Ярослава А. – Хочу тебя в жены (страница 4)

— Понятия не имею, — расстроенно пожала плечами. — Сейчас по новой вызывать придется. Черт! На телефоне два процента осталось. Сейчас я быстро сбегаю за зарядкой в машину.

— Я с тобой, — подскочил мужчина, галантно помогая одеть мне пальто.

Сдержанно его поблагодарила, удивляясь какой-то едва уловимой перемене в его поведении, и направилась на выход.

На улице в лицо сразу дунул ледяной порыв ветра. Зябко поежилась и поспешила вперед, но внезапно нога подвернулась и я, нелепо взмахнув руками, стала заваливаться на бок.

— Осторожней!

Марат вовремя поймал меня, не дав упасть, и придержал за талию, пока я переводила дыхание и восстанавливала ориентацию в пространстве.

— Спасибо.

И тут пришло осознание, что наши лица находятся в опасной близости друг от друга. Серые глаза с хищным прищуром, гипнотизируют меня, затягивая в свой колдовской омут. Сильные руки уже не просто придерживают, а обнимают, плотнее прижимая к напряженному мужскому телу. Марат смотрит на меня без тени улыбки, так, словно прямо здесь не прочь сожрать.

И самое страшное во всем этом то, что, кажется… мне очень хочется быть сожранной…

Внезапно за спиной раздается сигнал автомобиля. Я вздрагиваю в руках Марата, на миг теряя зрительный контакт, и безумное наваждение развеивается. Чуть шевелюсь в его объятиях, как бы намекая, что пора уже и отпустить.

Я не твоя добыча на сегодня.

Руки мужчины на какое-то мгновение, будто повинуясь инстинкту, протестующе сжимаются еще сильнее, а после слабеют, а затем и вовсе отпускают.

— Все в порядке? — ровным тоном интересуется он.

Создается впечатление, что это не он минуту назад хотел наброситься с поцелуем прямо на улице.

— Д-да, — чуть с запинкой отзываюсь я и, наконец, отступаю.

Без его тепла сразу становится холодно. Я зябко веду плечами, поправляю сумку и прячу руки в карманы пальто.

— Все нормально, — непонятно зачем повторяюсь я. — Пошли.

Движемся в сторону по направлению к парковке и, чем ближе мы подходим, тем больше я понимаю, что что-то не так. Еще буквально пара шагов, зрение фокусируется на том месте, где на всю парковку раскорячились наши машины, и я шокировано торможу на месте.

— Где моя машина?! — из груди вырывается не свойственный мне истеричный визг.

На всякий случай тру глаза, лелея слабую надежду на то, что это все же обман зрения, но реальность такова – мой любимый, верный Логан на месте отсутствует, равно как и навороченный внедорожник моего нового знакомого. И тут возникает сразу две версии: либо наши машины украли, либо кто-то их просто забрал по чьему-то приказу. И поскольку на моего старенького Логана никто бы в жизни не позарился, второй вариант кажется все менее фантастическим.

— Это ты! — повернувшись к Марату, обличительно тычу в него пальцем. —Зачем ты украл мою машину?!

— Я ее не крал. Ее просто забрали в ремонт. Завтра вернут в целости, сохранности, с новым бампером прямо под ворота твоего дома.

То есть, он уже знает, где я живу?!

У меня даже слов не нашлось для достойного ответа. Как дура уставилась на безмятежную морду этого гада, который внезапно решил без спросу влезть в чужую жизнь и командовать.

— Так вот, значит, кто отменил мой вызов, — негромко, но достаточно грозно произнесла я. — Вам в детстве не говорили, Марат, что врать это плохо?

— Я не врал, — уголки тонких губ дернулись, будто он едва сдерживает улыбку. — Не договаривал.

Тяжелый вздох помимо воли вырывается из моей груди. Всеми силами стараясь не истерить, а сохранить более-менее, насколько это возможно, адекватную реакцию, не перестаю задаваться вопросом: как вообще можно быть таким наглым? Это не мужик, а просто бронепоезд какой-то!

И на кой, спрашивается, ему все это понадобилось?

Неужели, так понравилась?

Где-то глубоко внутри ликующе трясет помпонами женское самолюбие. Правда, я никогда на него особо не жаловалась. Сама знаю, что довольно привлекательна. Но даже оно не может перекрыть волну раздражения, которую вызывает самоуверенность Марата.

— Ладно, — сдержанно киваю я, холодно глядя на мужчину. —Какова цель всего этого цирка?

— Я просто избавляю тебя от лишних мучений, — заявил он.

Вопросительно изогнула бровь, требуя дополнительных пояснений.

— Сказать по правде, именно я виноват в аварии. Как-то нечестно получается: виноват я, а тебе штурмовать филиал ада на земле.

— Какой вы, оказывается, совестливый, — наигранно ахнула, продолжая буравить Марата недобрым взглядом. — И как я теперь домой поеду?

— Сёма довезет.

Мужчина кивает в сторону еще одного черного внедорожника, который чем-то неуловимо похож на авто Марата.

Задавать глупые вопросы типа, кто такой Сёма и с какого перепуга будет катать незнакомую тетку, не стала. Все и так понятно.

Вместо слов достала из сумки телефон, в надежде, что там еще остались те несчастные два процента, но, увы, едва я разблокировала экран, как тот загорелся и потух, извещая о том, что он сдох и уже не включится.

Марат, пристально наблюдавший за моими манипуляциями, расплылся в довольной улыбке.

— Не переживай, Серафима. Даю слово, что никто тебя не обидит.

Угу, так говорит каждый второй маньяк.

Конкретно этот с нескрываемым предвкушением опять пожирает глазами мое лицо и деловито предлагает пройти в машину. Его определенно заводит эта игра. В особенности то, что она идет по его правилам, а я, как жертва обстоятельств, обязана им следовать.

Тут, правда, мой новый знакомый крупно просчитался.

Я давно не живу по чьим-либо правилам, а конкретно сейчас и вовсе горю желанием послать, желательно матом, этого напыщенного индюка вместе с его благотворительностью.

Но я же леди.

Да?

А значит, и вести себя надо соответственно.

— Надеюсь, вы сдержите свое слово, и моя машина завтра к шести утра появится около дома? — невинно интересуюсь.

— Разумеется, — расплывшись в чеширской улыбке, отвечает Марат.

— Отлично, — скалюсь в ответ. — Тогда всего вам хорошего. Не скажу, что приятно было познакомиться.

Не дав мужчине толком опомниться, шустро стартую в сторону автобусной остановки. Туда, на мою удачу, как раз подъехала желтая ГАЗелька.

К чести Марата, он не кидается за мной следом. Это было бы, по меньшей мере, глупо. Он просто стоит, засунув руки в карманы джинсов, и гипнотизирует взглядом мою удаляющуюся фигуру.

Я же, не глядя на номер маршрутки, забираюсь внутрь, без сил падаю на свободное сиденье и прикрываю глаза. В грудной клетке от переизбытка эмоций неистово колотится сердце, голова слегка чумная, а губ касается едва заметная лукавая улыбка.

И все же стоит признать – этому наглецу удалось меня зацепить.

Совсем немного.

***

Когда я, наконец, добралась до дома, на город уже опустилась ночь.

Выползла из автобуса, проклиная одного самодовольного наглого козла и свою тупую доверчивость, уныло посмотрела на оттоптанные чужими ботинками итальянские сапожки на каблуке и со вздохом поковыляла в сторону дома.

Пока шла, пыталась вспомнить, когда последний раз мой выходной вечер проходил так же паршиво, и поняла, что это было достаточно давно. Я в то время еще была замужем за Алексеевым.

Вывод напрашивался сам собой: все зло от мужиков!

Чтоб всем моим бывшим икалось!

Нет, я не считаю себя мужененавистницей или, еще хуже, феминисткой, просто, наверное, не попался мне еще такой мужчина, которого я бы смогла терпеть всю свою жизнь и радоваться такому счастью. Ведь если все иначе, то нафиг такой мужчина сдался. Уж лучше мурлыканье десяти кошек под ухом на старости лет, чем брюзжание ненавистного деда под боком. И как бы глупо и банально это не звучало, но такова жизнь.

Минут пятнадцать быстрого шага на десятисантиметровых шпильках знатно вымотали меня. До дома еще далеко, а я уже выискиваю взглядом соседские лавочки для того, чтобы присесть и передохнуть.

Отец с Сенькой, наверное, уже поисковый отряд снаряжают.