Яцек Дукай – Голос Лема (страница 39)
— Если бы я тебя не знал, господин, был бы удивлен такой декларацией.
— Прости, дружище, но это не значит, что ты хорошо меня понимаешь.
— Ох, все, что ты говоришь, понятно, но всякий слушающий понимает это по-своему.
Кардинал рассмеялся и взял виконта под руку.
— Если ты чувствуешь себя достаточно хорошо, я приглашаю вас обоих на шербет. Самое оно в это время суток. Что скажешь, Паскаль?
Оба мужчины взглянули на мальчика. А он всматривался в подсыхающие на полу пятна крови. Из щели между камнями выбежали красные муравьи. Их шеренга уже стояла на краю пятен и пила, аккуратно шевеля крохотными головками.
Следующий день был исключительно жарким и душным. Сады опустели, в них работали лишь неутомимые садовники. Казалось, что даже непреклонные гвардейцы устали и попрятались в тенистые закоулки. Висящая над землей синяя бездна слегка подрагивала и темнела, пока наконец не исторгла звук, подобный удару грома.
Паскаль поднял голову. Увидел на небе светлую, редеющую полосу и белую точку, которая быстро увеличивалась. С запада донесся отголосок второго, более протяжного взрыва. Белая точка разделилась на большое белое пятно и поменьше, потемнее. Последнее превратилось в человека, подвешенного на веревках под раздутым матерчатым куполом. Человек падал прямо на обширную пустую площадку, разделенную лишь низкой, подрезанной живой изгородью, которая складывалась в геометрические узоры.
Мальчишка бегом припустил в ту сторону и увидел, как мужчина в темной, плотно прилегающей к телу одежде ловко приземляется на посыпанную песком дорожку, а выпуклая чаша материи опадает и ложится на кусты.
Мужчина снял с себя опоясывающие ремни; заметив мальчика, улыбнулся ему и помахал рукой.
Паскаль остановился. Один из садовников прервал свое занятие и медленно зашагал в сторону пришельца, держа в руках заступ. Мужчина увидел его и что-то произнес на непонятном языке. Работник кивал, с улыбкой на лице продолжая шагать в сторону пришельца. Другой садовник внезапно появился за спиной мужчины и стал, вытягивая шею, принюхиваться. В руках он держал длинные ножницы, которыми минутой раньше подстригал кустарник.
Чужеземец что-то сказал повышенным тоном, и в его руке появился предмет, напоминающий пистолет. Первый садовник остановился, а второй приближался, снова принюхался, сложил ножницы и резким движением воткнул их мужчине в спину. Пришелец с неба глухо охнул и взглянул на торчащие из живота лезвия.
Садовник дернул рукоять вверх и сильно толкнул, повалив свою жертву лицом в землю. Пришпиленный к земле ножницами, крепко сжатыми нападавшим, мужчина дергался и кричал. Садовник с заступом был уже рядом и несколькими ударами отрубил ему голову.
Паскаль отступил, все еще глядя на появляющихся в большом количестве садовников и на то, как они уничтожают, рвут и складывают в плетеные корзины куски белого материала и истекающие кровью разрубленные куски тела. Он развернулся и побежал, не разбирая дороги. Неожиданно ливанул дождь и моментально промочил его до костей. Мальчик рыдал и мчался вперед, до потери дыхания, не обращая внимания на хлещущие по лицу ветки высоких зарослей.
Дождь прекратился так же быстро, как и начался. Огромная темная туча исчезла, и появилось солнышко. Паскаль заметил между мокрыми листьями открытое пространство.
На неухоженной площадке подле фонтана с Нептуном нервно прохаживался де Жюссак. Подошвы его сапог с высокими голенищами хрустели по розовому песку, из-под которого пробивались острые стебли рыжей травы. Разогретая земля парила. Большие темно-зеленые листья плюща, оплетавшие узкий вход в беседку, втиснутую меж двух рядов высоких кустов, лоснились влагой. Мужчина еще раз взглянул в глубь аллейки, снял шляпу и обмыл лицо водой из фонтана. Именно тогда он заметил парня. Де Жюссак миг-другой смотрел на него с удивлением.
— Паскаль?! Ты здесь откуда?
Мальчик молчал. Носком сапога ковырял песок на дорожке.
— Неважно. Я рад тебя встретить. Ты весь промок! Впрочем, ладно, ничего с тобой не случится, здесь давно не бывало холодов, верно? — рассмеялся он и сдвинул набок шляпу на голове Паскаля. — Я ждал лентяя Просперо. Помнишь, ты видел его вчера у кардинала? Он снова где-то застрял, должен был прийти сюда полчаса назад.
Де Жюссак замолчал. По аллейке к ним приближалась молодая женщина в зеленом платье, заслоняясь белым зонтиком. Мужчина подбежал к ней, лучась, и поцеловал руку. Они подошли к беседке, обойдя журчащий фонтан.
— Это мой молодой друг — Паскаль. Это — Клер.
— Я очень рада, — женщина улыбнулась и подала мальчику ладонь.
Он перестал ковырять песок и пожал протянутую руку.
— Невероятно, но кажется, мы с Паскалем встретились здесь случайно, — сказал виконт. — Погоди минутку, парень.
Женщина и мужчина исчезли в беседке, но де Жюссак почти тотчас вернулся.
— Должно быть, что-то задержало Просперо. Видно, он уже не появится. Должен был стоять на страже. Мне нужно поговорить с Клер наедине. Прошу тебя, останься здесь. Если заметишь, что кто-то приближается, брось камешек внутрь, а сам спрячься. Сделаешь это для меня?
Мальчик кивнул.
— Молодчага!
Солнце скрылось за кронами деревьев. На обод фонтана уселась большая птица: красная, желтая и синяя. Напилась воды, вытерла кривой клюв о камень и склонила голову, глядя на мальчугана, сидящего в тени каменной чаши. Поглядывала, двигалась в его сторону, затем, пощелкивая, отлетала и садилась чуть поодаль. Наконец, измученная собственным неутоленным любопытством, улетела. Внезапно потемнело. Паскаль встал и отошел по аллейке на десяток шагов, пока не стих плеск воды. Шуршание, писк и отзвуки мягких шагов невидимых существ возносились к полной луне, как молитвы к божеству, в ответ посылающего в темную, взвихренную бездну бесконечную волну серебра, размытого почти до невидимости.
Кто-то тихо крикнул. Мальчик обернулся и побежал к беседке. Де Жюссак стоял перед входом.
— Все в порядке? — спросил виконт, гладя Паскаля по голове. Мальчик кивнул. — Клер!
Из беседки появилась женщина, подошла к ним. Ролан поцеловал ее, она склонилась и поцеловала в щеку мальчика, после чего быстро удалилась. Они пошли следом, видя перед собой белеющее пятно ее зонтика.
— Мы, мужчины, существуем только для того, чтобы соблазнять таких женщин, как она, — вздохнул де Жюссак. — Это один из счастливейших дней в моей жизни, мой друг. Клер для меня все; даже когда я теряю ее из виду, ни на миг не перестаю чувствовать ее присутствие. Если бы она внезапно исчезла, я в тот же миг перестал бы существовать. Я рад, что могу тебе об этом говорить, парень. Не знаю отчего, но я тебе доверяю. Однако имей в виду: не все женщины такие, как Клер. Некоторые… более опасны.
Они приближались ко дворцу. Сотни больших окон сияли медовым светом. Крылья дома раскидывались по обе стороны до самого горизонта, как распахнутые объятия неподвижного великана.
Подружки Альбертины полукругом сидели на корточках перед Паскалем и хихикали. Они находились в темном помещении без окон, наполненном запахом воска, с пылающим под стеной десятком свечей, чье мигание придавало видимость жизни фигурам на висящих повсюду масляных полотнах.
Мальчик стоял, привязанный веревкой к колонне в глубине комнаты. Веревка проходила по его ногам, выкрученные назад руки были связаны в запястьях. Белая рубаха вытянута из штанов, на груди неловко нарисовали синюю лилию.
Дверь отворилась, и вошла Альбертина. Высокая, худая, в изящном платье, она остановилась в нескольких шагах от пленника и смотрела на него блестящими глазами. Девочки поднялись и стали нервно перешептываться.
— Ты уже пришел в себя, сладенький? Наверняка даже не знаешь, что с тобой случилось? Чуть-чуть сонного порошка — немного, в самый раз. Потом мы завернули тебя в ковер и на тележке привезли сюда. Наконец-то ты в наших руках! — рассмеялась она триумфально. Подступила ближе. — Постоянно что-то вставало на моем пути. У тебя серьезный защитник, мой милый, он окружает тебя заботой, в которой ты ничуть не нуждаешься. Хм, только в моих руках ты почувствуешь, что такое предназначение!
Сделала еще шаг к мальчику. Была выше его на голову. Паскаль смотрел на нее напряженно, быстро дыша. Она протянула руку в ажурной перчатке, подняла его подбородок и легко поцеловала в губы. Сзади донесся шум вздохов. Альбертина отступила на шаг, оттягивая на миг то, что должно было случиться.
Двери с треском раскрылись. Девочки с писком разлетелись по углам. Внутрь промаршировал мушкетер. Увидев мальчика, вынул из ножен у пояса нож. Альбертина издала пронзительный, яростный писк и встала у него на пути.
— Пошел прочь! Приказываю тебе! — вытянула она худые руки, покраснев от злости.
— Я выполняю приказ Его Преосвященства, — равнодушно произнес мушкетер и бесцеремонно отодвинул ее в сторону, после чего подошел к мальчику и освободил его двумя ударами ножа. — Пойдем, кавалер, мы опаздываем на встречу с кардиналом. Отправимся к господину Сарразину.
Они шагнули к дверям, Паскаль — нетвердо. Мушкетер опередил его и остановился на полдороге, с неподвижным лицом глядя на мальчика. Альбертина крикнула и воткнула по самую рукоять клинок стилета в бедро мушкетера.
—