Ясмина Сапфир – Развод, дракон и вдовец-император (страница 6)

– Когда как. Однако же несколько ящеров, которые практически находились на грани одичания, внезапно обрели себе всадников и спаслись.

– Но не Багайтур?

– Да. С ним эксперимент совсем не сработал. Вроде бы, если верить нашим лазутчикам, получается с драконами средней силы. Слабые по способностям и небольшие в эксперименте так и не обрели себе всадников. С самыми сильными тоже не вышло. А вот со средними по способностям и размерам – иногда получалось и очень успешно.

– Интересно. Почему же именно так? Мы никогда ни о чем подобном не слышали.

– Мы с Ломом только начали собственные эксперименты, и Владимир выделил нам некоторых драконов. Разумеется, если ваше величество не против.

– Конечно не против. И что же вы выяснили?

– Ну-у-у… Исследования шли сравнительно недолго. Но складывается ощущение, что разные по размерам и способностям драконы отличаются куда больше, чем это думали мы все поначалу. Даже анализ их крови продемонстрировал, что существа, как будто разного вида. Средние имеют кровь, похожую на человеческую. У маленьких она, как у ящериц, а у сильных… содержит дополнительные тельца, каких нет в крови известных животных.

– Ясно. Сродство с человеческой кровью, видимо, и сыграло свою роль в экспериментах мятежников?

– Все верно. Похоже, что у остальных ящеров связь с сарканами устанавливается на некоем совершенно ином неведомом уровне.

– Кхм, – задумчиво прокашлялся Владимир. – Невольно вспоминается легенда о том, как мать всех ящеров – драконица Зилант – обменялась кровью с вашими предками, дабы заключить с ними пакт о сотрудничестве. Ведь так говорится?

Я коротко кивнул.

– Да. Булгарские ханы начали истреблять ящеров, что наносили ущерб их скоту и поселениям, и Зилант предложила заключить договор. Обменялась кровью с ханом и его близкими, дабы те мысленно слышали драконов. Ящер, нашедший себе всадника, не дичает. Поэтому когда-то булгарские ханы предложили русским князьям некую сделку. Наши династии скрестились, и в результате – многие потомки стали сарканами. Взамен же совместного правления империей нам завоевали многие земли: до Красного моря, до самой Германии. Которая присоединилась к нам добровольно и ее же примеру последовала Франция. Кхм… Вот уж никогда бы не подумал бы, что легенда имеет хоть какую-то реальную подоплеку…

– И тем не менее. Похоже, имеет, – Аяна развела руками: мол, сама в шоке. – Причем, у нас родилась смелая гипотеза. Что, если современники той Зилант – драконы, все были средними. А затем… затем некоторые деградировали до маленьких, другие же – развились до больших. Таким образом, один вид дал начало еще двум новым. Отсюда и разница, и не совсем удачные эксперименты британцев.

– Мутации или что-то вроде того, – дополнил до сего момента молчавший Лом. – И они вполне логичны, возможны. Объясняют и разницу во времени до бешенства ящеров. Со средними все предсказуемо, но и существует возможность как бы навязать им всадников путем обмена кровью с сарканами. Как и случилось когда-то с Зилант, если брать легенду за основу теории. С маленькими и большими – все непонятно и срок разумной жизни другой. В принципе, теория довольно рабочая. И все данные экспериментов британцев, которые к нам поступили, в нее вписываются.

– Как влитые, – кивнула Аяна.

– Дальше. Что там по поводу Багайтура, – напомнил я.

– Он не дичал довольно-таки долго. И это напоминает моего Эйзерхана. А три месяца назад он призвал себе всадницу… Тоже, как и я, из параллельного мира. И также с семьей: с мужем и сыном.

– Удивительное совпадение, – произнес я. Почему-то мысль о семье этой всадницы как-то неприятно саданула внутри. Давненько я ничего похожего не испытывал. Забытые ощущения всколыхнули и растревожили.

– В общем, смотрите дальше, – Аяна запустила свое видео и снова взялась за фильтры.

– Раз, два, три, четыре, пять… – сосчитал невидимый нам Эмиль.

И… всадники исчезли, как не бывало.

– Дайте угадаю. Они перенеслись. Мятежники тренируют переброску отрядов, как это делаем мы, сквозь большое пространство? – уточнил я.

Аяна только кивнула.

– А вот эта женщина, благодаря которой подобное вообще стало возможным.

На экране появился перламутровый Багайтур. Цвет дракона напоминал изабелловую масть ахалтекинцев, которую в древности считали роковой, несчастливой.

Дракона гладила и почесывала за нос женщина…

Высокая, статная, скорее спортивная, нежели худощавая. Очень пластичная. Она обладала такой же грацией, как Аяна, только еще более выраженной, эффектной. Движения, словно у танцовщицы на выступлении. А уж этот гордый поворот головы, когда лиловые волосы стекали на плечи… Личико – кукольное, как выражаются. Огромные, миндалевидные карие глаза, что меняли оттенок в зависимости от освещения… И маленькие, но слегка пухлые губы.

Сколько я смотрел на нее, даже не представляю. Просто все вокруг вдруг стало неважным, будто остальное – лишь фон, декорации. И только мы с ней – настоящие, реальные.

Что-то внутри екнуло и защемило. В голове поплыл забытый пьяный дурман. Я желал рассмотреть ее – всю, до капли. Родинку, что притаилась на ухе, другую, расположенную по центру запястья, словно удивительный природный браслет.

То, как она сдержанно улыбалась и что-то говорила своему ящеру – общение, по всей видимости, шло исключительно мысленно.

Я просто забылся, вперившись в видео.

Пьяный, как в юности на гормонах влюбленности, немного дурной и по нелепому осчастливленный. Ведь мне сказали, что женщина замужем. Откуда же тогда это странное чувство: искристого восторга и чистого счастья от одного лишь вида той незнакомки?

Похмелье пришло откуда не ждали.

– Наяда! – прозвучало громко за кадром и рядом с женщиной появился мужчина. Явно не саркан, среднего роста, плечистый, немного располневший со временем, но привлекательный, со вполне миловидным лицом. Лично я его красивым не назвал бы, но я и не женщина, не разбираюсь в подобном.

Наяда обернулась к своему мужу – в том, что это он, я ни секунды не сомневался.

– Идем, тебя зовут на какое-то совещание, – он говорил слегка раздраженно.

– Хорошо. До встречи.

Она потрепала дракона по голове и умильно ласково чмокнула в морду. Багайтур прищурился от удовольствия, и я, кажется, непроизвольно прищурился тоже. Спохватился и обернулся на задумчивого Тарлана.

– Значит, Багайтур призвал себе всадницу из другого мира три месяца назад? – прочистив горло, уточнил я у Аяны.

– Да, так и есть, если судить по донесениям.

– Почему же нам раньше об этом не доложили? Лазутчики, что, спали? Думали, что все это шутки?

– Самый талантливый и мощный дракон мятежников обрел полную силу и всадницу! Это событие! – высказался Владимир. – Об этом нас должны были проинформировать немедленно. В течение пары часов, где-то!

– Ваше величество, как я и сказала, с этого момента лагерь повстанцев вошел в режим строгой секретности и всеобщего тотального недоверия. Каждый следил за каждым, жаловался Эмилю. Они хотели, чтобы мы до последнего момента – до самой битвы так ничего и не выяснили. На бой Эмиль возлагает серьезные надежды.

– Кхм… А вот это уже более чем странно. Сколько сарканов сейчас у мятежников?

– Думаю, сотни три, или около того, – тотчас отозвался Тарлан.

– У нас даже гвардейцев сейчас в разы больше. Допустим, Тур сможет перекидывать отряды в места, где особенно требуется подкрепление. Но численность-то все равно у врагов минимальная. На что они вообще такое рассчитывают?

– А вот этого Эмиль никому не сообщает. Ходит весь такой загадочный и вдохновленный. Но как-то с этим Тур все-таки связан, – подал голос Тарлан и взглянул на меня.

Я сделал всем жест покинуть совещательную. Тарлан нежно поцеловал свою Аяну, и она вместе с остальными вышла за дверь. «Гостей» в окнах мира я выключил лично.

Убедился, что нас никто не услышит, и уточнил у сына уже напрямую:

– Думаешь, янки готовят им подкрепление, и Тур должен перекинуть его в нужное время?

– Да, отец, именно так я и полагаю. У Эмиля есть связь с британскими кураторами. Так что… подобное вполне даже возможно. Уж больно он уверен в том, что все у них сложится. А при нынешнем соотношении сил подобное невозможно.

– Янки опять взялись за свое? Гибриды и прочее?

– Нет. Я так не думаю. У них нет больше материала Халифа. Поэтому выводить драконов уже не получится.

– А как же созданные раньше гибриды?

– Насколько я знаю, они прожили около тридцати лет и потом умерли. Плодиться же они не могли, в принципе.

– Уверен, что все гибриды давно погибли?

– Да. Это подтверждают разведчики из Британии. Причем, в нормальном и боевом состоянии они находились только лет эдак десять. Потом же дряхлели и ослабевали.

– Стало быть, нам готовят наземные отряды?

– С каким-то очередным новым оружием. О нем наши разведчики тоже докладывали. Но очень туманно и весьма разноречиво.

– Я помню. Какие-то распыляемые газы, которые воздействуют на всех, кроме тех, что приняли определенные антидоты. У нас разработаны подобные антидоты?

– Об этом надо поинтересоваться у Лома. Исследования ведутся в строгой секретности. Некоторые ученые нам помогают, хотя и работают в Британских институтах. Считают подобное оружие вредным, как для среды, так и для людей. И поэтому категорически против.

– Но, если этот газ вредит экологии, Лому придется создать противоядие не только для сарканов, людей, но и для природы?