18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Ясна – Храм Великой Матери. Трилогия. Книга 1. Призыв (страница 2)

18

Узнавание накрывает меня, как волна:

да, это оно.

То же самое, что приходило во снах.

То, что я так долго пыталась объяснить рационально

или забыть.

В груди поднимается не страх

ясность: что-то началось.

И это не связано

ни с рестораном,

ни с праздником,

ни с лобстером.

Это – про меня.

Фальшивый свет

Всё вокруг ещё было прежним: музыка, смех, стекло, свет, чужие голоса, которые на минуту казались родными.

И всё же что-то уже съехало.

Как картинка, которая вдруг не совпадает со звуком.

Я моргнула, пытаясь вернуть себе контроль.

Не получилось.

Внутри поднялась волна,

странная и двойная.

Одна часть меня потяжелела,

будто в позвоночник налили тёплого свинца.

Земля потянула вниз:

сюда, в тело, в правду, в память.

А другая часть, наоборот,

вспыхнула тонкой искрой где-то выше груди,

и от этой искры стало больно,

как от слишком яркого света в темноте.

Будто кто-то невидимый проверял:

выдержу ли.

Я посмотрела на людей и вдруг увидела не лица, а роли.

Улыбки как маски. Жесты как репетиция.

И не потому, что они фальшивят, нет.

А потому, что я…

как будто вышла из общего сна

на полшага.

Меня качнуло.

Секунда, когда мир теряет привычные подпорки,

и ты понимаешь:

сейчас либо держишься за “нормально”,

либо падаешь туда,

где уже не спасают слова.

Я судорожно вдохнула.

И в этом вдохе ясно услышала:

не один голос.

Один был глухой, древний, как камень в основании:

“Не отворачивайся. Смотри.”

Другой был горячий, высокий, как пламя над водой:

“Не бойся. Пройди.”

Я не знала, кому из них верить.

И почему они вообще звучат во мне,

как два крыла одного удара.

Но именно в этот миг реальность окончательно треснула.

Не снаружи.

Внутри.

И я вдруг поняла не мыслью, а кожей:

это не “мне показалось”.

Это я вспомнила.

Я знаю это место. Я уже здесь была.

Но когда?

И в этом узнавании было что-то странно взрослое.

Не просто “я помню”, а “я отвечаю”.

Словно меня узнало не только пространство,

но и закон, который когда-то держал его живым:

глубина не должна оставаться без смысла,