Ярослава Раскольникова – Испытания в Диких землях (страница 7)

– Ситуация экстраординарная, – хорошо поставленным, сухим голосом заговорил чёрный ломри. Кажется, он был здесь главным. – Сеть полностью лежит. Мировое древо в критическом состоянии. Всё население разом лишилось магии, – он замолчал, буравя Санни глазами. – И кто всему этому виной?

Послышался скрипящий звук, с которым кто-то протирал очки.

– Уважаемые члены Совета, – прокашлялся было Кио, но чёрный ломри прервал его решительным жестом.

– Городской кодекс, статья десятая. В случае если на заседании городского Совета присутствуют не входящие в его состав лица, им разрешено говорить только в случае, если вопрос адресован им непосредственно.

– Что вы хотите услышать? – вздохнула Санни устало, смотря на председателя. Глаза её были красными и заплаканными, она выглядела измождённой. – Что древо погибло из-за меня? Так и есть.

– Санни! – прошипел Ики, но девочка не слушала.

– Налицо признание вины, – подал голос кто-то с трибун.

– Сто первая статья. Умышленное причинение вреда городской собственности, – ответил кто-то ещё.

– Позвольте! Ущерб куда серьезнее, чем предполагает сто первая статья! – заговорил третий ломри.

– Статья сто первая, подпункт тринадцать: оценку ущерба производит специальный орган…

– Отправьте её в шахту, и дело с концом! – не выдержал кто-то более темпераментный. – Из-за неё мы лишились Сети! Немыслимо! Весь город теперь как слепой младенец! Торговля стоит, заказы не выполняются, продажа металла спустилась до нулевых отметок!

– Разумеется! – рассмеялся кто-то, снимая очки. – Город фактически в руинах, а вас только продажи металла волнуют, сэр Кишио.

– Позвольте!

– Достаточно! – властно сказал председатель, и в зале тут же повисла тишина. Неотрывно глядя на Санни, он заговорил чётко и вкрадчиво: – Обвиняемая разрушила Иннеаль. Само сердце Ары. Хотим мы того или нет, наша жизнь никогда не будет прежней, – он сделал небольшую паузу. – Из-за неё.

Санни подняла глаза на председателя. Какое-то время они смотрели друг на друга, пока он не сказал:

– Сто первая статья, подпункт двадцать: в случае если срочность или иные обстоятельства не позволяют правомерно оценить ущерб городской собственности, единогласное решение Совета может определить судьбу обвиняемого. Кто считает, что нам стоит прибегнуть к этой поправке?

Руки быстро взмыли в воздух. Санни не считала их. Она видела, что проголосовали все.

– Единогласно, – кивнул председатель. – Теперь относительно наказания… Я бы предложил уважаемому Совету высшую меру. Пожизненная работа в рудной шахте. Прежде чем мы проголосуем… – он вздохнул, – у обвиняемой есть право попытаться защитить себя.

– Санни, скажи что-нибудь, – шепнул ей Кио. – Хотя бы попытайся!

Девочка опустила глаза, ничего не ответив.

– Понятно, – вновь кивнул председатель Совета. – В таком случае продолжим. Вы обвиняетесь в умышленном причинении вреда городской собственности. Постановке под угрозу жизни горожан, их здоровья и благополучия. Целостности городской инфраструктуры. Предложенная мера наказания…

– Санни, – шепнул ей Ики, пока председатель зачитывал приговор. – Не сдавайся. Тебе нельзя сдаваться!

– Всё кончено, Ики, – по щеке Санни скатилась слеза. – Извини, что втянула вас в это.

– Объявляю голосование открытым. Пожизненная работа на рудниках. Кто за? – ломри обвёл взглядом залу и повернулся к Санни, глядя той прямо в глаза. – Единогласно.

Дверь со скрипом открылась. Все разом повернули головы. В залу решительным шагом вошла совсем молодая ломри. Шёрстка её была короткой и мягкой, бело-серого цвета, с чёрным пятнышком на левом глазу. Она была одета в строгое зелёное платье.

– Если я верно помню, то городской Совет включает в себя двадцать восемь членов. Насколько я могу видеть, здесь присутствуют лишь двадцать семь, – сказала она громко и сухо, занимая одно из свободных мест на трибуне.

Кио спешно опустил взгляд. Санни почувствовала, как он нервно машет хвостом. Председатель было поморщился, но морда его тут же разгладилась.

– Леди Эрио. Мы и так задержали заседание. Вашего отца нам, к сожалению, найти не удалось.

– Отец в отъезде, – ломри поочерёдно сняла с рук белые перчатки. – В его отсутствие я исполняю его долг перед городом. В соответствии со статьёй сорок первой городского Кодекса.

– Что ж, – председатель дёрнул уголком губ. – Присоединяйтесь к голосованию. Я повторно зачитаю приговор…

– Не стоит, – отрывисто бросила ломри. – Я уже знаю, что вы хотите избрать для неё высшую меру наказания. Как обычно, не разобравшись и никого не выслушав.

– Вот поэтому в Совет и не пускают детей, – кто-то закатил глаза. – Теперь тут до ночи застрянем.

– Я настаиваю, – белая ломри повысила голос, – чтобы мы выслушали обвиняемую. Или, – она едва заметно подмигнула Кио, – одного из её спутников. В противном случае я отказываюсь отдавать свой голос за или против. Что сделает невозможным принятие единогласного решения. И действительно, сэр Кишио, мы застрянем здесь до ночи.

– Принимается, – кивнул председатель и обратился к ребятам: – Кому-то из вас есть что сказать?

– Да! – Ики требовательно взмахнул крыльями и выпалил на одном дыхании: – На древо напали! Тёмные дриады Эрихни! Сначала на Фальвиа! Теперь и на Ару! Мы пытались им помешать!

– Санни – Хранительница, – Кио нашёл в себе силы поднять глаза на Совет, но голос его заметно подрагивал. – Это подтверждает посох, который вы… изъяли. Мы пытались попасть к древу, чтобы предотвратить атаку.

– Девочка родом из четвёртого мира, – заговорила белая ломри. – Или кто-то из уважаемых членов Совета видел обитателя первого, второго или третьего миров без шерсти?

По залу пробежал ропот.

– Тишина! – громко сказал председатель. – Это её не оправдывает. Факты таковы: обвиняемая появляется в городе, нелегально проникает к Иннеаль, после чего древо отравлено, а магия исчезла. Это достаточное основание, чтобы…

– Чтобы погубить наш последний шанс на выживание? – перебила его ломри. – Если Хранительница – единственная, кто может путешествовать между мирами, – будет работать киркой из-за вашего идиотизма…

– Давайте сохранять цивилизованный тон, леди Эрио, – председатель смерил её взглядом. – Хотелось бы напомнить вам, что вы лишь заменяете отца в его отсутствие и кресло в Совете вам не принадлежит.

– Однако мой голос всё ещё учитывается, – возразила белая ломри. – И я обращаюсь к вам, уважаемые члены Совета. Эта девочка – наша последняя надежда. Я призываю вас пренебречь Кодексом во имя здравого смысла. Вернуть ей посох и отпустить её.

– Какой фарс, – фыркнул кто-то. – Пренебречь Кодексом? Кодекс – основа нашего общества.

– Магия – основа нашего общества, – сказала ломри. – Сеть – основа нашего общества. И если мы запрём эту девочку, до конца наших дней нас ждёт лишь жизнь в подземном мраке. Без банков, биржи и половины городской инфраструктуры. Торговля пойдёт на убыль. Город лишится всех рабочих мест, связанных с обслуживанием Сети, – она выдержала небольшую паузу. – Подумайте о ваших семьях. О вашем капитале. О том, как вы его заработали. И о том, что вы будете делать, когда всего этого не станет. Во что вы будете инвестировать? Что оставите своим потомкам? Осколки некогда великой цивилизации? Город ломри, вернувшихся в каменный век?

Волнение в зале нарастало. Кто-то заёрзал на стуле.

– В чём-то она права…

– Мы требуем повторного голосования!

– Голосуем ещё раз, – кивнул председатель. – Высшая мера наказания. Кто за?

Никто не тронулся с места. Ломри с чёрным пятном удовлетворённо кивнула. Председатель слегка помрачнел.

– Снять все обвинения, – вздохнул он. – И вернуть изъятые вещи. Кто за?

В воздух разом взмыли двадцать восемь разноцветных рук.

Глава 10. Карты судьбы

– Спасибо, – Санни приняла посох, протянутый ей стражником.

Совет в полном составе покинул залу, и в ней остались лишь Ики, Кио, Санни и Эрио.

– Вам бы идти к древу, пока они не передумали, – выдохнула Эрио. Она выглядела уставшей.

Кио резко выдохнул и прокашлялся. Он посмотрел на Эрио.

– Спасибо, – он медленно кивнул.

– Ох, Кио! – она обняла его, и тот застыл на месте, растерянный. – Прости меня! Я так хотела прийти или написать…

– Я… думал… – Кио сглотнул. – Я думал, ты не хотела меня больше знать.

– Что за глупости! – Эрио взяла его за плечи и заглянула ему в глаза. – Я думала, ты догадаешься, что это всё отец.

– Я… – Кио отвёл глаза. – Я предпочёл думать, что это было твоё решение. Так мне было легче.

– Ох, Кио… – снова повторила она.

– Это всё очень мило, – влез Ики. – Но нам и правда надо торопиться.

– Да! – Эрио повернулась к Санни и, разом переменив тон, заговорила строго: – Не хочешь объясниться?

– Объясниться? – переспросила Санни с лёгким раздражением. – Перед тобой?