ЙЕН ЛОКК – Свободный (страница 5)

– Одну минуту, мистер Латс. – Она кивнула, принимая новые правила.

– Завтра чтобы было всё. Включая изменения в расписании сенатора после праздников. – Вполне миролюбиво закончил я, глядя на ее дрожащие губы. Она поняла.

Выйдя из кабинета, я рванул в Ридинг, чтобы присутствовать на рождественской вечеринке сенатора Черрена, которая приходилась аккурат на новогодние праздники.

Настроение портилось от мысли, что на приеме будет и Дэвид Санкара. Меня воротило от мысли, что, как минимум, полтора часа мне надо будет наблюдать его противную физиономию рядом с собой. Но мне срочно нужно было обсудить с сенатором открытие новой школы в Грейндж-Хилл. Сам сенатор сказал, что ему нужна помощь по этому вопросу.

Школы, конечно, не мое, этим мама занимается, но я сомневался, что они с батей приедут на вечеринку в Ридинг. Они обычно в Колорадо на Новый год. Мама скучает по снегу, проведя все детство в Колорадо-Спрингс. И как батя говорит «кто я такой, чтобы не провести с любимой женой Новый год там, где она хочет»

Рождественские праздники мы, конечно, тусим все дома, доставая родителей всеми известными нам способами, включая хоровое исполнение у них под дверью рождественских песен. Именно в тот момент, когда там становилось слишком шумно даже для взрослых совершеннолетних сыновей. Батя уже лет пять грозится поставить бронированную дверь на лестницу, чтобы мы не могли проникнуть на второй этаж.

На это Рождество, например, он выставил охрану перед лестницей, чтобы мы не ходили дальше гостевых комнат на первом этаже, которые нам выделили на все праздники.

Пффф…наивные.

Мы с братьями, переодевшись в Санта, орали песни им под окнами, обожравшись коктейлями.

Какого хрена утром мы очнулись в детской песочнице на заднем дворе со всеми детскими игрушками, история тактично умалчивает. Стэн с Ройсом даже устроили натуральное побоище своими трансформерами, пока я бегал по песочнице с воплями «Где мой Бамблби?» и только потом вспомнил, что тот пал смертью храбрых еще когда я был в седьмом классе.

Проржавшись и с охеренно больной головой после не помню уже скольких «Зомби», мы вынужденно слушали «Jingle Bells» на батином телефоне все утро. К тому моменту, когда батарейка на телефоне сдохла, мы хором торжественно клялись в новом году ни-ни.

Посмеиваясь, я подрулил к особняку сенатора.

Мою машину узнали и я отдал ключи, чтобы ее перепарковали. В приемной было шикарно убрано и весь политический цвет Корнуолла собрался на приеме. Я направился прямиком к сенатору, на ходу здороваясь с другими гостями. Мое внимание привлекла одна женщина, но я, хоть убей не мог вспомнить, где видел ее.

– Сенатор Черрен, миссис Черрен, благодарю за приглашение. – Я максимально вежливо и тепло поздоровался с хозяином дома и его супругой. – Отличный вечер.

– О чем говоришь, мой мальчик! Мы всегда рады тебе! – Сенатор лучился добродушием. – Николас, пока еще не много народа, давай переговорим по неотложным нуждам?

В его голосе отчетливо сквозило вопросительное выражение и я кивнул. Он прекрасно знает, что все его просьбы я передам матери, которую он отказывался беспокоить в праздники. Выслушав пожелания, мы расстались, довольные друг другом.

Среди приглашенных было много журналистов и мне приходилось быть осторожным, чтобы не попасться в их прицел. Терпеть не могу их настойчивый и крайне нездоровый интерес к собственной персоне.

Краем глаза я заметил Санкара с супругой и поспешно исчез из их поля зрения. Долго бегать от них я не собирался, но все-таки надеялся, что здороваться с ними буду уже ближе к концу собственного пребывания на приеме.

Забравшись на галерею на втором этаже с бокалом шампанского, я рассеянно рассматривал гостей. Глаза непроизвольно цепляли ту женщину, которая показалась мне знакомой, но я не узнавал ее. Оборзеть что ли настолько, чтобы спуститься к ней и спросить? Я, как минимум, должен знать ее имя. Нас точно знакомили.

Глядя на гостей сверху, я видел, что Санкара настойчиво ищет кого-то глазами. Черт! Надеюсь не меня.

– Ник. – Раздался вдруг голос позади меня и я резко обернулся.

Задумавшись, я не слышал шаги. Кеннет Ченсен прибил бы меня на месте за такую невнимательность.

К моему бесконечному удивлению меня окликнула жена Санкара Юлали. Я вопросительно поднял бровь, чувствуя себя не в своей тарелке. Какого хрена? Что ей нужно? Не помню, чтобы мы были близки настолько, чтобы называть друг друга по имени.

– Миссис Санкара? – с неподдельным недоумением спросил я, отходя от поручней галереи.

Ее глаза странно блеснули и она прижала палец к губам, отступая к дверям комнаты позади. Она была красивой, очень красивой. Но все-таки была женой неприятного мне человека. Короткое мгновение я сомневался, но Юлали, заставив наклониться к себе, прошептала

– Никто не узнает.

Она покраснела, говоря это, и я наклонился к ней, подхватывая ее на руки, прижимая к себе, чтобы быть на одном уровне. Она целовала меня и я соображал, как можно быстрее, как должен отвечать на это.

Мы вломились в комнату, не отрываясь друг от друга. Ей достаточно было завести руки за спину, чтобы избавиться от платья. Мне потребовалось время, чтобы снять костюм.

Признаюсь, обнаженная она была прекрасна. Ей было лет тридцать пять и она была в во всей мощи своей красоты. Мой первый поцелуй с женщиной, которая определенно умеет целоваться и любит это делать. Я снова склонился к ее лицу, пробуя ее губы на вкус и она целовала меня, откликаясь. Я не мог насытится поцелуем.

Отстранившись, она внимательно посмотрела на меня.

– Ты никогда не..

– Нет. – Я даже не дослушал вопрос.

– Я покажу как. – Прошептала она, снова притягивая меня к себе.

Ни на секунду не прерывая обучение, она раскатала по моему члену презерватив, который я достал сразу же, как скинул боксеры, и я начал проникать в нее. Она была тесной и такой мокрой, что я не удивился бы узнав, что она уже кончила, пока мы просто целовались. Воткнувшись в нее во всю длину, я замер, привыкая. А потом начал движения. Юлали откликалась нетерпеливыми стонами и я успел подумать, что она действительно потрясающе трахается. Застонав особенно громко, она кончила и я рывком перевернул ее на живот. Погрузив пальцы в ее щелку, я смочил их ее соками и обвел тугой кружочек заднего прохода. Она охнула

– Аккуратно, прошу! У меня давно ....

В этот момент я погрузил палец внутрь и убедился в ее словах. Она застонала, а мне на какой-то миг стало ее даже жалко.

Я добавил второй палец, растягивая ее и она зашипела от боли. Второй рукой я накрыл ее лобок и стал ласкать клитор, чтобы отвлечь внимание от болезненного, после долгого отсутствия анального секса, проникновения. Она шипела от неприятного ощущения, пока я почти аккуратно вдалбливался внутрь, но моя рука на ее клиторе смягчала боль. Я рванулся до конца и Юлали вскрикнула.

– Тшш… – только и успел прошипеть я, как она выгнулась, подставляя мне свои восхитительные дырочки.

Я качнулся и, почти вытащив член из ее задницы, воткнулся снова, не прекращая ласкать ее чувствительный бугорочек.

Я двигался вперед, подгоняемый ее стонами и она подмахивала мне, насаживаясь целиком и полностью. Боль ушла и ее стоны ясно говорили о том, что она на грани еще одного оргазма. Я не жадный, кончай, пожалуйста! Я шлепнул ее по заднице и она всхлипнула, окропив мои пальцы, продолжавшие ласкать ее клитор, соком экстаза. Мне хватит. Я кончил, едва не вогнав себя в нее по самые яйца.

Прекрасно, Латс. Что теперь?

Скинув резинку, я перевернул ее снова лицом к себе. На лице Юлали были написаны восторг и удовлетворение. Я снова склонился над ней и снова начал целовать ее. Мне нравилось, когда она меня целовала. Я способный ученик.

– Ты классно трахаешься! – прошептала она мне прямо в губы.

Знаю. Замолчи! Но я только сейчас учусь целоваться…

– Ты тоже! – подмахивала она и впрямь здорово и была такой тесной и чувственной. Но мне нужно было знать еще кое-что. – Как часто меняешь мужиков? – я снова накрыл ее губы своими.

Ее брови сдвинулись и она прошептала, краснея

– Два года никого не было. Я для него просто сестра сенатора.

Отлично. Сколько времени нужно нам еще? Я снова впился в ее губы поцелуем и честно сказал

– Я должен знать, как нужно, потому что ни разу не делал этого.

Я был предельно честен, чтобы она знала, что могу накосячить. Она удивленно подняла брови

– Ни разу? – я отрицательно покачал головой, несколько смущаясь. – Ты услышишь. – Твердо сказала она и я начал опускаться вниз.

Что ж, я услышал.

Когда я закончил обучение, она отползала от меня, всхлипывая. А я смотрел на нее и был чертовски благодарен за полученные уроки. Я снова перевернул ее к себе спиной и поставил на четвереньки. Смазка уже не нужна, она текла так, что проникнуть в ее тугую щель проблем не возникло. Пока я двигался, она успела кончить еще два раза. Что ж, после двух лет недотраха, я ее понимал. С ее последними спазмами я вытащил себя из нее и, стянув резинку, кончил ей на спину.

Сволочь, знаю. Пусть теперь делает, что хочет.

По-хорошему, нужно в душ. Но не буду же занимать ванную комнату в доме сенатора, оттрахав его сестру.

Я посмотрел на красивую женщину, все еще пытавшуюся привести себя в порядок, и меня кольнуло сожаление. Если бы она не была женой Санкара, я бы, возможно, трахал ее с большим удовольствием. То, что я использовал ее двухлетнее воздержание для собственных целей меня ни разу не беспокоило.