Яцек Дукай – Приятель правды. Диалог идей (страница 2)
- Господи, извини. Я ведь и на самом деле не думал… И так паршиво, и тк нехорошо. Рассказываю без объяснений – думают, будто я специально темню, чтобы выглядеть более умным. Рассказываю по возможности доступно – считают, будто бы я принимаю их за идиотов.
- Бедненький, - вздохнула Жания, поднося стакан к губам. – Ну, давай…
- Оки-доки. Короче, я взял и подумал: а почему евреи…
- Евреи?
- Ты чего кривишься?
- Нет, все нормально, рассказывай.
- Но что?
- У меня аллергия на такие вот антисемитские…
- Антисемитские? – отшатнулся Теодор. – Антисемитские? Я еще ничего не успел сказать, а ты уже корчишься. Как будто бы само только произнесение слова делало человека антисемитом.
- Ну нет… Но привкус этот уже имеется… Хмм. – Жания проглотила и вытерла рот. – Так уже в языке сложилось. Покажешь пальцем и скажешь: "Это еврей" – и это не банальная информация о национальности, как если бы ты сказал о французе или итальянце; это уже оскорбление. Независимо от тона и контекста. Просто звучит так. Что мне поделать? "Еврей, жид" – это неприличное слово. А когда ты начинаешь с множественного числа…
- Так что?
- Евреи. Ну послушай: евреи, евреи, евреи… Евреи. В тот самый момент, как ты выделяешь их из человечества, чтобы создавать отдельную категорию – это уже первая ступень антисемитизма. Евреи. Жиды…
Теодор не знал: смеяться ему или разозлиться.
- Ты это несерьезно.
- Честное слово, Тео, я не имела в виду тебя. Вот только это как-то так…
- Иисусовыми ранами клянусь! Это же какая-то оруэлловская политкорректность! Тогда как мне говорить, как мне размышлять о евреях, раз уже само по себе выделение их под одним наименованием – это уже антисемитизм?!
- Я не говорю, что антисемитизм, - медленно произнесла Жания, склоняясь к Теодору. – Но – да, это его облегчает.
- Паранойя.
- Не можешь ненавидеть за черту, которой не замечаешь. Когда начинаешь классифицировать людей в соответствии с ней…
- Но ведь я никого не ненавижу! И уж наверняка не евреев!
Девушка вздохнула.
- О'кей, извини, я отвлеклась. Мы должны были говорить о твоем суррогатно-материнском хобби.
Теодор продолжал крутить головой.
- Но как мне рассказывать? Здесь все касается евреев.
- Ладно, все время я стану делать вид, будто не вижу, как ты нагло меняешь тему и убегаешь из-под ножа. – Жания криво усмехнулась. – Набери воздуха и посчитай до десяти.
- Не зли меня, женщина. Дай-ка вина. Хмм. В общем так. С самого начала. Евреи правят миром.
Жания подавилась. Согнувшись наполовину, она какое-то время плевалась спагетти и соусом, большая часть полетела за окно, на улицу.
Теодор удерживал ее за плечо.
- Ну-ну. Все?
- Кгхгх…Блузку в стирку… Евреи правят миром, я правильно услышала?
- Я не говорю о каких-либо теориях заговора. Просто, как-то раз я проверил на холодную голову – процентный анализ, мне было скучно и я вытащил все возможные базы данных… Лауреаты нобелевской премии, финансисты, управляющие инвестиционными фондами; акционеры крупнейших корпораций; преподаватели самых престижных западных университетов, так называемые влиятельные интеллектуалы, журналисты, политики, распорядители шоу-бизнеса… Списки серых кардиналов по различным сферам. Индексы публикаций. Мы живем в веке рейтингов. На их основании достаточно сделать распределение по национальностям и сравнить пропорции. И как бы ты не считала, евреи представлены раз в десять больше относительно среднего показателя других наций подобной численности.
Жания глядела на Теодора широко распахнутыми глазами.
- Тео, что это тебе стукнуло в голову…
- Но все это в голых цифрах, клянусь. Для уверенности я даже исключал тех, которые сами не признаются в еврейском происхождении, хотя зовутся Аарон Вайнбаум или Иоахим Блюменшталь. Все это у меня где-то в компе, могу показать; всяческую информацию проверил в Сети, здесь нет каких-либо…
- Тео, да о чем ты несешь?
- И что?
- Знаешь, постучи себя по дурной башке.
- Да говорю же, сама можешь все проверить. Многократные подтверждения, источники высочайшей надежности и…
- Да я верю, что все сходится. Только не строй из себя, будто не понимаешь, дело не в этом.
- А в чем? – начал петушиться Теодор. – Что, как с Марлоном Брандо, а? Ляпнул когда-то по телевизору: "Евреи правят Голливудом". А на утро представитель еврейских организаций: "Если мистер Брандо не отзовет своей лжи, то убедится, что очень скоро не найдет для себя работы нигде в Голливуде".
- Ха-ха-ха, очень смешно.
- А разве не то же самое? Да, правда, только говорить нельзя! Меня бесит, когда я слышу подобные идиотизмы!
- И что с того, что правда? Что с того, что методически, логически и аналитически? – фыркнула Жания, опершись об оконный косяк.
Теодор (губы сжаты, глаза прищурены) выглядывал в город. Она толкнула его стопой, раз, другой.
- Что, будешь дуться, как маленький ребенок? Тео, ты дядю Аркадия помнишь?
- Гмм?
- Дядю Аркадия. Я вас знакомила на крестинах у дочки Баси. Это мамин кузен.
- Лысый?
- Ага. Я расскажу тебе о нем. Подвинься. Дядя Аркадий родился через неделю после окончания Второй мировой войны.
ОКОННАЯ ПРИТЧА № 1: ЛОГИЧНЫЙ ДЯДЯ
Дядя Аркадий родился через неделю после окончания Второй мировой войны. 1968 год застал его студентом Варшавского Университета.
Он извчал физику, потом строительство; семья была религиозная, антикоммунистическая, так что какие-либо гуманитарные направления в игру не входили.
Когда из университета уходили преподаватели еврейского происхождения, дядя Аркадий пытался устраивать студенческие демонстрации солидарности с изгнанными, слал открытые письма.
Он очень рано полысел. При этом занимался тяжелой атлетикой и до нынешнего времени сохранил фигуру вышибалы из пивной. Но всегда он носит самые лучшие костюмы, которые может себе позволить, культивирует манеры довоенного мещанина, целует дамам руки, низко кланяется – ты знаешь подобного типа людей. Трижды разведен, семеро детей, неисправимый волокита. У него шрам на левом виске, он хуже видит на левый глаз; сам утверждает, будто бы это памятка после столкновения с народными дружинниками. Спиртного не принимает ни капли.
Недолгое время занимался сухопутной инженерией. Под конец семидесятых пробовал заняться частной торговлей; потом вернулся к ней же после военного положения. (Что-то там печатал, но его не интернировали. Историй о боевых побратимах не рассказывает). Два его бизнеса рухнули, с третьим встретился с Раковским и Бальцеровичем[3]; пока предпринимателей не придушили, за пару лет успел подзаработать. Сейчас у него паи в дюжине бизнес-предприятий. Он обновил старую виллу, в саду разбил пасеку. Всякий раз выдумывает для себя все новые хобби.
Я всегда очень любила дядю Аркадия, его просто невозможно не любить, это такой дядюшка на чьих коленях всегда засыпают маленькие девочки. Будучи ребенком, понятное дело, я не слишком прислушивалась к дискуссиям взрослых. Потом на несколько лет мы утратили контакт, я получала высшее образование… И вот помню, когда в первый раз – то было во время какого-то семейного торжества, уже ночью, все под хмельком, один дядя трезвый, мы вышли в сад – и я впервые я услышала, как он разглагольствовал о евреях. Ничего нового – только раньше все мне в одно ухо влетало и через другое вылетало.
Помню, как меня все это обдало стужей, я просто горела от стыла. Дядя Аркадий, и на полном серьезе такие вещи! Ну, ты знаешь: кто из евреев в правительстве, кто – в Церкви, кто в какой партии; евреи в банках, евреи в Брюсселе, евреи в НАТО, понятное дело, евреи на Уолл-стрит и в Голливуде; евреи и масоны. Мелькнула мысль: это он же в шутку! – но сразу же стало понятно, что не шутит.
Кто-то там еще вяло полемизировал в отношении мелочей, большинство машинально поддакивало, а я что? – подойти, начать ссору? Да как же? Ведь это же дядя Аркадий? Понимаешь?
И вот теперь я думаю, что уже тогда подсознательно устроила небольшой такой заговор. Не могу им гордиться, знаю, что все было подлой трусостью. Рафал был братом приятеля из фирмы, как-то мы разговорились, что он писывал статьи о неофашистских движениях; историк по образованию. И я подумала: и кто, если не он? Интеллектуальный кондотьер – у меня самой храбрости не хватает, так что воспользуюсь специалистом. Только все было еще даже гаденьким: сама я ничего ему не сказала, в самый последний момент попросила оказать услугу, вроде как парень меня обвел вокруг пальца, ну, ты понимаешь. Да, манипуляторша! Так что чувствуй себя предупрежденным.
И не нужно было никаких штучек или коварных ловушек. Трубный голос дяди был слышен даже в саду. Что-то о масонах в Белом Доме, о немцах, выкупающих имения на западных змлях. Руфал вопросительно глянул на меня. Я пожала плечами. Дядя присел на боковину дивана, в одной руке у него была сигарета, второй он оживленно жестикулировал. Откуда взялся коммунизм? А еврейская идеология, вводимая в жизнь евреями, для еврейской же пользы. А что Сталин выбивал евреев? Так всякая революция пожирает своих детей.