Ярослава Лазарева – Любовница лилий (страница 26)

– Подожди! Ты куда? – бросил ей вслед Виктор, изумившись такому повороту событий.

Но высшая даже не обернулась.

«Многие японские шаманки слепы от рождения. Они информируют спрашивающего о будущем, название этого обряда – камикучи, «уста бога». Когда душа умершего говорит голосом шаманки, та играет бусами из жемчужин.

Обучение шаманки длится от трех до семи лет. Заканчивается оно бракосочетанием девушки с ее богом-покровителем. В некоторых районах посвящение включает изнурительное физическое испытание, в результате девушка падает на землю, теряя сознание. Ее реанимация отождествляется с «рождением» (танндзе), и шаманка надевает свадебное платье. Мистическое бракосочетание шаманки с духом-покровителем является древним обычаем. «Боги женщины-духи» (микогами) засвидетельствованы в Кодзики, Нихонги и других древних источниках.

В Энгишики список богов, чтимых в святых местах, включает длинный перечень микогами. Традиционно существовали и частные «супруги на одну ночь» (ичиятсума), партнером которых был «блуждающий бог» (маребито), наносящий им визиты. Посвященные, как знак своего особенного положения, прикрепляли на крышах своих домов стрелу, украшенную белыми перьями. Когда бог вызывал женщину, чтобы она служила ему на алтаре, та приносила сосуд с рисом и сковородку, то есть традиционную утварь в приданом молодой жены. Еще не так давно совокупление между жрецом алтаря и женщиной-духом составляло часть программы ее посвящения. Считалось, что в таком акте проявляет себя бог».

Виктор отправился в отель, но, не дойдя до него, передумал и решил просто прогуляться, где-нибудь перекусить и привести мысли в порядок. Он медленно шел по Риволи, этой помпезной улице роскошных магазинов, и бездумно глазел на витрины. И не заметил, как оказался в саду Тюильри. Гуляющие влюбленные, многочисленные туристы с камерами, мамочки с детьми, пожилые пары поначалу вызывали у него любопытство и отвлекали от тревожных мыслей. И машинально он сканировал и сканировал их поля по привычке всех ловцов. Но никак не мог погасить жгущее его изнутри нервное напряжение. Юрико и Такаши не выходили из головы. Он понимал, что японка давно и активно занимается духовными практиками. И это объясняло ее довольно гармоничное энергетическое поле, практически неповрежденное при таких тяжелых жизненных обстоятельствах. Оно создавало и так называемый «женский обережный пояс» вокруг супруга и облегчало его существование. Виктор восхищался мужеством Юрико, и от этого вдвойне больнее было думать, что он бессилен предотвратить ее смерть. Он решил, что необходимо обо всем сообщить Идрису. Возможно, у того имеются какие-то нестандартные решения. Синдзю – камешек не по зубам даже самым талантливым и опытным ловцам, но все высшие обладали уникальными способностями, о которых низшие могли лишь догадываться. И Виктор знал о вечном споре: должны ловцы или нет предотвращать самоубийства, вызванные вековыми народными традициями.

В Уставе Ордена издревле был записан пункт: «Никто из живущих не имеет права лишать себя жизни. Никакие мотивы, даже традиции народа и религиозные убеждения, не могут его оправдать, и ловец обязан всеми доступными ему средствами вырывать клиента из рук Смерти».

И по поводу этого пункта шли споры в верхушке Ордена. Слово «прогресс» не раз звучало на заседаниях, высшие разделились на две группировки, одни были за нерушимые веками правила, другие ратовали за изменение каких-то спорных пунктов. Виктор как-то после одного из собраний даже задал Идрису вопрос на эту тему. И тот, усмехнувшись, ответил, что тут дело в амбициях, и те, кто жаждет изменений в Уставе, на самом деле заботятся о собственной статистике, ведь ни харакири, ни синдзю практически невозможно предотвратить, как и остановить камикадзе, сознательно идущего на смерть во имя идеи.

Виктор перекусил в кафешке и вернулся на главную аллею Тюильри. Он дошел до клумб со все еще цветущими поздними розами и уселся на скамью, с наслаждением вдыхая слабый, но сладкий аромат цветов. Он перестал машинально сканировать поля идущих мимо людей и сосредоточился на раскрытых чашечках роз. Он любовался нежными неяркими тонами окраса лепестков, изгибами, создающими неповторимые очертания каждого бутона, остроконечными зелеными листиками, окаймляющими чашечки, и даже шипами, угрожающе торчащими из стеблей. Отчего-то вспомнилась мимоходом брошенная Соланж фраза: «Вечная война роз и лилий», и его мысли переключились. Много странностей видел он в этой девушке, подсознательно боялся ее и надеялся, что нескоро с ней встретится. Все ее рассуждения о якобы открытом для нее некротическом канале казались сейчас надуманными, Виктор понимал, что все это отговорки, чтобы скрыть истину.

«Может, позвонить Лизе?» – неожиданно подумал он и улыбнулся, вспомнив ее милое лицо.

В этом был резон, ведь двойника он так и не искал, занятый срочными делами, а отчитаться перед Идрисом все равно придется. До синдзю оставалось время, и пока Виктор не знал, что предпримет. И почему бы не употребить эти два дня на решение другой проблемы. И он достал айфон. Но замер, так и не набрав номер. Он увидел Лизу и понял, почему вспомнил о ней минуту назад. Ее приближающаяся энергия была толчком. Сверхчувствительность, данная при посвящении в ловцы и нереально обострившаяся с годами, не раз играла с ним такие шутки.

Виктор в изумлении смотрел на идущих по аллее девушку и ее спутника, пытался собраться и принять верное решение. Да, это был он. Точная физическая копия Виктора сопровождала Лизу. Они держались за руки, счастливо улыбались, периодически глядя друг на друга и о чем-то тихо переговариваясь. Вот они остановились и поцеловались. Лиза что-то сказала и коснулась рукой раскрытой крупной чайной розы. Двойник улыбнулся, быстро поцеловал ее, кинул: «Я мигом!» – и бросился прочь.

– Куда ты, Вить? – растерянно спросила девушка, глядя ему вслед. – Я пошутила!

Но ее спутник удалялся на приличной скорости. Виктор понял, что он направляется к цветочному магазину у входа в парк. Видимо, Лиза выказала желание получить букет роз, и двойник решил исполнить его. Девушка постояла, поглаживая раскрытые лепестки, затем склонилась и втянула носом аромат. Она выпрямилась, закрыв глаза, ее лицо приобрело мечтательное выражение. Лиза словно грезила наяву, а Виктор судорожно пытался понять, как ему поступить. Самым верным в этой ситуации было встать и быстро удалиться, пока его не заметили. Но непреодолимое любопытство не давало уйти. Ему хотелось лишь одного: пообщаться «с самим собой» и понять, что это за существо, как оно мыслит и что знает об «оригинале», если знает вообще. И он встал, повернулся спиной ко все еще находящейся в прострации девушке и стремительно двинулся за двойником.

Виктор нашел его именно там, где и предполагал: в цветочном магазине. Двойник только что купил огромный роскошный букет чайных роз и расплачивался с продавщицей. Когда Виктор вошел, она глянула на нового посетителя и невольно открыла рот.

– Bonjour! – непринужденно поздоровался он.

– Oh, mon Dieu! – изумленно произнесла она и выронила садовые ножницы.

Двойник обернулся, Виктор напряженно глянул ему в глаза и моментально отсканировал его ауру. Она была странной: абсолютно золотой и сияющей так, что он невольно зажмурился и тут же выключил «второе» зрение.

– Это мой брат-близнец, – невозмутимо сообщил двойник, ясно улыбнувшись. – Не правда ли, мы как две капли воды!

«Он знает все, – подумал Виктор. – И такое чистое яркое поле! У людей такого не бывает. Это существо неизвестной мне природы, но… это какой-то сверхчеловек, судя по всему».

– О, как счастливы должны быть ваши родители! – оживленно ответила продавщица. – Два таких красавца!

– Да, они счастливы, – сказал двойник. – Пошли, брат? – обратился он к опешившему Виктору.

И покинул магазин, вежливо попрощавшись с широко улыбающейся продавщицей.

Когда они оказались на улице, двойник отошел на несколько метров и уселся на свободную скамью. Виктор следовал за ним. Он отчего-то успокоился, нервное напряжение спало, а его тело буквально купалось в золотой животворной энергии, исходящей от двойника. Он ощущал, что это любовь ко всем и всему на этом свете, и сейчас понимал, отчего Лиза моментально влюбилась в это существо. Он сам уже начал пропитываться чистой ласковой энергией и расслаблялся все сильнее.

– Я рад, что мы встретились, – сказал двойник. – Мы вышли с Лизонькой погулять, и я сразу ощутил, как меня тянет в сад Тюильри. Я знал, что ты здесь.

– Привет, – глупо сказал Виктор, глядя в его серые чистые глаза. – Я в шоке, – добавил он.

– Еще бы! – рассмеялся двойник. – Чудеса случаются не каждый день.

Виктор улыбнулся в ответ. Рядом с двойником он больше не чувствовал напряжения, ему становилось все легче и приятнее.

– Как странно… – заметил он, разглядывая лицо сидящего рядом мужчины.

– Ничего странного, – ответил тот. – В природе есть много того, что скрыто от людей.

– Странно, что мне необыкновенно легко рядом с тобой, – пояснил Виктор.

– Да ведь я – это ты, мы одно целое, просто распределились по разным телам, – с улыбкой проговорил двойник.

«А я реально красивый малый! – с удовольствием отметил Виктор. – Какие выразительные брови! Лоб высокий, глаза живые, я чертовски хорош собой! Но от всего этого можно сойти с ума».