Ярослава Осокина – Бумажные доспехи (страница 84)

Эвано огляделся: судьи за столом, две тетки и мужик, несколько приставов. В зале почти пусто, только… на одной половине откровенно дрых какой-то лысый мужичок, а на второй, в третьем ряду сидела целая компания, от вида которой у Эвано глаза полезли на лоб.

Григорий приветливо помахал им рукой.

Крупный скуластый дядька, сцепивший мощные руки на груди, презрительно посмотрел в их сторону. Рядом сидела мать, она кивнула. Два длинных парня ухмыльнулись и тоже кое-как помахали забинтованными конечностями. Мелкий светловолосый пацан удивленно вскинул глаза, и от его взгляда Эвано вдруг стало не по себе.

Вся эта компания выглядела потрепанной и побитой. Расцарапанные лица, рваные куртки, даже мать — и та постоянно убирала за ухо неровно обрезанные пряди, открывая ссадину на щеке и несколько глубоких царапин, сходящих на шею.

— Это… что? — пораженно спросил Эвано. — Кто это такие? Что это с ней?

— Все в порядке, все в порядке, — торопливо сказал адвокат. — Вы не переживайте. Главное, говорите, как я сказал, и не переживайте. Тут говорят, что из Дисциплинарного комитета еще сотрудник не приехал, ждем.

Эвано понемногу приходил в себя, не переставая таращиться на мать.

Тихо проскользнул в зал Мирон с толстой папкой в руках, — вот уж кого Эвано не ожидал увидеть, — подчеркнуто холодно поздоровался с компанией и сел подальше от них.

Скоро секретарь объявила, что суд начинается, в зал, переговариваясь, вошли трое судей и заняли свои места.

— Прошу прощения, уважаемый суд, — мягко сказал адвокат, вставая с места.

«Сопля и мямля», — в очередной раз подумал про себя Эвано. Только вот следующие слова адвоката вышибли из него холодный пот:

— Нами было подано прошение на участие в процессе «слышащего правду». Маг с необходимыми характеристиками найден, его согласие подшито к прошению.

Толстая тетка со светлыми кудряшками кивнула, а сидящий рядом с ней судья сказал вслух:

— С прошением ознакомлены, решение утверждено. Пригласите специалиста сюда.

К изумлению Эвано, встал мальчишка, который был в зале. Прихрамывая, он осторожно обошел кресла и остановился рядом с магическим барьером. Внимательно поглядел на Эвано, и юноша криво улыбнулся, чувствуя неприятное сосание под ложечкой.

— Меня зовут Лейтэ. Я слышащий правду, — тихо сказал мальчик. — Уберегите себя от лжи.

Зашибись, в наше время еще кто-то так говорит. И, главное, все вокруг сидят, будто так и надо. Эвано возвел глаза к потолку, не отвечая.

— Начнем, — негромко сказал прокурор и встал недалеко от магического барьера. — Подсудимый, отрицаете ли вы свое членство в запрещенной организации «Лиги защитников искаженных»?

— Нет, — сказал Эвано, и эхом прозвучало тихое «Правда» мальчишки.

— Участвовали ли вы в подготовке и организации терактов в канун Дня мертвых прошлого года?

— Нет, — сказал Эвано, холодея.

— Правда, — бесстрастно сказал мальчишка, и Эвано выдохнул.

Все же боялся. Он не верил в действительные возможности таких магов. Тем более такой мелкий пацан, что он там понимает? Показалось бы что-то неправильно — и все.

— Чем именно вы занимались, как член запрещенной организации?

— Ничем особенно, я…

— Ложь, — прервал его мальчик.

В зале мать прижала ладонь ко рту.

— Я еще ничего не сказал! — возмутился Эвано.

— Но хотели солгать, — сказал мальчик.

Эвано замолчал.

— Подсудимый, вас предупредили, что все попытки лгать бесполезны, — холодно сказал один из судей.

— Эвано, я вас очень прошу, говорите, как есть, — прошептал Григорий. — Я же вам говорил, не надо врать.

— Я расклеивал листовки, — угрюмо сказал Эвано. — И… граффити на Северном вокзале обновлял. Еще я две недели был администратором форума…

— Правда, — спокойно сказал мальчик, когда Эвано замолчал, и все посмотрели на Лейтэ. — Но не вся.

— Что еще? — отрывисто спросил один из судей.

Эвано молчал, а Лейтэ пожал плечами, явно растерявшись.

— Я не знаю, — сказал он. — Я ведь не могу его читать.

— Подсудимый, отвечайте на вопросы исчерпывающе, — резко сказала главная судья. — Вы подписали согласие на эту процедуру и соблюдайте все необходимое.

— Я не… — начал было Эвано, но Григорий незаметно ущипнул его за локоть.

— Я же вам говорил и показывал, — укоризненно прошептал он.

Но Эвано не помнил, его вообще тошнило от обилия бумажек, которые ему постоянно подсовывали в последнее время.

— Я был администратором форума… закрытого, — глядя на свои закованные рунными наручниками запястья, сказал он. — Только мы там… ну, разошлись с модерами. Я банил всяких там, кто нарушал правила и предлагал… разные жестокости или что-то серьезнее, чем митинги.

Он запнулся. Лейтэ спокойно кивнул: «Правда».

— Ну, а после Алого турнира, — немного увереннее продолжил Эвано, — после того теракта, народ стал болтать, что это было круто, и надо было пугать всех сильнее… и я вынес предупреждение самым резвым и банил иногда насовсем. Через несколько дней мне прислали письмо из штаба, что меня освобождают от должности, и лишили всех прав. Ну, вот и все. Потом мне ничего, кроме листовок, не доверяли. Я сначала не понял, что не так. А потом, когда настал канун Дня мертвых, ну тогда… тогда понял.

— Подсудимый, вы входили в состав какой-либо мобильной группы добровольцев в ту ночь?

— Меня включили в такую группу, — помолчав, сказал Эвано. — Мы с ребятами делали все, что нам сказали: следили, чтобы все было в порядке. У нас не было паролей, как у других, и нас потом вечером чуть не побили свои же.

— Вы знали, что другим группам давали пароли?

— Нет, — ответил Эвано. — Только когда наступил вечер и другие группы стали спрашивать эти пароли, мы поняли, что что-то не так.

— Что же вы сделали?

— Ничего, — пожал плечами Эвано. — Продолжили все, что делали, потом когда начались проблемы с другими группами, решили расходиться по домам. Ну, я пешком шел, потом узнал, что матери дома нет, пошел ее искать. Ну, нашел, только уже утром. Вот и все, в общем.

— Это правда, — сказал мальчишка.

— Суд благодарит вас за помощь, — произнесла секретарь. — Можете занять свое место. Объявляется перерыв, суд удаляется для принятия решения.

— Как… решения? — охнул Эвано. — А эти все доказательства, улики, ну, что там собирали все это время? А допрос? А…

— Эвано, — напряженно сказал Григорий и потянул его за рукав, — успокойтесь. Я же вам говорил, если вы согласитесь на присутствие “слышащего правду”, то ничего не понадобится.

Эвано со стуком захлопнул рот и уставился на него.

— А что, нормально сказать, чтоб я понял, нельзя было? — огрызнулся он.

Григорий только вздохнул и развел руками.

Ждать долго не пришлось, но и прям совсем оправдательного не было — Эвано приговорили к общественным работам и штрафу.

И все.

Мама плакала — но в первую очередь обняла Григория и белобрысого пацана, потом уж Эвано, а один из побитых дружелюбно сказал Эвано, что если пойти в патрульные, то часы отработки сократить могут.

Зашибись советчики.

Это еще Эвано не знал, к чему его готовит жизнь.

Вместо эпилога

— Ро-оберт, — тихонько позвала Сив.

Мужчина обернулся: коллега как всегда стояла в дверях кабинета, ожидая, что ее пригласят внутрь.