Ясмина Сапфир – Кабзец. Учить, (Не) Убить, влюбить? (страница 10)

– Мгу. Феодосия, представься!

– Зачем? – недовольно буркнул «замок на курьих ножках», хрипловатым низким женским голосом. – Эти туристы то орут как резанные, то критикуют. Я вообще терпеть не могу этих критиков доморощенных. Да что вы понимаете в магических зданиях?! Между прочим, мох – самое ретро! Стиль такой от Обдирсаче… Ободрали как липку, а подсунули этот, как его, финтаж… Финт ушами – и никакого дизайна. А черепица с крыши посыпалась от возмущения из-за ваших реплик! Я женщина чувствительная, пусть даже и здание. И ПМС у меня никто не отменял!

– Феодосия, относись снисходительно, – почти ласково произнес Тарл. – Мы называем этих туристов – туписты…

– Я и так… снисхожу, в смысле спускаюсь. А им не нравится.

Я опять хихикнула и постаралась загладить первое впечатление:

– Очень приятно познакомиться, Феодосия. Я новая преподавательница.

– Попаданка? – уточнило здание.

– Да.

– Ну, что ж… Поглядим, что ты за птица…

Я вдруг вспомнила, что на двери нашей с сыном квартиры в местном общежитии после моего касания проступило изображение птицы.

О-о… То есть это не просто так?

– Когда-то Феодосия стала первым живым зданием на Земле, и обитала в ней ведьма Ягиня, которую русские племена считали…

– Богиней? – уточнила я.

– А ты не совсем безнадежна, – усмехнулся Тарл.

– В отличие от ваших комплиментов, – парировала я.

– Ну вот и научишь меня светскому общению, – обрадовался он.

– Кхм… После того, как вы вломились ко мне без стука?

– После того, как я еще никому не вломил и не настучал!

Он прямо искрил оптимизмом, который я совершенно не разделяла.

Казалось – комплименты, культурное общение, воспитание – эти слова в одном предложении с Тарлом мог поставить только стендапер.

– Итак. Именно Феодосия нашла этот карман-измерение и переселилась сюда с русичами, способными к магии.

– А тут кикиморы есть? – спросил сын.

– Еще какие! Вот попадет такая к нам, и ка-ак начинает. Вламываемся мы не так, общаемся не так, объясняем плохо. Ну кикимора и кикимора.

Я подбоченилась и встала в позу кастрюли.

– Феодосия, как ты считаешь, что сделать с мужиком, который хамит женщине?

– Ну, если он ворвался к тебе, самое время что-нибудь ему вырвать! – радостно сообщило здание.

– Не-не! Ты повремени! Может это что-то тебе еще пригодится! – картинно поднял руки вверх и попятился Тарл.

– Даже не надейтесь! – выпалила я.

– Да вы о чем? – захохотал фет. – Я, например, о вырывании пальцев или же рук. Они мне нужны показывать вам достопримечательности, а потом учить писать в воздухе заклинания.

– Одного пальца для этого вполне достаточно!

– Не скажите… Вы ведь на компьютере всеми печатаете?

– Слепым методом. Так что глаза…

– Я понял… Но, как же я оценю вашу красоту, в отсутствие глаз… Решать, конечно, вам… Но сразу предупреждаю, что в таком случае придется оценивать сразу руками. Боюсь, мне это понравится больше, чем вам!

– А он наглый! – обратилась я к Феодосии.

– На том и стоит! – усмехнулось здание. – Но ты с ним поосторожней, поосторожней!

– Вот так показываешь и рассказываешь о достопримечательностях, а они тебя в хвост и в гриву… Ай-яй-яй… – притворно обиделся Тарл. – Ну, давайте, пойдем дальше.

Дальше… мы посетили фонтан в виде пикающего мальчика. Нет, правда. Он пикал, как будильник и при каждом звуке выливал изо рта воду.

Причем, всякий раз вода была разного цвета. Зеленая, фиолетовая, красная, но в сам водоемчик фонтана попадала исключительно обычная.

Следующей была скала из магического камня, из которого изготавливали какое-то оружие.

Напоминала она нечто среднее между куском металла и камнем.

От локации к локации мы перемещались при помощи аттиса, который Тарл вызывал все тем же двойным знаком Зорро.

Ецк мы уже наблюдали, пока ехали к Академии.

Природа тут напоминала российскую.

Ну вот разве что магическая скала, да стеклянная река впечатляли.

Последняя, реально, выглядела будто кусок стекла, фигурно уложенный в речное русло. Однако, если пощупать воду, оказывалось, что она вроде обычная. Но Тарл зачерпывал ее рукой с энергией магии, которой обещал научить пользоваться – и получался реальный кусок стекла, причем, тягучего, словно резина.

– Если в течение часа что-то слепить или сделать – форма застынет, – пояснил фет, радуясь моему интересу, словно ребенок – очередному подарку на Новый год. Я даже пощупала субстанцию у него в ладони. Тут она уже ощущалась совсем не водой, а скорее чем-то средним между жидким воском и парафином.

Следующей туристической достопримечательностью оказалась… местная ворожея.

Мы вышли из аттиса прямо к ее дому, и Тарл радостно объявил:

– А это – особняк одной из самых мощных колдуний нашего мира! Заходите, не бойтесь. Если вы сюда попали, бояться уже поздно. А бежать – так и вовсе бессмысленно…

Я хихикнула, Камиль покачал головой, и мы вошли в трехэтажное кирпичное здание с эффектным узором под крышей. Он очень достоверно изображал косичку из костей.

Стоило очутиться в просторном парадном первого этажа, со стенами под необработанное дерево, как послышался звук, похожий на звон бьющегося стекла, затем «Упс» грудным женским голосом и все стихло.

Тарл грозно свел брови на переносице и гаркнул:

– Радамира! Выходи!

– Ты мне прям, как дракону – выходи на бой! – раздалось сверху.

– Мы все слышали! Опять несанкционированное накладывание заклятий в немагическом мире? А? Признавайся!

На брусчатой лестнице, с балясинами в виде кеглей показалась высокая худощавая блондинка с конским хвостом на затылке. Простоватые черты лица ее совершенно не портили, а отсутствие выдающихся форм компенсировалось гордой осанкой и длинными ногами, как говорят – от ушей.

Женщина грациозно спустилась по лестнице, улыбнулась мне и подошла к Тарлу, заглянула ему в глаза и заискивающе произнесла:

– Ну, Тарлик, ну дорогой! Бес попутал… Понимаешь, они у меня с карты сняли процент якобы за перевод на другую кредитку. А я же делала рефинансирование! Условия выполнила! Ту карту закрыла… Все в срок, все, как полагается… И вдруг – бац – сняли процент! Ну это же… чистое… надувательство! Одно дело, когда я надуваю клиентов, как воздушные шарики, и запуливаю в небо, если уж совсем довели… и совершенно другое – Банк! Вдумайся! Ба-анк! Причем, он еще назван в честь этого, главного оборотня… Как там его… Бета, омега… А-а-а… Самый, что ни на есть, альфа! Наши местные альфа-оборотни должны сильно обидеться и даже подать в суд за кражу названия!

– Ну и что стало с недобросовестными работниками Банка на сей раз? – нахмурился фет еще больше.

– Да ровным счетом ничего… Я же добрая… Я – само терпение, понимание… участие… А третье ухо и небольшие рожки лишь придают им элегантности и шарма. Нынче же у малопов в моде всякая дичь. Вот видела я по аттису один показ мод… Ты даже не представляешь… То пакетами обвесятся, то мужики, прости господи, в платье выходят…

– Это у малопов Европы! – возмутился Тарл. – А ты, небось, с Российским банком дело имела?

– Кто знает… Мне уже почти четыре тысячи лет. Память не та… Старость – не радость.

Я заметила, как Камиль округлил глаза – на вид Радамире было лет тридцать пять, ну максимум – сорок, и то с натяжкой.

– Туристы? – уточнила она, быстро меняя тему и переключаясь на нас с сыном. – Из России?

– Ага, – улыбнулся Камиль.