла показалась группа подростков.

– Excusez-moi, – извинился Дворецки, вежливо отходя в сторону.

Девушки захихикали. Юноши уставились на него широко открытыми глазами. Один, со сросшимися бровями, похожий на игрока в регби, хотел было что-то сказать. И тут Дворецки подмигнул ему. Этот жест был особым, он одновременно приветствовал и внушал ужас. Комментариев не последовало.

На четвертый этаж Дворецки поднялся без происшествий. Апартаменты Каррере находились на углу здания. Две стены с окнами. Очень недешевая квартирка.