Ярослава Лазарева – Чикаго для влюбленных (страница 4)

И первым делом девушка отправилась в гардеробную при его спальне. Она раздвинула дверцы. Вещи аккуратно висели, обувь была чистой и стояла парами на полках. Наташа взяла его валяющуюся на стуле куртку и повесила ее на плечики, тщательно расправила, а затем убрала в шкаф. Гера с улыбкой наблюдал за ней.

Он совсем не знал Наташу с этой стороны, и ему было интересно, как она освоится в новых условиях, как быстро адаптируется.

- Показывай, что там дальше! – предложила Наташа.

Гера раскрыл двери, они оказались в большой квадратной гостиной, залитой светом. Наташа вскрикнула от неожиданности. Одна стена была стеклянной от пола до потолка. Солнце поднималось над огромным озером, его лучи падали в комнату и освещали ее всю до последних уголков. Высота показалась ей запредельной, она даже боялась подойти к стеклянной стене.

- Привыкнешь! – сказал Гера. – Я поначалу тоже боялся смотреть в окна! А сейчас любуюсь на город с высоты птичьего полета.

- Дух захватывает! – прошептала Наташа и все-таки подошла к окну. – Озеро какое бескрайнее! Прямо как океан! И парк какой большой! Так все странно, - тихо добавила она.

- Что? – спросил Гера и приблизился.

- Будто я оказалась на другой планете! – прошептала она. – Ты просто не был в нашем городке, не видел мой деревенский домишко!

- Привыкнешь, - повторил Гера и начал ее целовать.

- Подожди! – отстранилась она. – Я еще не заглянула в другие комнаты.

Следующая спальня была похожа на первую и обставлена практически одинаково, только выдержана в голубых тонах, тогда как комната Геры была серо-белой. Наташа остановилась в замешательстве. Они пока женаты не были, их отношения оставались платоническими.

- Ты не обидишься, если я устроюсь отдельно и займу эту голубую спальню? – тихо спросила она.

- Как тебе будет удобнее, – ответил он, но голос показался ей напряженным.

- Солнышко мое! Ты такой чуткий! – прошептала девушка и поцеловала его.

Наташа проснулась ближе к вечеру. Портьеры были плотными, перед сном она их

задернула и сейчас не могла понять, который час. В квартире стояла тишина. Она потянулась, полежала еще какое-то время, но ощутила прилив бодрости. Она отлично отдохнула, и пора было вставать. Наташа выглянула из спальни, создавалось ощущение, что в квартире она одна. И это ее даже обрадовало. Хотелось привести себя в порядок. Наташа еще не привыкла к постоянному присутствию парня, но ей вообще казалось странным ходить в домашней одежде в присутствии любимого. Она по-прежнему ощущала себя принцессой рядом с принцем.

Наташа тщательно вымылась, высушила волосы феном, красиво их уложила. Задумчиво посмотрела на себя в зеркало. Может накраситься? Но она и так выглядела отлично: синяки под глазами пропали, кожа была гладкой и красивого персикового оттенка, легкий естественный румянец окрасил щеки, черные глаза блестели, губы были розовыми. Сон оказался лучше всяких косметических ухищрений.

Наташа вышла из ванной, накинула трикотажное платье ярко-розового цвета и заглянула в спальню Геры. Но его там не оказалось. И кровать была не застелена. Она замерла, не зная, на что решиться, но привычка к порядку взяла верх. И девушка застелила кровать, разгладив серебристое шелковое покрывало. Правда, она на миг прижалась к подушке, вдохнула ее запах и даже поцеловала, но потом положила на место. Затем отправилась на кухню. Она оказалась большой и буквально набитой современной техникой. Имелась даже посудомоечная машина, что для Наташи было в новинку. Она не умела ею пользоваться и решила при случае выяснить у Геры, где инструкция. На кухне царила чистота, и девушка поняла, что Гера вряд ли когда-нибудь здесь готовил. Но это было и понятно. Он скорей всего питался в ресторанах или заказывал еду на дом. К тому же он упоминал, что раз в два дня приходит женщина и убирает квартиру.

Наташа изучила содержимое шкафчиков, в принципе имелось все необходимое. Девушка заглянула в холодильник. К ее удивлению, он был набит продуктами. Она почувствовала приступ голода и решила сделать простенькую яичницу. Быстро разобралась с плитой, ей удалось сразу выставить нужный режим, яйца аппетитно поджарились и не подгорели. Наташа нашла в одном из шкафчиков нарядные кружевные салфетки, ей захотелось красиво накрыть на столик, стоящий возле окна. Она постелила салфетку, поставила на нее плоское блюдо с аккуратно выложенной яичницей, посыпанной зеленью, рядом на тарелочке устроила только что поджаренные тосты. И поймала себя на мысли, что это что-то типа генеральной репетиции ее будущей семейной жизни. Ей показалось это забавным, она начала улыбаться, оглядывая стол, и тут подумала, что совсем не знает о предпочтениях в еде любимого.

В холле раздался шум, двери открыли, затем захлопнули. Наташа быстро поправила волосы и замерла у стола. Она отчего-то сильно смутилась, но тут же сказала себе, что она теперь здесь хозяйка и бояться ей нечего.

- Вот это да! – весело произнес вошедший в кухню Гера.

В его руках были пакеты.

- Да ты тут и без меня управилась! Как аппетитно все выглядит! И я люблю именно глазунью. Поделишься? Я и овощи принес! Может, еще салат нарезать? – говорил он, разгружая пакеты. – Вначале я подумал, что мы пообедаем в ресторане, но потом решил, что и дома полно еды.

- И правильно! – одобрительно заметила она. – Холодильник битком набит! Ты как салат любишь? Со сметаной или оливковым маслом? Или еще какая заправка? Соевый соус?

И Наташа начала мыть свежие огурцы.

- Я вообще непривередлив в еде, - с улыбкой ответил Гера. – Мне главное, чтобы было вкусно. А сметаны здесь и не найти! Так что можно заменить натуральным йогуртом. Я как раз купил пару баночек.

Он вымыл руки и уселся за стол. Наташа быстро нарезала салат, посолила и заправила его по своему вкусу, поставила еще одну тарелку и поделила яичницу пополам. И уселась напротив Геры.

- Приятного аппетита, - сказала Наташа.

- Приятного, - ответил он и улыбнулся ей.

Наташа смотрела, как он начал есть, и ощущала ни с чем несравнимое состояния

покоя и счастья. Девушка окончательно осознала, что они сейчас – семья, этот дом - только их мир, и от нее во многом зависит, каким он будет.

Глава вторая

Следующие дни прошли насыщенно. Гера показал ей университет, они много гуляли по городу, по паркам, поднялись на смотровую площадку Willis Tower, одного из самых высоких зданий не только в Чикаго, но и в США. Площадка находилась на 103-м этаже, вид открывался такой, что дух захватывало. Наташа на удивление быстро привыкла к высоте, она уже буквально через пару дней проживания в квартире без боязни стояла у окна и любовалась на озеро, серебрящееся на солнце. И поднявшись на 103-й этаж, она испытывала лишь восторг от красоты видов.

- Ты не боишься? – уточнил Гера, когда они стояли на площадке и смотрели вдаль.

- Нет! – задорно ответила она. - Мне сейчас, что тридцатый этаж, что сотый как-то все едино! К высоте, оказывается, быстро привыкаешь.

- Ты удивительная девушка, - прошептал он и обнял ее.

Посетили они и океанариум, и зоопарк, и музей изящных искусств. Наташа жадно впитывала впечатления, а присутствие любимого делало каждую их прогулку праздником для нее. Прошлись они и по фешенебельной торговой улице, где были сосредоточены бутики ведущих дизайнеров мира. Гера не мог отказать себе в удовольствии побаловать любимую шопингом. Вопросы, связанные с экономией средств, больше ее не волновали, и Наташа впервые в жизни покупала наряды, даже не глядя на этикетки с ценниками. Заодно она приобрела подарки для отца и брата, с радостью выбирая для них рубашки, футболки и парфюмерию. Гера живо участвовал в процессе и даже давал советы, какая марка одежды лучше, на его взгляд. И девушка охотно соглашалась и покупала вещи для родных по его рекомендации.

Они были все эти дни так счастливы, что для размолвок и ссор просто не было причин. Наташа готовила вкусную еду, навела уют в холодной обстановке квартиры, выдержанной в стиле монохромного минимализма, оживив его горшечными растениями и яркими разноцветными панно итальянской майолики, которые купила в художественном салоне. Цена поначалу показалась ей чрезмерной, но панно были так красивы и изысканы, к тому же Наташа будто увидела их на стенах квартиры и заранее радовалась, как они украсят интерьер, что без сожаления рассталась с суммой на их покупку. По правде говоря, в глубине души она удивлялась сама себе, что легко тратит такие деньги на «безделицу», но когда ты можешь не считать копейки, то к этому быстро привыкаешь. И Наташа уже начала это понимать.

Гера все эти дни был на седьмом небе. Он так привык жить один, питаться, в основном, в ресторанах, засыпать, получив пожелание «спокойной ночи» только от своего телохранителя, обсуждать текущие проблемы лишь с очередным психоаналитиком, что сейчас постоянное присутствие рядом внимательной, заботливой и нежной девушки воспринималось им как чудо. И он наслаждался каждым мигом.

Но физической близости между ними так и не было. И они совсем не говорили об этом. Поначалу Наташа, когда укладывалась в кровать, прислушивалась, не идет ли любимый. Она и ждала и боялась, что он захочет изменить эти затянувшиеся платонические отношения. Но Гера обычно желал ей спокойной ночи в гостиной, и они расходились по своим спальням. Он старался даже не заглядывать к ней. Наташа недоумевала, ей казалось, что как только они станут жить вместе, то это произойдет само собой. Была ли она готова к этому? Она сама не понимала. Когда они обнимались и целовались – а это происходило при каждом удобном случае – девушка ощущала такое удовольствие от горячего прикосновения его губ и рук, что готова была немедленно продолжить и дойти до конца. Но обычно Гера сам отстранялся от нее, она видела, что он старается успокоиться. Конечно, опыта у нее не было, но по фильмам, книгам и болтовне подруг она представляла, как трудно парням взять себя в руки в определенные моменты. Но пока Гера вел себя, как хороший приятель, и это помогало лучше узнать друг друга. И чем они дольше жили вместе, тем больше откровенничали и открывались друг перед другом. Но иногда Наташе казалось, что они из нежно влюбленных постепенно превращаются в лучших друзей и живут словно однокурсники в одной «общаге», правда, уровня премиум-класса. Ее эта ситуация тревожила.