Yelis – Можно ли обижать девочек? (страница 4)

В этот момент первая, оставшаяся без пожелания здоровья, стражница с громким металлическим лязгом захлопнула за нами заборную калитку, заставив меня испуганно вздрогнуть. Вот мстительная какая – приглушенный ехидный смешок за спиной мне точно не померещился! Ну, ничего, какие мои годы? Я обязательно отомстю! И мстя моя будет страшна!

Обернувшись, я бросил обеспокоенный взгляд на маму Машу, которая, как ни в чём не бывало, с ободряющей улыбкой вышагивала вслед за мной.

Лицо немолодой женщины, ожидавшей нас возле какого-то небольшого белого двухэтажного здания, уже не имело следов неожиданно прерванного сна, а выглядело достаточно свежо и несло на себе следы умело наложенного макияжа. Даже выражение глаз ни о чём другом не говорило, кроме как о том, что дама несказанно рада видеть нас именно в половине шестого часа раннего осеннего утра второго рабочего дня её трудовой недели. Видимо охрана у ворот подсуетилась и таки предупредила встречающую нас представительницу школы о скором появлении нового её подопечного. Или действительно одетая в строгое до колен, серое, подпоясанное платье сударыня мало спит, рано встаёт и со всей ответственностью относится к возложенным на неё профессиональным обязанностям.

– Доброе утро! – поприветствовала она нас улыбкой и лёгким наклоном головы, когда мы с мамой Машей подошли на достаточно близкое расстояние. – Разрешите представиться. Меня зовут Иванова Елена Фёдоровна. Я выполняю обязанности заведующей хозяйственной частью этого прекрасного учебного заведения и рада приветствовать нашего нового ученика и его маму. Позвольте, я проведу вас в гостевую комнату, где вы сможете отдохнуть с дороги и дождаться руководства нашей гимназии. Оно, в лице директора, уже извещено о вашем прибытии и скоро будет на месте.

Прождали мы недолго – час и минут сорок или пятьдесят – у меня даже соскучиться не получилось. Всё это время радушная Елена Фёдоровна угощала нас свежезаваренным чаем с печеньем и развлекала беседой маму Машу. Меня тоже попыталась было привлечь к разговору, но я отделался парой угуканий и одним агаканием, отвечая на обращённые ко мне вопросы, и женщина, выяснив степень моей коммуникабельности, сосредоточила все свои усилия на Марии Степановне.

Я же устроился поудобнее в мягком кресле и привычно «отключил» свой слух от женской болтовни ни о чём, рассчитывая немного подремать, добирая минуты недостающего сна. И это неплохо получалось, пока приехавшее руководство, как было сказано «в лице местной директрисы» меня не разбудило, хлопнув входной дверью, и не повело показывать местные достопримечательности, попутно рассказывая историю своего учреждения и выпытывая информацию обо мне и моей маме.

Учебный корпус гимназии расположился на возвышенности в красивом старинном двухэтажном здании, выстроенном из красного кирпича и украшенном по углам белым камнем. Белым же цветом неизвестный пока мне архитектор выделил и остальные декоративные архитектурные элементы.

Четыре фасада рассматриваемого нами дворца с вытянутыми по вертикали окнами, украшенными пилястрами1 и двускатными сандриками2, не были похожи друг на друга.

Главный вход, выполненный с северной стороны дома, был оснащён двумя въездными пандусами и оборудован входной аркой, крышей которой служил балкон второго этажа.

Южный фасад украшал портик3 с кариатидами – четырьмя колоннами, выполненными в виде полуобнажённых женских фигур, на которые опирался ещё один балкон.

Оба балкона и пандус обрамлялись одинаковой балюстрадой4. А под крышей обоих фасадов виднелся герб Воронцовых-Дашковых, коим эта усадьба раньше принадлежала.

1. Вертикальный выступ около окна в виде полуколонны.

2. «Полочка» для отвода воды над дверным или оконным проёмом.

3. Выступающая часть здания, образованная колоннадой или аркадой, имеющая собственное перекрытие.

4. Ограждение, состоящее из фигурных столбиков, соединённых сверху перилами.

В западной части здания возвышалась трёхэтажная башня, на которой когда-то были установлены солнечные часы. А к восточной прислонилась одноэтажная пристройка бывшего зимнего сада.

Внутри, кроме винтообразной лестницы, ведущей на второй этаж, и более-менее сохранившейся планировки комнат (я потом специально полазил по интернету и выяснил, как выглядели раньше интерьеры внутренних помещений дворца) от былого великолепия ничего не осталось. Исчезла резная деревянная отделка стен, мозаичный пол и лепнины на потолке я также не заметил. Везде выполнен современный ремонт. Даже окна, как оказалось, были сделаны по последнему слову техники, хоть внешним видом и имитировали своих деревянных собратьев и сестёр.

Зато в низинной части парка строители обустроили спортгородок, о котором я уже рассказывал, почистили пруды, отремонтировали или проложили заново прогулочные и беговые дорожки.

То есть старая, никому не нужная, увядающая от безжалостного времени усадьба, получив статус гимназии, обрела новую жизнь, полностью оправдывая своё новое название. Ведь первоначально гимназия, как средняя школа, появилась в Германии и само слово переводится «помещение для гимнастических упражнений или спортзал». А корни его уходят ещё глубже в античность.

Как вещала наш гид: «Гармоничное развитие личности – это не только вбивание в наши пустые головы школьных знаний, но и развитие духовных и физических сил и способностей, воспитание человека, способного жить в ладу с самим собой, природой, обществом». И эту наиважнейшую задачу, возложенную на них государством, озабоченное руководство школы любыми способами постарается выполнить.

В частности физкультура здесь – каждый день, кроме, естественно, выходных. Причём сразу два урока подряд. Они так и называются «парой» – два урока по сорок пять минут с пятиминутным перерывом между ними. Таким же образом организованы занятия по другим предметам. А вот между парами переменка длится пятнадцать минут.

Вообще спорту, как я понял, школой уделяется особое внимание. Всячески приветствуются и поощряются игровые командные виды спорта. Интенсивно проводятся соревнования сначала между классами, потом между школами города, области, а после и всей страны.

Вместе с нами прогуливалась, вникая в обзорную лекцию директора, и завхоз Иванова, которая, как позже выяснилось, была по совместительству ещё комендантом школьного общежития и жила в нём же на первом этаже недалеко от гостевой комнаты.

В том же общежитии и на том же первом этаже обретались дежурные смены поварих, которые обеспечивали завтраками, обедами и ужинами весь гимназический коллектив, работая вахтами по две недели. В общаге нашли приют и несколько строительных бригад, которые в авральном порядке заканчивали ремонт и приводили заброшенную до этого усадьбу в соответствие с современными школьными требованиями.

На территории гимназии был ещё один жилой корпус, большую часть которого приспособили для проживания и отдыха охраны, а меньшую отдали под медицинские цели, выполнение которых обеспечивала штатный врач той же охраны.

И да, мне предстояло выпорхнуть из-под заботливого крыла мамы Маши и жить самостоятельно на территории школы. Не ездить же каждый день из Пензы почти до Москвы и обратно за пятьсот с лишним километров?

Вот об этом факте и напомнила Елена Фёдоровна в кабинете директора после экскурсии и утрясания всех формальностей, связанных с моим прибытием и оформлением на учёбу.

По её словам, хоть свободные комнаты в подчинённом ей школьном подразделении и имелись, но само общежитие оказалось полностью женским. Чему я наивный поначалу обрадовался. Несколько парней, поступившие на обучение в мою уже теперь школу, оказались местными ребятами из Москвы и Московской области, и могли каждый день ездить к себе домой, возвращаясь утром на занятия. Что в принципе и делали уже целую неделю.

А вот куда селить меня? Именно так завхоз и поинтересовалась у директрисы, опешившей от неожиданно свалившейся на неё с утра новой проблемы. Весь охранно-медицинский корпус был полностью занят женским полом. Как и здание общежития, на первом этаже которого обретались ученицы седьмых и восьмых классов, соседствующие с обслуживающим персоналом школы и строителями, а на втором поселилась малышня от четвёртого класса до шестого. Других жилых и, главное, отапливаемых зимой помещений на территории Воронцовского парка, а значит и школы, просто не было.

Но безвыходных положений не бывает. Как говорится, даже если вас съели, то вам доступны целых два выхода. Вот и мне нашли-таки место обитания, которое предложила сама же Елена Фёдоровна, видя, что от директора школы помощи ждать не приходится. Им оказалось небольшое хозяйственное строение на территории парка, которое сейчас использовали для хранения различного школьного имущества, строительного инвентаря, инструмента и прочих расходных материалов и продовольственных запасов.

Располагалось оно в самом конце той единственной асфальтированной дороги, что проходила мимо общаги и здания самой школы, и на которой нас перехватила разбуженная охраной заведующая хозчасти. Всего-то нужно было пройти чуть дальше и повернуть пару раз, что мы и проделали всей нашей представительской делегацией.

По пути, кстати, успели мимоходом раскланяться с ещё одним парным женским вооружённым нарядом ГСО, неторопливо обходящим охраняемую территорию, поздороваться с некоторыми приехавшими задолго до начала занятий преподавательницами, ещё одна учительница, одетая в спортивный костюм, выбежала нам навстречу из общежития на утреннюю пробежку. Также полюбовались парой-тройкой заспанных девчачьих рожиц, пялящихся на нас и тыкающими в нас же пальцами из окон второго этажа жилого корпуса. Ещё одна разновозрастная компания из пяти сонных девиц, вывалилась из его дверей, и вяло потопала к бодрой спортсменке, выполняющей упражнение «бег на месте».