Ясмина Сапфир – Истинная для звездных адмиралов (страница 14)
И это еще, если не вспомнить о том, что корабль Рохана – по сути суверенная территория Терратонии. Планет и колоний его расы. По законам Галактического государства я не имел никаких прав туда врываться, если на борту не преступник.
Но и это меня не остановило.
Я пошел вразнос.
Нарушил правила аукциона, нажив себе кучу врагов, причем, и среди эрмаранцев тоже.
А теперь планировал взять штурмом звездолет адмирала другой расы.
Это было безумием, каким-то реальным, вполне медицинским помутнением рассудка.
Но никто меня не остановил.
Никто не посмел сказать мне сейчас «нет».
Да и, боюсь, что в таком состоянии, я бы не внял голосу разума, кто бы ни пытался до меня достучаться…
Глава 7
Я метался по кабинету, как заполошный, по сто раз выскакивал на командный мостик и скалился на всех, кто попадался мне на глаза.
Жажда найти мою самку, обнять наконец, прижать к себе, выворачивала нутро.
Никогда не предполагал, что смогу понять, земное выражение «болит душа».
Сейчас я это прочувствовал в полной мере.
Она у меня не просто болела, она будто бы разрывалась на мелкие атомы…
И все от недовольства, от ярости и гнева, что кто-то посмел украсть мою самку.
Посмел перекупить мою истинную пару.
Самую сладкую и желанную во всех Галактиках.
Храш!
Как я мог позволить, чтобы проклятый терратонец увел ее прямо у меня из-под носа.
Украл.
Перекупил до аукциона!
Неважно!
Эта самка предназначалась именно мне! И только мне!
Я стоял на мостике своего крейсера и задыхался от внезапной нехватки кислорода.
От дискомфорта, что раздирал грудную клетку.
От тоски, что разъедала душу кислотой.
Никогда не думал, что мне может быть настолько храшево. Хреново, если говорить по земному.
Хотелось выть, рвать и метать, но больше всего, я жаждал добраться до проклятого терратонца.
Плевать, что он адмирал другой планеты и другой расы!
Плевать на то, что это может вызвать межгалактический скандал, и хрупкое перемирие будет нарушено!
Плевать, что проникновение на чужой звездолет незаконно и даже карается тюрьмой!
Плевать, на все, что отделяет меня от моей самоки!
Плевать на все!
Проблемы решу позже.
Я с трудом сдерживался, чтобы не разнести все вокруг в хлам.
Пожалуй, очень помогала задача, которую мы с командором Адиристом пытались решить.
Она заставляла шестеренки в моей голове снова крутиться, а гормоны отступить на второй план.
Наверное, отчасти благодаря этому я еще мог хоть как-то соображать.
Немного сбросив эмоции в движения, я сконцентрировался, резко остановился и застыл каменным истуканом перед звездной голографической картой.
Вперился в сияющие точки планетарных систем и галактик, пытаясь понять – куда именно отправился терратонец, увозя от меня подальше истинную пару.
– Командор Адирис, доложите обстановку! – запросил отчет в который уже раз за последние несколько часов, надеясь на чудо.
– Мой адмирал, крейсер терратонцев как испарился, пропал со всех радаров, словно его никогда и не было рядом со станцией, – поступил на коммуникатор уже привычный ответ Адириса. – Мы ищем… Даже сенсоры дальнего действия не помогают! Они будто пропали!
– Храшево ищите! – прорычал я в ответ, в который уже раз мазнув взглядом по полупрозрачному экрану, что вытянулся во всю стену на мостике. – Они не могли просто взять и испарится! Целый крейсер, это тебе не молекула! Куда они вообще могли подеваться? В какую черную дыру провалиться?
Я изо всех сил сдерживал собственный нрав, прекрасно понимая, что яростью и силой тут ничего не решить.
Лишь усугублю и без того храшеву ситуацию.
Разнесу свой же корабль и пострадают другие члены экипажа.
А это крайне нехорошо по отношению к верным мне эрмаранцам, с которыми прошел не одну военную кампанию.
Эти парни были проверенными, преданными. Ни разу не подводили: ни в штатных ситуациях, ни во время катастроф и сражений.
Срываться на них означало окончательно себя потерять.
Да и результата я все равно не добьюсь.
Толку-то? От моих действий терратонцы ведь быстрей не отыщутся.
Разгорающийся брачный Далмиар совершенно не помогал мыслить здраво.
Усугублял ситуацию, толкал на глупости и пробуждал не нужную сейчас агрессию…
Так некоторые животные в весенний гон, как сумасшедшие носятся и на всех бросаются.
Огонь, полыхающий в крови, опалял все нервные окончания. Я чувствовал, как гормоны и феромоны струятся по венам, воспламеняя каждую клетку моего существа.
Начиналась первая ступень Далмиара.
Привязка.
Самый важный период, когда идет настройка организма на истинную пару. На ее запах. На ее тело.
Происходит первичное запечатление.
Я чувствовал, как под языком начали набухать первичные брачные железы, выделяя особые феромоны, призванные пробудить ответную реакцию в истинной. Запустить химический процесс на генетическом уровне.
Наши ученые еще не разобрались – почему именно землянки оказались единственной расой, способной дать истинных эрмаранцам… И проклятым терратонцам, к тому же.
Чтоб их бездна забрала!
Я судорожно сглотнул скопившуюся во рту слюну: терпко-сладковатую, пресыщенную брачными гормонами и феромонами.