Ярослав Заболотников – Хроники семи королевств: Кости и цветы. Том 4 (страница 8)

Стоило приблизиться, как девчонка подняла взор. Её глаза тускло сияли багрянцем.

– Ты… вампир? – опешила Лайла.

– Тебя это удивляет? Ты вроде и сама изваяние ночи. Странное… – поглядела на руны та, – но всё же. Что привело эльтаронскую принцессу в сердце Ардонэйзии?

– Откуда… ты меня знаешь?

– Не каждый день в архивах храма мелькает давно забытая королевская фамилия. Я пожелала лично поглядеть на светскую особу. Отрадно лицезреть, что это не ошибка. Скрупулёзность служителей по-прежнему достойна восхищения.

– Я ещё не встречала себе подобных. Кто ты?

– Кто я? – на простеньком личике проступила загадочная улыбка. – Твой вопрос забавен… и оскорбителен, – последняя фраза прозвучала грубее и прямо над ухом.

Лайла обернулась, столкнувшись нос к носу с хмурой девушкой, чью половину лика скрывали длинные волосы. Скошенный на качели взгляд застал лишь пустующую доску.

– Я не хотела тебя оскорбить, – снова посмотрела на собеседницу Лайла, но взор провалился в царившую в саду ночь.

– Я знаю… – вновь донеслось с качелей. Держа руки на верёвках и чуть покачиваясь, девочка таинственно улыбалась. – Молодость полна ошибок. Неправильные слова… Сомнительные поступки… Любовь к смертным…

Ветер, тянувший с озера прохладу, хлестнул Лайлу по лицу и всколыхнул волосы. Судя по угасшей улыбке напротив – вряд ли совпадение.

– Всё это представление для того, чтобы осудить мой выбор? – миролюбиво поинтересовалась Лайла.

– Вот уже пять веков я никого не сужу. Я Эста фон`Крюэль-Лакриз. Основательница культа «Лунного венца» и первая из разомкнувших оковы.

– …

– Молчание. Стена непонимания. Видимо, я снова пытаюсь лить из пустого кувшина… – девочка возвела взор к небу, и месяц отразился в её глазах белыми серпами. – Тогда наполню его. Мне не сложно, – внимательный взгляд вернулся к Лайле. – С давних времён вампиры беспрекословно подчинялись воле своих создателей и в случае их смерти тоже погибали. Я единственная, кто за столетия гнёта и страданий, взрастила в себе уникальный дар: рушить тёмную связь с заклинателем. Как свою, так и чужую. Мои последователи тоже лишены ошейников. Но ты свободна не моими стараниями. Кто разомкнул твои оковы?

– Если бы я знала…

– Не страшно. Неприятная правда ценнее сладкой лжи. Ты балансируешь между Жизнью и Смертью, носишь на себе печати огня и обладаешь правом на эльтаронский престол. «Лунный венец» создан для таких, как мы: интеллектуальной элиты ночи. Пусть ты обуздала кровавое безумие, пламя и солнечный свет, твои тёмные способности оставляют желать лучшего. Словно ты и не вампир вовсе. Я могла бы раскрыть твой потенциал…

– Если я стану частью вашего культа, – догадалась Лайла.

– Верно. Предложение примкнуть к касте избранных я делаю не часто и далеко не всем. Оно не звучало уже семьдесят шесть лет. Достойные кандидаты давно перевелись, а ведомые жаждой упыри заслуживают лишь рассветной агонии. С ответом спешить не обязательно. Ты вправе задать вопросы и всё детально обдумать, – изречения звучали благостно, но пристальный взгляд пронзал, точно ледяное копьё.

Не выдержав давления, Лайла посмотрела на висевший на шее собеседницы серебряный полумесяц:

– Вы единственные вампиры в мире? – взор сполз на браслет из сцепленных углами звёзд.

– «Лунный венец» – дом для ищущих себя на поприще вечной жизни. Мы обосновались на восточном континенте, чтобы самосовершенствоваться в искусстве чар Тьмы. Однако мы чтим свободу воли и не убиваем без нужды. В отличие от «Сынов Гегктора», под какими страдают западные королевства. Для них люди – лишь еда, а убийства – развлечения.

– А для вас? – рискнула поднять глаза Лайла.

– Ресурс, к которому следует относиться с уважением, – с пугающе каменным лицом ответила Эста. – Мы не отнимаем жизни ради экспериментов и пропитания. К нам на поклон приходят добровольцы. За утраченную кровь они получают недоступные смертным блага. Унять скорбь от потери любимого? Избавиться от неуверенности в себе? Вызвать стойкую неприязнь к крепким напиткам? Внушение по желанию не претит нашим убеждениям. Эффекта хватает на месяц, а то и два. В зависимости от сложности просьб.

– Звучит разумно. Возможно, даже благородно. Но мне неприятна мысль, что мой возлюбленный и мои друзья для вас лишь сосуды с кровью.

– Смертные слишком… слабы. Мы же – новая раса, которая стремится к созданию себе подобных, лучших из лучших, бессмертного общества гениев и творцов. С каждым веком мы потребляем всё меньше крови и даже переносим первые лучи зари. Придёт день, когда кровь нам будет не нужна, а свет солнца станет таким же родным, как лунный. Мы создадим идеальное общество, где не будет плача у могил, мук старости и болезней.

– Иными словами, если люди не приносят существенной пользы, они не достойны?

– Чувствую эгоистичный подтекст, – каменная маска треснула от едва заметной улыбки. – Ты о своих друзьях? Мы как раз стоим на пороге открытия, что позволит обращать людей в вампиров. Внесёшь свой вклад и получишь возможность приобщить их к вечной жизни. Разумеется, если они не будут возражать. В таком случае «Лунный венец» поспособствует выявлению их талантов и научит бороться с кровавым безумием. Шагнуть в будущее не так уж плохо, – бровки девочки вдруг надломились, а голос стал презрительно сухим: – Правда, есть тот, кто считает нас пережитком прошлого, осколками старого порядка, и истребляет всеми доступными способами. Наличие длинных клыков для него – повод для казни, а наши представления о мироустройстве в его глазах – лишь утопия, угрожающая человечеству ордой бесконтрольных упырей. Благо он не ведает, что за нами никто не стоит. Иначе бы приложил больше усилий и стёр нас с лица земли. Тебя тоже. Разве это справедливо? Разве бывшие рабы не имеют право на жизнь?..

– Как зовут вашего врага? – осторожно спросила Лайла.

– Леонардо.

Тихий ответ прогремел подобно грому – туман опасений затвердел скальной стеной. Вспомнилось, как в Аль Хероне, после заключения союза, некромант отпустил весьма странную фразу: «Самая густая мгла ласкает взор, а ослепительно яркий свет режет глаза – путь спасения придуман не мной». И ведь именно чарами Тьмы он вдыхал жизнь в мёртвую плоть. Обманывал смерть. Менял правила игры. Так почему новатор отверг идею нового мира по хорошо известным лекалам? Ведал об истинных мотивах культа или не желал делить лавры победителя?

– Ты задумалась… – чуть приподняла бровь девчонка. – Что бы это значило?

Лайла ощутила себя между молотом и наковальней. Однако если бы пришлось выбирать, встала бы на сторону Леонардо. По крайней мере, он никогда не лгал. Речи же Эсты – незнакомая река, где брод грозил обернуться омутом.

– Ты назвала имя моего создателя, – щит из честности, как попытка не нажить новых врагов.

– Любопытно… любопытно… – наклонив голову набок, Эста гладила пальцами щёку и изучала Лайлу потерянным взглядом, – что ты сказала правду. Ни сомнений. Ни увиливаний. За такое не жалко и вознаградить…

– Что?.. Нет… – разум не успел осознать, когда качели вновь опустели.

– Открой… – раздался справа повзрослевший голос.

Лайла повернулась. Перед ней опять стояла девушка с наполовину занавешенным русостью лицом. Сияние луны делало её кожу мертвенно бледной, волосы – блёклыми, отчего бордовый глаз с чёрной палкой зрачка смотрелся особенно жутко. В руках же Эста держала закрытую корзину. Вместе с ветром Лайла уловила сильный запах крови.

– Что в ней?

– Жизнь дорогого тебе человека.

Ответ прозвучал недобро – от шквала дурных мыслей ноги снова стали ватными. Лайла аккуратно приподняла плетёную крышку и вмиг отпрянула: в корзине лежала голова незнакомца.

– Я не понимаю! – вырвалось из груди справедливое возмущение.

– Я искала встречи с тобой в мастерской, но там оказались лишь твои спутники. И ассасин «Апофеоза», ждавший кого-то из них на втором этаже. По-видимому, девушку, раз перепутал наши фигуры во тьме. На своё несчастье…

– О небеса… Эрми… Нам нужно срочно покинуть город…

– Вероятно, ты права. Наша беседа подошла к концу. Подумай над моим предложением. Я приду за ответом в ночь, когда мгла сокроет половину луны. Где бы ты ни находилась.

– Подожди… – Лайла пыталась нащупать в трясине паники островок здравомыслия. – Если ты так всеведуща, возможно, сумеешь подсказать мне одно место…

Раскрывать планы не хотелось, но правильнее приближаться к цели, чем терять время в какой-нибудь глуши. Тем более, вне города легко встретить хищника. Теперь и магического. Ожидание Леонардо – напрасные риски.

– Спрашивай.

– Полуразрушенная крепость в липовом лесу. Поросшие плющом башни. Мальва под стенами…

– Оплот Погасшего Огня. Долина Бабочек. Юго-восток.

– Сердечно благодарю… – Лайлу прервало вездесущее пение цикад, словно они все разом очнулись ото сна.

Она быстро огляделась, а когда посмотрела вперёд, собеседницы уже не было. Лишь закрытая корзина угрюмо стояла на качелях.

* * *

Утренний визит Лайлы и Джона стал неожиданностью для обитателей мастерской. Стук в дверь разбудил Алана, а на громкий разговор внизу спустился Рэксволд. Помятый и заспанный.

– Вы чего чуть свет припёрлись? – таращился он на вампиршу с ласкавшимся на руках мефитом. – Я ж за сутки заплатил… – ассасин поглядел на следопыта. – А морды чего хмурые? Семейная жизнь дала трещину? Не рановато ли? – взор сполз на стоявшую на полу корзину. – Что там?