Ярослав Заболотников – Хроники семи королевств: Тени дремотных чащоб (страница 33)

Как это было ни печально осознавать, но Учитель прав, впрочем, как всегда. Рихард отложил гребень, ловко подобрал пряди, падавшие на лицо. На его ладони появилась заколка – серебряные стебли, листья и украшенные аметистами цветы – подарок Леонардо:

– Кто бы мог подумать, что наш могущественный некромант в свободное от великих свершений время обратит на тебя взор… – усмехнулся мужчина, осторожно пропуская стебли сквозь волосы.

– Всё его внимание обращено к дочери.

– Я бы так не сказал. То, что Леонардо привлекают феномены, нисколько не удивляет. А вот то, что в общении с тобой он отошёл от деловых рамок… Это явный признак внимания. Притом совсем не научного… – в голосе мелькнул оттенок задумчивости.

– У тебя был шанс, но ты предпочёл припоминать мне сопливый нос и разбитые коленки, – с наигранной обидой в голосе Ли бросила взгляд из-за плеча.

– Шиари, я – неисправимый двоежёнец…

– Знаю-знаю: только магия, только свобода, – перебила она Учителя. – А ещё ты неисправимый лгун и бабник.

Рихард захохотал, заражая весельем и её:

– Помилуй! Ты сильно преувеличиваешь.

– Разве что чуть-чуть… Насчёт лгуна, – подтрунивала Ли.

Подождав, пока он заколет ей волосы, пересела к нему лицом.

– И всё же. Ты знаешь Леонардо очень давно. Чего в нём больше? Отцовских чувств, исследовательского интереса или внимания к женскому полу? – вновь совершенно серьёзно спросила Ли, пристально всматриваясь в собеседника, стараясь уловить малейшие оттенки того, что останется между строк.

– Несколько веков назад я мог бы дать однозначный ответ, а сейчас… – Учитель, закрыв глаза, откинулся на спинку. – Поживём – увидим, – задумчиво проговорил, покачиваясь в кресле. – В любом случае ваш союз уже принёс прекрасный плод, – улыбка тронула краешки его губ.

Из кроватки донеслись звуки возни. Судя по тому, что они и не думали смолкать, Эффалия проснулась. Допив чай, Ли поставила чашку на пол, подобрала лучину возле очага, подожгла и пошла к дочери. Девочка сидела в кроватке: играла с неразлучным тряпичным оленем. Завидев мать, заулыбалась, не выпуская игрушки, потянула ручки навстречу.

– Выспалась? Проголодалась? – воркуя, женщина запалила висевшую на стене свечу в стеклянной колбе, потушила щепку, бросила её на пол – позже уберёт.

Взяв скомканное и заткнутое в угол одеяло, хотела завернуть дочь, но та протестующе насупилась:

– Те-пло.

Стоило согласиться: Эффалия была всё в том же шерстяном платье, да и дом немного прогрелся, и вообще – лето на дворе.

– Как знаешь.

Подхватив малышку на руки, Ли поцеловала пронзительные голубые глаза, пригладила торчавшие после сна медовые кудри. Как же быстро летело время… Ещё вчера дочка была маленькой лопочущей крохой, а сегодня… Конечно, кроха, но порой такая серьёзная…

Эффи обняла мать за шею, прижалась к щеке и тут же:

– Пу-сти.

Посматривавший за ними Учитель усмехнулся:

– Похоже, дочь в своенравии обойдёт мать.

Ли метнула в него колкий взгляд. Осторожно спустила девочку на пол. Поправила задравшееся платье.

Пока она занималась дочерью, Рихард уже успел изучить содержимое шкафчиков и собрать незатейливый ужин: разогретое рагу, кусок копчёного мяса, остатки сыра, яйца да пара ржаных лепёшек. Эффалия прошлёпала к столу. Требовательное «Ард» – и вот она уже на руках у Рихарда. Несомненно, милая кроха здесь была королевой. Мужчина выдвинул из-под стола стул на высоких ножках с подлокотниками, ссадил на него девочку и, поставив перед ней миску с рагу, выдал ложку.

– Жаль, мало осталось – уж больно вкусно пахнет, – Рихард картинно вздохнул, нарезая оставшиеся продукты ломтиками. – Как-то негусто у тебя с припасами, – он соорудил из них пирамидку и подал Ли.

– Что поделать. Хищники внезапно решили налечь на овощи и коренья – всё сожрали. Пополню на днях, – она опустилась в освободившееся кресло, наблюдая за дочерью, со звериным аппетитом уплетавшей ужин.

Рихард подвесил чайник над огнём и, прихватив свою порцию, устроился на ковре:

– И всё же на твоём месте я вернул бы медвежью шкуру. Этот ковёр лучше смотрелся бы в доме зажиточной горожанки… – понизив голос и лукаво поглядывая на Эффи, маг продолжил: – Не стоит же говорить, что твоя дочь обедает мышами, закусывает лягушками? А уж про всякую мелочь – промолчу.

Ли не знала, что и ответить, а девочка с серьёзным видом посмотрела Рихарду в глаза и заявила:

– Вку-сны-е.

– Тебе виднее, малышка, – улыбнулся тот. – Видишь? Её шкура не впечатлит, – обратился он уже к женщине.

– Неизвестно, – под нос себе выдохнула Ли, вспомнив истории с оленями.

Развлекая поевшую Эффи, они поужинали сами и теперь вместе пили чай. В какой-то момент в голове Ли снова возник образ ночного леса, тропинка, тонувшая во мгле, и крылатый зверёк, бегущий по ней. Она перехватила пытливый, сосредоточенный взор дочери.

– Нет, милая, не сегодня, – мягко проговорила Ли. – Понимаю, ты выспалась. А вот я устала. В другой раз, обещаю, – подавшись вперёд, она нежно погладила ребёнка по голове. Девочка кивнула и, решительно отодвинув чашку, показала матери картинку кровати.

– Дру-гой раз. Бы-стрее, – старательно выговаривая слова, пояснила Эффи.

Когда Ли уложила дочь, Рихард снял со спинки кресла платье:

– Поменяемся?

– Уходишь? А как же Скела и Хуга?

– Пусть в сарае ночуют – утром заберу, – он отвернулся к очагу. – Меня не будет дней пять, а может, семь. Не скучайте.

– Вот ещё, – раздалось приглушённое тканью бурчание, а через мгновение – шаги.

Рихард обернулся:

– И будь осторожна. Не кривись, – одёрнул он Ли. – Пару месяцев назад я бы тебе и слова не сказал. Вы с Эффалией нужны мне живыми и невредимыми, – забрав плащ из рук женщины, Рихард ласково провёл пальцами по её щеке и направился к выходу.

Отъезд Учителя вносил коррективы в планы. Дочь в город она брать не хотела, уж больно прыткой стала девочка, а в предстоящее посещение ей хотелось быть как можно незаметнее. Крига должна была её сопровождать. Оставлять с Риффиром и Урсом – не лучшая идея: первый сам совсем недавно мотал нервы неожиданными выходками, второй во всём потакал ребёнку. Единственный вариант – Леонардо. Хотелось верить, что он заберёт дочь на день и не заставит пожалеть о принятом решении.

Ли стояла на пороге, пока ночная мгла не поглотила светлевшую фигуру, а затем, рассудив, что и Крига вполне может переночевать вместе с родственницами, задвинула засов и, не раздеваясь, рухнула на кровать, только сейчас осознавая, что сегодняшний день отнял все силы: Ильхири просто помогла продержаться вечер.

«Интересно, что же Рихард преподнёс ей в этот раз…», – было последней мыслью перед затянувшим сном.

Глава 12. Расплата

Едва забрезжил рассвет, Ли навестила поселившегося вблизи хижины ворона. Передав послание его хозяину, она сразу же получила утвердительный «крок». Тогда женщина собрала запасную одежду для дочери – так, на всякий случай, – и выглянула в окно. Силуэт колдуна уже чернел на подёрнутой утренней дымкой поляне.

«Весьма нежданное решение», – раздался в голове знакомый баритон.

«Хотел больше времени проводить с дочерью – пожалуйста. Заодно примеришь роль монополиста всех сопутствующих проблем», – ответ носил оттенок загадочной улыбки.

«Жизненные перипетии способствуют развитию интеллекта. Пусть в некоторых сферах мне нет равных, в иных – стоит наверстать упущенное», – Леонардо выдержал паузу. – «Знаешь, я тоже могу удивить тебя предложением. Не желаешь ли потом вместо хижины вернуться в моё поместье? Навсегда. В просторных стенах наше партнёрство окрепнет быстрее».

Ответное предложение некроманта застало Ли врасплох. Уж таких слов она никак не ожидала услышать. Даже к своим собственным, про партнёра, бесконтрольно сказанным, женщина относилась довольно скептически. Мало ли, что хотело её подсознание или к чему взывала природа сущности, разум твердил об абсурдности заявления. А тут… Ли пропустила пальцы между заплетённых волос, откинула косицы за плечо и усмехнулась:

«Соревнование? Кто кого удивит больше? Пожалуй, признаю твою победу. И подпорчу триумф. Я не могу покинуть своих земель. Да и не хочу, если говорить откровенно. Но ты всегда здесь желанный гость, хотя…» – женщина взяла собранную одежду, открыла дверь, выпуская олицетворение детской радости навстречу отцу. – «Для гостя ты слишком часто к нам заглядываешь. Очевидно, ты уже сам стал жителем нашего скромного приюта», – улыбнулась она с порога хижины. – «К тому же сближению как раз способствуют тесные пространства», – и снова мысли из глубин её разума оформились в слова быстрее, чем намерение не выкладывать необдуманное сумело их развеять. Однако улыбка не покинула лица Ли: в конце концов, «сказанное» ничего не меняет. Нет же?..

«Не бывает нерешаемых задач. Я бы отдал в твоё распоряжение лучшую в королевстве лабораторию… и обширную территорию – для существ. Но раз тебя прельщает привычный уклад, я готов поступиться роскошью. Чтобы быть ближе. К тебе. И Эффалии. Я могу расценивать твои слова, как равноценное приглашение?» – не сводя с женщины глаз, колдун заключил подбежавшую девчушку в объятия.

Согласие почти облеклось в ёмкое «да», но в этот раз отчего-то застыло. Кое о ком Ли совсем позабыла.

«Широкий жест. Я ценю твою щедрость. Но дело касается не только меня. Существа тоже привыкают к своим владениям, не хотелось бы их тревожить. Равноценное же предложение я смогу сделать немного позже. Надо уладить один вопрос».