Yelis – Можно ли обижать девочек? (страница 25)
– Ну-ка, ну-ка! – заинтересованная Надежда даже отставила в сторону свой любимый напиток.
– Давеча орёл с мечом и факелом в лапах11 в одном из своих клювов принёс донесение, что кое-кто в Японии очень сильно заинтересовался моей гимназией. Настолько сильно, что уже готовится делегация в наши края с каким-то предложением моему, как ты любишь говорить, величеству, от которого мне трудно будет отказаться.
11. Эмблема службы внешней разведки России – золотой двуглавый орёл с поднятыми крыльями, увенчанный двумя малыми коронами и одной большой, в лапах которого зажаты серебряный меч и пылающий факел.
– К сожалению, это всё, что удалось узнать. – государыня охладила пыл попытавшейся было что-то спросить главы МВД. – Сама знаешь, насколько тяжело и неудобно работать в этой стране. Тем более получать информацию непосредственно из императорского дворца.
– А у нас и там есть агенты? – удивилась Ярая-Шевцова.
– У нас везде есть свои люди. – слегка поморщилась Ярая, сообразив, что выдала собеседнице информацию, не предназначенную для её ушей. И уточнила: – Почти везде.
– И каким боком я ко всей этой истории? – неподдельно удивилась министр дел внутренних, после чего сама же принялась озвучивать пришедшие в голову версии: – В твоей гимназии применяются какие-то передовые методы обучения? Или предполагается попытка найти подход к твоей Славе, как будущей государыне? Или влияние через неё на тебя лично? Хотя в принципе возможен интерес к любому влиятельному семейству или роду, чьи дети учатся в Быково. Или ты предполагаешь интерес к нашему пареньку? Но зачем он им?
– У меня нет ответов на твои вопросы, Надежда. – покачала головой государыня. – Известно лишь, что началось всё это непонятное движение примерно неделю назад после какой-то информации, полученной японками непосредственно от нас.
– Я имею ввиду не нас с тобой лично, а неизвестные, надеюсь пока, болтливые рты внутри нашей страны. – пояснила свои последние слова государыня, видя, как министерские брови недоумённо поползли вверх. – Поэтому и привлекаю тебя к этому делу, чтобы ты выяснила, что стало известно дочерям восходящего солнца, от кого, о ком или о чём, и раздать всем нашим причастным сёстрам по справедливо заработанным им серьгам12.
12. Всем сёстрам по серьгам – поговорка о принципе «никто не остался обездоленным» (как в хорошем, так и в плохом смысле).
– Информация принята к размышлению и исполнению. – поднялась из-за стола министр. – Если это всё, то разреши выполнять?
– Разрешаю. Выполняй. – кивнула Антонина, отпуская свою подругу и подчинённую. – Времени не так много. Их делегация скоро будет у нас. А мы ничего не знаем о причинах, побудивших островитянок наладить с нами отношения. Так что торопись, Надежда.
– Есть! – коротко ответила та, и, чётко развернувшись через левое плечо, быстрым шагом вышла из кабинета.
– Ещё минимум двое суток не спать! – этого бормотания, прозвучавшего после широкого министерского зевка, Антонина Ярая уже не расслышала.
***
Сегодняшние занятия проходили как обычно.
Химия, как ранее до неё математика, физика и биология с географией, вызывала скукоту и упорные мысли об экстернатуре, которые я прогонял из головы поговоркой, что «Повторение – мать учения». О продолжении этой древнеримской пословицы, которая гласит, что оно же является «утешением для дураков», я старался не вспоминать.
Два часа информатики были потрачены на освоение новых стилей плавания, так как старые уже не помогали преодолевать излагаемые на уроках темы этой учебной дисциплины. И учительница мои «успехи» в преподаваемом ею предмете явно замечала и всеми силами стремилась мне помочь. Но все её старания пока не приносили нужного женщине, да и мне тоже, результата. И вроде бы помню всё, что она рассказывала на своих уроках. Но все эти биты, байты, тактовые частоты, процессоры и микроконтроллеры с шинами передачи двоичных данных никак не хотели улечься на предназначенные для них полочки, а упорно сваливались во всё увеличивающуюся кучу в моей голове.
Мировая культура пока не вызывала особых сложностей, так как все изучаемые произведения иностранных авторов были давно и благополучно переведены на русский язык и в большинстве своём были мне знакомы. Опасения поначалу вызывал сам английский язык, который, как я думал, был изучен на уровне «Май нейм из Слава», «Ай лив ин Юкрейн» и «Лондон из зе кэпитал оф Грейт Британ». Но, к моему немалому удивлению, почти всё, что говорила учительница, большую часть пары общавшаяся с нами на аглицкой мове, я понимал. А то немногое, что не понимал, домысливал по контексту говоримого. И ответные мои английские слова и выражения без особого напряжения вылетали из моего рта.
На четвёртой паре Говорова Ольга Станиславовна, приставленная к обоим седьмым классам ответственной за их физическое совершенствование, встретила меня в компании девчонок параллельного седьмого «А» мерным постукиванием футбольного мяча по бетонному квадрату парковой беговой дорожки.
Здороваться с ней я не стал, так как сделал это ещё утром, перед совместным забегом по тенистым парковым аллеям, подсвеченным неярким золотом восходящего над горизонтом светила. Что не уберегло меня от чувствительного тычка в спину и пренебрежительного: «Бескультурщина», незаслуженно брошенного в ту же спину от подоспевшей вслед за мной избранной в прямом смысле на мою голову начальницы седьмого «Б».
Обогнавшая меня после исполнения воспитательного мероприятия староста, как всегда гордо возглавляла остальную часть нашего маленького, но такого дружного школьного коллектива.
– Это неодушевлённое существительное ЖЕНСКОГО рода. – не остался я в долгу, чем вызвал несколько приглушенных девичьих смешков и улыбку нашего спортивного руководителя.
И это было всё, чего я смог добиться своей репликой. Мой прозрачный намёк не был удостоен высочайшего внимания той, которой непосредственно был адресован. Зато после улыбки я получил внимательный и, даже, какой-то удивлённый взгляд от кудрявой физкультурницы, прекратившей выбивать пыль из чёрно-белого кожаного мяча.
Кстати, сегодня утром мы бегали не вдвоём с Ольгой Станиславовной, а втроём. К нашей утренней пробежке неожиданно для меня присоединилась Белая Лада, которой я рассказал о своём увлечении накануне.
Судя по всему, внезапная встреча стала сюрпризом для обеих дам, поскольку они, как я мог наблюдать из своего окна, пока дожидались моего выхода, периодически бросали друг на друга явно недоумевающие взгляды.
А потом обе женщины, одна из которых была молодой, а вторая ещё моложе, одновременно повернувшись, плечом к плечу встретили моё появление из дверей хозяйственного корпуса и, ничего не говоря, требовательно уставились в мои глаза.
А я чё, я – ничё. Сдвинув плечами и высказав пожелание доброго утра обеим фигуристым спортсменкам, я обогнул их по начавшей уже желтеть траве и, вернувшись на дорожку, пошёл на постепенный разгон.
Справа ко мне через несколько секунд пристроилась пыхтящая от усердия Лада. А пани Говорова, замыкая тройку, заняла привычное место позади теперь уже нашей сладкой, по моему мнению, парочки.
Памятуя о недавней истории с ногой Лады, темп бега до своего обычного максимума я не взвинчивал. И топающая за нами Ольга Станиславовна не озвучивала своих мыслей по поводу снижения устоявшегося скоростного режима нашего перемещения. У Лады, понятное дело, никто ничего спрашивать и не подумал – хочет заниматься в нашей «секции», пусть занимается на условиях старожилов. Хотя, если говорить откровенно, присутствие рядом этой девушки мне было очень приятно.
В таком сосредоточенном молчании мы и одолели свои законные два круга. После чего разошлись по местам обитания для приведения себя в надлежащий внешний вид и подготовки взбодрённых организмов к утреннему принятию пищи.
А сейчас в своих руках Ольга Станиславовна держала самый настоящий футбольный мяч. Почти настоящий, так как был он немного меньшего размера, чем привычный для меня. Или это мне так казалось? Как бы там ни было, это было что-то новое с того самого момента, как я познакомился с этим педагогом. Ещё удивлялся. Ведь, по словам директрисы, школа уделяет особое внимание игровым командным видам спорта. А мы на физкультуре только и делали, что бегали да занимались разными силовыми упражнениями, гимнастикой и растяжкой.
Неужели сейчас мы будем играть в футбол? Кто с кем? Вернее, кто против кого? Ведь если посчитать всех присутствующих семиклассниц, то маловато нас для двух полноценных футбольных команд. Всего я насчитал восемнадцать человек – по девять из каждого класса. Это если со мной вместе. И пускай на фоне девушек я сойду за двух игроков (разве девчонки умеют играть в футбол?), то всё равно до двадцати двух ещё троих не хватает.
Физручка поступила очень коварно. Она поставила нам обычное задание – пробежать три стандартных круга по парку. Но уточнила, что к мячу не допустит тех, кто прибежит последними. Самые медленные будут продолжать выполнять беговые упражнения вокруг увлечённых игрой более быстрых коллег.
И, не успела прозвучать команда «Марш», как девчонки что есть мочи рванули вперёд по беговым дорожкам Воронцовского парка.