Ясмина Сапфир – Хозяйка вредной горы 2. Горный блокбастер (страница 3)
– Пока так и будем думать! – решительно заявила я.
Терл опять развел руками: мол, дело ваше.
Я зыркнула на него своим излюбленным взглядом, после которого сотрудники информационной стойки так вжимали головы в плечи, что многим казалось, будто это прилавок с ними общается.
Грет вздохнул. Дескать, опять я крайний. Теперь уже настал мой черед разводить руками.
– Что поделать? В старину на Руси казнили гонца с плохими новостями, – язвительно добавила я. Из-за ситуации с Эльрихом из меня сейчас только сарказм и пер. Все остальные чувства: доброжелательность, сочувствие, добросердечие как-то притупились. Я сама понимала, что это не дело. Но… так все же лучше, чем бросаться на всех попало с криками и истериками.
Вот уж когда некоторые туристы не попятились бы – бежали с Кары, роняя тапки. Может даже силовой барьер снесли бы. То-то вредная гора удивилась бы! Плазменные и силовые пушки, заклятья внутреннего взрыва с микровзрывами после, ничего с куполом не сделали, а туристы, напуганные мной, превратили его в решето. Вот она – сила убеждения. Как говорится – главное верить в себя и не видеть препятствий.
– Послушай, – попыталась я говорить более нейтрально, уж раз от моей «доброты» сейчас танк притормозил бы и поехал обратно. – Я считаю, не следует делать скоропалительных выводов. Вот найдем Таваля, там и посмотрим. Может он стал жертвой преступников. Может его ранили или даже убили. А мы объявим парня злоумышленником. Некрасиво получится.
– Согласен. Не спорю.
– Ладно. Дел накопилось валом. Давай вернемся к работе. Пока она не принялась всерьез нас разыскивать. На Каре это будет означать очередную катастрофу.
– Согласен, – повторил терл.
– Я так понимаю, наши бравые варвары-полицейские, мнящие себя крупными специалистами по допросам и пыткам, на деле крупные только физически? Так и не выяснили кто же стоит за заговором? – не удержалась я от ремарки.
Грет усмехнулся, повел плечом. Мол, вот теперь и полицейским достанется на орехи. Не один я такой «счастливый» и «удачливый» со своей способностью вечно попадать под горячую руку начальницы. Теперь ее карающую, горячую и тяжелую длань ощутят и другие.
– Я так понимаю, исполнители не знают истинного заказчика. С ними работали через подставных лиц. В основном, через темные сети…
– Это типа интернета, где можно заказать убийство, грабеж и прочее?
– Ага.
– А как им передавали заклятья, деньги, информацию?
– Тем же способом.
– Нет, я понимаю – технологии – вещь крутая. Можно скрыться за сотнями переходов с одной магической сети в другую. При умении и хороших деньгах исходную точку отправки сообщений никто не вычислит. Даже наши бо-ольшие специалисты. Большие, в смысле крупные. А не в смысле хорошие специалисты своего дела. Но ведь техномагию и приспособления для работы на Каре тем, кто здесь скрывался, нельзя перекинуть при помощи файла. Или я чего-то не знаю о наших информационных технологиях? Может, пора закачать себе вечернее платье или… ну чисто так, как вариант, просто предполагаю… нового помощника?
Грет поморщился, но ответил относительно спокойно – так, с легким привкусом обиды и зубовного скрежета:
– Я потом закачаю в этого помощника… Несколько кулаков прямо в челюсть закачаю… Пока он сам не закачается… Исполнителям писали, как и где можно забрать нужные вещи и техномагические штуковины. Они приходили на место и обнаруживали все необходимое в ячейках камер хранения банков, автомобильных стоянок с дополнительными услугами, торговых центров, сувенирных магазинов с ценным ассортиментом и прочее.
– Толково придумано! Я бы даже наняла на работу этих заказчиков. Если бы не сомневалась в их моральных ориентирах! Им, наверное, не нужно как некоторым, по сто раз повторять что делать! Сообразят прежде, чем предложение завершу…
Грет развел руками.
– Боюсь, наша зарплата покажется им маленькой. Весь мир в рабы подавай.
Я усмехнулась. Вот может же, когда хочет?
Ладно, вернемся к нашим
– Итак… В восьмом секторе заклинила пара сидений, что выезжают из стены. Надо послать монтеров. Пусть проверят. И магов земли-камней, пусть и они посмотрят. Вдруг дело в техномагическом механизме.
– Сделаю!
– У третьего дежурного оператора тридцать первого портала заболел ребенок. Нужно срочно найти замену! Постарайся не из тех, кто дежурил два дня подряд. Помни! В отличие от нас сотрудники должны иметь минимум два выходных! Может когда-нибудь и нам объяснят – что это. Ну так, для общего развития. Расскажут в красках и фактах.
– Уже!
– Рейс 12 пришлось перенести из-за погодных условий на Сепе. Там песчаная буря и довольно неприятная. Надо дать задание диспетчерам рассчитать новые маршруты и порталы.
– Да, конечно…
…Лавины, сбои оборудования, изменения и отмены рейсов, камнепады и оползни… Снежные бури, Цунами на Нирвале и все остальное. Как же я по ним соскучилась! Все эти штатные проблемы решались на Каре спокойно и без дерганья. И они были так приятны после всех необъяснимых и пугающих событий, что случились по вине заговорщиков.
Тем более, нервотрепки мне хватало. Эльрих. Вот что стало моей головной болью на все времена.
В общем, еще никогда я так не радовалась погружению в рутину нашей обычной работы на Каре.
Кольп успел звякнуть всего лишь раз – я бы сказала, едва вякнул – как я приняла вызов. Ну еще бы! Я его ждала, как манну небесную!
Грет покосился со странным выражением лица. Он словно одновременно испытывал такую гамму эмоций, что музыкальные гаммы краснели, бледнели и тихо уходили в закат. Чудилось: и для терла подобное внове. Все-таки варвар, все-таки боевой генерал. Там две эмоции – уже рекорд. А тут с десяток, не меньше.
Он будто и радовался, и досадовал, и напряженно ждал, и злился, и сомневался, и надеялся… В общем, как говорят в спорте – полный диапазон. Это когда ты изо всех сил стремишься к рекорду, аж суставы трещат, кости хрустят и сердце выпрыгивает из груди, но надо еще и улыбочку сбацать и благожелательность на публику и прочее, прочее, прочее. Обычно такие атлеты выглядят на снимках существами, у которых улыбка плавно переходит в оскал, а дружелюбие – в желание убить всех, кто на пути попадется.
Грет выглядел также. Ни больше, ни меньше. Застыл, наблюдал.
– В общем, ловушка замедляется, – без экивоков начал Олт. Я выпрямилась и выдохнула.
– Как Эльрих? Вы его, его засекли?
По связи пронесся странный звук. Я даже не поняла – это смешок или что-то еще. Ладно… Потом разберемся. Мы еще встретимся, как любили говорить дуэлянты прошлых веков.
– Наша аппаратура говорит, что айн жив и более-менее в форме. Похоже, ему удалось спрятаться от Веркрестова за пластами материи. Теперь путешествуют в связке.
– Дом за Гномом, Гном за домом… – машинально произнесла я.
– Дом за кем? – удивился Олт. Видимо, ходячие дома ему еще не встречались. Разве что говорящие горы, вроде Кары.
– Неважно! – отмахнулась я. Объясняться не оставалось ни сил, ни желания. – Я на изготовке. Как только аномалия и Эльрих остановятся, дайте знать. Я приду. Кара тоже предупредит.
– Я дам знать…
В ответе Олта что-то такое промелькнуло. Даже не знаю – словно он сказал совершенно не все и это его остальное
Та-ак! О чем это он?
Вроде бы бабенка никакая с Эльриху пролезть не могла… Чтобы, так сказать, скрасить часы ожидания освобождения. Так и представляю эту картину в стиле отелей. Стук в пространственную щель и женский голос: «Хотите скоротать время до спасения? Любой каприз за ваши деньги…»
И потом… Если рассудить здраво… Мужик пожертвовал собой ради меня, даже Грета постарался опередить. Представляю, чего ему это стоило, учитывая, что терл-то с порталами на «ты». В общем – вряд ли мужик, способный на такое, позарится на другую. Даже чтобы скоротать время. Олт сам сказал – Эльрих жив и более-менее в порядке. Тогда что же еще? Я прямо терялась в догадках и это было самое страшное. Уж если моя больная фантазия до подобного не дошла…
– Не подключайте мою больную фантазию! Она и так не дремлет! – возмутилась я. – Говорите прямо! Чего там еще такое в вашем многоточии скрывается. Я ваши театральные паузы уже изучила.
– Мы обязательно сообщим вам, как, наверное, и Кара. Но на операцию решено вас не брать…
Да уж-ж-ж… Такого даже моя больная фантазия себе не позволяла. Иначе стала бы не больной – погибшей во цвете лет. Похоже, у Олта самосохранение совсем отказало. Ушло в отпуск, уехало в какой-нибудь пансионат на море, дабы поправить здоровье после долгой работы в полиции.
– Вы сейчас серьезно? Вы ведь понимаете – с кем говорите? Не перепутали меня со своими подчиненными? Мало ли, заработались, зарапортовались…
Я еще давала Олту шанс передумать, смекнуть – настаивать дальше не в его интересах. Но его самосохранение, похоже, слишком далеко уехало на отдых. Туда, где совсем никакой связи с реальностью не было.
– Линея! Я все понимаю! Но у нас своя работа, у вас – своя. Мы уже рискнули вами, когда преступники пытались вас парализовать и перекинуть управление Кары на злоумышленницу…
– Вы? Рискнули? – по-моему я перешла на ультразвук и тот самый тон, после которого мои служащие стараются выбить путевку в санаторий чемеров. У них нервы хорошо лечат. Иглоукалыванием. Видимо всаживают иголки, пока не перестанешь нервничать. – Вообще-то меня похитили! И я действовала на свой страх и риск!