Ярослав Заболотников – Хроники семи королевств: Кости и цветы. Том 4 (страница 5)
– Несчастный… – увидел ситуацию под другим углом Алан.
– Я ведь предупреждала… За час, говоришь? – снова улыбнулась Лайла.
– Вот же ж… гадость крылатая. Не получишь ничего, значит! – Рэксволд закинул мясо себе в рот. – Ладно… – он угрюмо посмотрел на северянку. – Пойдём, Эрми. Поможешь маленько.
– Обещаешь – ты, расхлёбываем – мы. Старо как мир. Уже оскомину набило… – та смерила возлюбленного испытующим взором и закатила глаза. – Ох… Должен будешь. Пошли.
Пара быстро покинула мастерскую, а Лайла поглядела на Шойсу, который весь завтрак невозмутимо наблюдал за происходящим. Даже сквозь грозовую хмурость Эрминии иногда прорезалась улыбка. А этот… кремень. Неужели в мире, откуда он родом, все такие? Настало время для ответов. Хотя бы части. Щепотка в руке лучше горы в мыслях.
– Говорила вчера, скажу и сегодня, – вампирша перевела взгляд на Алана, – готовишь ты превосходно.
– Ну… не то чтобы прям превосходно… – юнец составлял тарелки в корыто с водой.
– Станешь спорить с избалованной изысками королевской кухни?
– Спасибо… – стеснительно улыбнулся тот. – Было время… подрабатывал на постоялом дворе. Помогал блюдоделу. Видать, чему-то научился.
– Закажи замок – пирожок в подарок. Кажется, неплохая идея, – добрая усмешка Джона окунулась в кружку.
– Пока заказов хватает. К обеду надо дверь у лепчего починить. Очень уж за горшки свои переживает. А вечером обещался к медовару заскочить. Второй замок на калитку присобачить. Вроде пасека недалеко, но за ворота города выходить страшновато. Сами знаете, смелости у меня, как золота у бродяги.
– Не беда. Дорогу покажешь – домчу тебя на Бамбуке.
– Видно будет, – немного загадочно ответил юнец.
Следопыт завёл с ним разговор о сортах мёда. Лайла же ссадила мефита у очага, посетила второй этаж и вернулась не с пустыми руками. Подсев к скучавшему Шойсу, она выложила на стол пергамент и карандаш. А затем принялась рисовать, надеясь привлечь внимание. Простенький набросок людей был помещён в дом, вокруг которого разрослись городские строения и клумбы. Всё в узнаваемом ардонэйзийском стиле. Начертив в углу солнце, она отложила карандаш и поймала заинтересованный взор бирюзовых глаз.
– Я… – Лайла указала на себя и на одного из человечков. – Ты… – её палец коснулся Шойсу и приземлился на второго. – Дом… – руки описали круги по простору помещения, после чего упали в центр рисунка. – Мир… – ладони растеклись по всему пергаменту. – Мой мир… – палец вновь уткнулся в зелёное платье.
Джоном с Аланом притихли, внимательно наблюдая за реакцией остроухого.
– Miir? – тот посмотрел в окно, где по мостовой навстречу утру брели прохожие.
– Мир, – кивнула Лайла и в третий раз коснулась груди: – Мой мир… – затем указала на собеседника, перевернула пергамент чистой стороной и пододвинула вместе с карандашом. – Твой мир?
Шойсу обвёл всех недобрым взглядом. Словно пёс, заподозривший незнакомцев в желании отнять пожёванную кость. Не миновал сей участи даже Скарги, который, не следя за двуногими, заинтересованно обнюхивал грязную сковороду.
И всё же темнокожий взял карандаш. Уронил взор на пергамент. По ровной поверхности стали расползаться линии. Короткие. Длинные. Изогнутые. Сперва Лайла увидела набросок оскала, однако чуть позже признала в верхних зигзагах сталактиты. Пещера. Вот и похожие на грибы закорючки. По всей видимости, она была гигантской. В разы больше выведенной посередине крепости. С одними воротами и сотней изображённых точками окон.
– Sheen`soz, – с шипящим акцентом произнёс Шойсу.
– Это… подземелье? – Лайла указала пальцем на половицы.
Остроухий встал, подошёл к стене и, приложив к ней рисунок девушки, вознёс его к потолку:
– Naz`kus, – он перевернул пергамент, а затем резко спустил свой набросок к полу. – Sheen`soz.
– Похоже, ты угадала… – сидевший за столом Джон смотрел, как Шойсу усаживается обратно.
– У нас под ногами подземный город?.. – Алан нервно почесал плечо. – Ну вот. Мне теперь в погреб боязно спускаться.
– Невозможно… – качнула головой Лайла. – Если бы под землёй жил темнокожий народ с острыми ушами, мы бы об этом давно знали. Даже Леонардо назвал его путешественником между мирами.
– Тут такое дело… – следопыт неспешно вертел пальцами кружку. – До недавнего времени я тоже ничего не знал о магии, драконах и прочем… Вдруг не только четыре столетия могут отсечь правду…
– Ты о земной толще?
– О ней самой. И страшно подумать, какой она должна быть, чтобы подобная тайна до сих пор не выбралась на поверхность.
– Звучит как… теория, – Лайла поглядела на Шойсу, чей непоколебимый взор гулял между присутствующими. – Я обязательно задам этот вопрос Леонардо.
* * *
На кладбище, окружённом высоким каменным забором, стояла тишина. Изредка её нарушали мелодичные трели птиц. Прячась в кронах разлапистых вязов, сидя на мшистых надгробиях и увенчанных травой склепах, они словно баюкали мертвецов. Каждый день. Каждую ночь.
Пребывая в тени вековых деревьев, Флогги копал могилу. А заодно размышлял о смерти. Для него убийства были самовыражением. Искусством, сокрытым в серых буднях столицы. Чёрная лужа после дождя. Слизь в канализации. Лишний мешок костной муки на городском складе. Кто признает в них пепел заживо сожжённой жертвы, растворённый в щёлочи труп или братскую могилу в холщовой оболочке? Никто. Люди слишком слепы. Слишком заняты насущными делами, чтобы видеть, как их жизни незримо поглаживает длань смерти.
Однако Эрминию ждал иной удел. Двойное дно в свежей могиле. Широко известная в узких кругах северянка пополнит коллекцию трофеев, станет ещё одной безмолвной гостьей на старинном кладбище…
* * *
– Sonses, – задумчиво глядел на рисунок Шойсу.
– Солнце, – поправила его Лайла и обернулась на звук открывшейся двери.
– Ну, готовы? – вошёл в помещение Рэксволд. – Карета ждёт на углу.
– Карета? – поднял бровь Джон. – Я думал, мы пешком прогуляемся.
– Вот ещё. Сапоги новые пылить, – ассасин подошёл к столу и кинул взор через плечо иномирца. – Что ещё за детская мазня? – он покосился на лежавший рядом карандаш. – Н-да. Домик плоский и кривой. Солнце овальное. Калеки лучше рисуют.
Следопыт закашлялся в кулак, и Рэксволд заметил вампиршу, выразительное лицо которой не требовало слов.
– А… Это ты сделала… Тогда нормально… Нет, не в том смысле, что ты хуже него… Боги… – ладонь в чёрной перчатке шлёпнулась о лоб и стекла по щеке. – В общем… я на улице.
Лайла проводила чёрную спину немигающим взглядом, едва не оставив на ней прожжённую дыру. Затем глубоко вздохнула и спокойно произнесла:
– Это называется минимализм.
Джон не сдержался и захохотал, за что в него полетела сырая скомканная тряпка, забытая Аланом после протирании стола.
* * *
Рэксволд с Эрминией стояли на перекрёстке, подле лакированной тёмной кареты, запряжённой караковой лошадью. Чёрная сбруя с золотыми украшениями придавала экипажу элегантности. В эту картину не очень вписывался молодой кучер в бежевой рубахе и жилете, ловко щелкавший тыквенные семечки. За что был удостоен тяжёлым взглядом северянки. Встрепенувшись, будто огретый наковальней, паренёк стряхнул с брюк шелуху и занял руки вожжами.
– Я уж решил, вы передумали… – взирал на приближавшуюся пару ассасин.
– Признаться честно, было такое желание, – ужалила взором Лайла. – Но я сочла, что неправильно отказываться от заслуженной награды. Тем более когда Алан ушёл по делам и кому-то нужно присмотреть за Шойсу, – она ехидно сощурила глаза.
– За это можешь не переживать. Присмотрим, – улыбнулся Рэксволд. – Ну что, навстречу впечатлениям? – он накренил золочёную ручку и приоткрыл дверцу. – Проводник ждёт вас на месте.
– Не слишком ли вычурно для обычной поездки? – следопыт глядел на обитые белой кожей сиденья.
– Ну прости, что не навозная телега с горбатой клячей, – развёл руками тот. – Мы в столице, Джон. Тут всё с размахом.
– Что ж. Благодарю, – смягчилась Лайла. – Поделюсь впечатлениями по возвращении.
– Спасибо, Рэкс, – хлопнул по чёрному плечу следопыт.
– Угу.
Через несколько секунд дверца закрылась, и застывший в квадратном окне профиль Джона двинулся по улице вместе с каретой.
– Еле спровадили… – буркнула Эрминия.
– Ага. Вроде не догадались.
* * *
За квадратным оконцем проплывал пестрящей клумбами город. Вилял узкими улочками. Проникал в карету цветочным благоуханием и ароматом медовых лакомств. Повернувшись к Джону, Лайла погладила дремавший на коленях невидимый клубок:
– Я думала, Рэксволд лично нам экскурсию проведёт. Но, увидев карету, поняла: с нами он не поедет. На что я рассчитывала? Рэксволд же решает проблемы только двумя способами. Силой или золотом. Хотя, как проспоривший, мог бы и поднапрячься. Надеюсь, Алан не обидится. Он сам хотел нам столицу показать.
– Не обидится. За раз в любом случае всё не посмотрим, а интересных мест здесь много. Один «Музей музыки и танца» чего стоит. Слышал, там свыше полутысячи экспонатов.
– Впечатляюще… Ох, даже не верится… На изломе мира, в близости конца света, я колешу по чужой столице ради праздного досуга.
– Ну вот. Опять самобичевание. Мы все ждём Леонардо. Набираемся сил перед новым путешествием. Что Эрми тебе вчера сказала? «Если так неймётся пострадать, приколоти ноги к полу».