Ярослав Васильев – Оружейники (страница 48)
Виктория попыталась было возмутиться, но резкие, как удар хлыста, слова Олега заставили её умолкнуть:
— Я. Не собираюсь. Рисковать. Ты будешь. Без оружия. Чтобы боялась любой мыши. И не высовывалась. Поняла? А ещё раз без оглядки вперёд меня полезешь — привяжу.
Вика обиженно вздёрнула нос, отвернулась и пошла по дороге, даже не глядя, идут за ней остальные или нет. Олег и Тёна с Ритой с усмешкой кивнули друг другу. Подхватили мешки — первый Олег, а второй девушки решили нести попеременно — и отправились следом. Но не нагоняя, метрах в пятидесяти сзади. Дорога просматривается хорошо, успеют, если что, вмешаться. А так пусть погуляет одна и помолчит, пока обида не рассосётся.
Прошёл час, за ним второй, но Савичева по-прежнему шла вперёд, будто сама по себе. Если останавливалась передохнуть, но замечала, что остальные расположились слишком близко, вставала и отходила подальше. Тёна, Олег и Рита постепенно даже перестали шутить. Да и другая тема для разговоров нашлась: день в разгаре, тракт не из заброшенных, на главную дорогу потянет — и никого.
У большого высокого гранитного столба Виктория неожиданно остановилась, подождала остальных. После чего ткнула пальцем в надписи с двух сторон: «Златоградье — 4 лиги» и «Рудогорск 900 лиг», и торжествующе продекламировала:
— «В одном из крыльев дворца взору нового правителя страны открылось необычное зрелище. На стенах вытянутого зала, заботливо отделанного панелями северного клёна и гобеленами с изображениями разнообразных лесов, висели выполненные из дерева щиты. На которых были прикреплены головы медведей, кабанов, волков… Неслышно возникший рядом с вошедшими слуга сказал, что это охотничьи трофеи Его Княжеского Величества. И он, старший смотритель и распорядитель, готов дать пояснение к любому экспонату. Глава восставших в ответ поморщился: забавы обитателей дворца он неплохо представлял и без подобной выставки. Жестом оборвав ретивого гида, новый правитель вместе со свитой двинулся вперёд. Недалеко от выхода он словно споткнулся. Показал на голову женщины, висящую у самой двери, и приказал смотрителю, всё это время вышколенно следовавшему за посетителями: „Рассказывай“. Тот, обрадованный, что хоть кто-нибудь из захвативших княжеские палаты варваров проявил интерес к благородному ловчему искусству, начал подробно объяснять, что голова принадлежит последней из семьи давних врагов княжеского рода. Живописал, как проходила охота. Новый правитель слушал очень внимательно, несколько раз переспрашивая и уточняя какие-то детали. Когда рассказ был закончен, резко и сухо бросил: иЭтого — на кол. Всех ловчих и псарей — четвертовать“. А затем приказал привести в главный пиршественный зал князя вместе с семьёй и остальными родственниками. Там по приказу владыки пленников одного за другим стали запирать вместе с раздразнёнными охотничьими псами. К концу расправы князь, которого заставили смотреть на всё с балкона залы, превратился в совершенно седую дряхлую развалину».
— Чего? — хором прозвучал вопрос.
— Цвет любви — алый.
Олег и Рита посмотрели на Савичеву как на сумасшедшую, только пальцем у виска не покрутили. Тёна решила быть поделикатнее, поэтому постаралась придать голосу побольше тепла и сказала:
— Вика. Я понимаю, что мы тебя вырвали довольно неожиданно…
Савичева, возбуждённо жестикулируя, принялась объяснять:
— Да нет, вы не поняли. Я поняла, куда нас занесло! Это мир фэнтези популярного, «Цвет любви — алый». Я названия городов узнала, это Княжество Белого леса. А я-то гадала, почему дорога пустая. У них тут недавно в столице переворот случился. Заодно князя с семьёй — того.
Олег с сомнением посмотрел на Вику, затем поинтересовался:
— А подробнее? Что именно ты помнишь из книги?
— Да я эту дурацкую книжку наизусть, наверное, знаю, — фыркнула Вика. — Три раза читала. «Подходящая современная литература для девочек», — передразнила она. — Родителям понравилась, поэтому, когда мы летом на отдых в Испанию ездили, это соплежуйство оказалось единственным, которое у меня было с собой, — она сморщилась. — А на пляже круглые сутки под присмотром торчать — то ещё удовольствие. Вот и читала… Короче. Дело так. У княжеского рода Белого леса были давние враги. Какой-то там злобный кровавый некромансерский род. Князь всех перебил, но один из злодеев уцелел. С помощью светлых эльфов устроил переворот, семью правителя убил. Но княжна уцелела, её спасли телохранитель и вампир. Княжна бежала к оркам. Мы, кстати, потому и прошли свободно, там артефакт княжне дали, который всех стражей усыпил. А потом выяснилось, что на самом деле это тёмные эльфы вместе с орками всё и устроили. Княжне открыл глаза светлый эльф по имени Эндельон, узурпатора выгнали, орков победили, дальше мир-дружба-жвачка-любовь.
Рита переглянулась с Тёной, и обе чуть не хором высказали:
— Бред. Полный.
— Ага. Бред, — Вика радостно кивнула. — Но с тоски зелёной чего только не прочитаешь… — она поскребла ногтем гранит столба. — Я одно не пойму. В книжке героиню звали Эвелина. При чём тут свет надежды, которое даст её имя? Я такого не припомню… Ты чего?
— Ты сказала, имя даст надежду? — глаза у Тёны стали круглыми от внезапно пришедшей мысли. — Я знаю, как мы тут оказались! Та княжна — Надежда Фатхулова! Наверняка она мечтала стать принцессой, вот и попала в книжку. Мир её мечты.
Олег на это решительно покачал головой:
— Не сходится. Извини, Тёна, идея интересная, но… Здесь прошло лет четырнадцать — пятнадцать, не меньше. А княжне, я её видел мельком, самое большее — восемнадцать.
— Ага. По книжке ей зимой девятнадцать, — подтвердила Вика.
— И я о том же. Не совпадает.
Тёна хитро улыбнулась, погладила парня по руке и елейным голосом произнесла:
— Ты, Олежка, у меня до ужаса практичный, ненужную теорию временами терпеть не можешь. И не отпирайся, сама видела, как ты тогда чуть не задремал. А профессор Асфандияров как раз нам рассказывал про теорию обратного отражения.
— Точно-точно! — вступила в разговор Рита. — Я тоже вспомнила. Чем мы слабее, тем сильнее нас переделывает Отражение.
Олег смущённо пожал плечами: не помню, и всё тут. Вика не знала вообще, поэтому её глаза просто горели от любопытства, мол, давай, продолжай, раз уж начала.
— В общем, я думаю, что Бесцветный Надежду очень сильно обглодал, — Тёну непроизвольно передёрнуло от воспоминаний. — Я хорошо помню. Вроде незаметно, а память из тебя сцеживают каплю за каплей. А что не доел, он тоже в Отражение выбросил. А может, это надо, чтобы до конца Шагнувшего поглотить. Не важно, главное, что импульс во время перехода у Надежды очень маленький оказался. Профессор про такое рассказывал. Что-то там из истории исследования Отражений. И здесь она стала ребёнком, года три. И про себя, и про дом ничего не помнит.
Рита торопливо, стараясь тоже вклиниться и поделиться своими знаниями и догадками, закончила вместо Тёны:
— И чтобы выбраться отсюда, нам надо отыскать эту княжну Надежду. Только быстро, пока она этого, как его?
— Эндельон, — подсказала Вика.
— Ага, пока она этого Медальона не встретила. Иначе совсем прирастёт к Отражению, и мы застрянем. Только где её искать?..
— А тут я запросто скажу, — теперь пришла пора хитро улыбаться уже Виктории. — Через месяц на княжну нападут работорговцы. В глухом лесу, — Тёна на этом не сдержала смешок. — Ага, — согласилась Вика. — Я тоже не знаю, с чего работорговцы там оказались. Наверное, на ёжиков охотились, чтобы в рабство продать. Тёмным эльфам. Место я вспомню, хоть разбуди посреди ночи, в книге карта была подробная. По сюжету её вампир спас, но тут его кто-то, — она посмотрела на Олега и провела ладонью по горлу, — того. Значит, спасём мы. И дело в шляпе.
Олег жизнерадостной тирадой не вдохновился. Он тяжёлым взглядом посмотрел на Вику и хмуро спросил:
— Сколько было написано там этих торговцев?
Та отмахнулась:
— Да, ерунда. Человек пятнадцать, не больше. Одной обоймы на всех хватит.
— Кто стрелять будет? Ты? — Олег мрачно усмехнулся.
Вика на это смутилась, но попыталась настоять на своём и напористо ответила:
— Они злодеи. И вообще, тут Отражение. Они не настоящие…
Олег усмехнулся ещё раз, только вот почему-то теперь от его улыбки хотелось закрыть глаза, не видеть, куда-нибудь спрятаться.
— Не люди? Враги? Вообще ненастоящие? В ближайшей деревне дам тебе пистолет, застрели парочку ребятишек. Для тренировки. Чтобы в решающий момент рука не дрогнула, — Вика на это враз побледнела, воображение у неё было хорошее. А Олег всё продолжал. Причём с каждым словом девушка непроизвольно отступала чуть назад и всё сильнее дрожала. — Привыкла — пустил ракету, а дальше не твоё дело? Зато теперь у тебя есть возможность лично запачкать ручки в крови. По локоть или чуть выше. Как ощущение будущего палача? То есть, прости, карающего меча возмездия.
Тёна встала между ними, раскинув руки:
— Олежка, прекрати! Зачем? Она и так всё поняла.
И обхватила парня за талию. Олег тоже обнял её в ответ, лицо враз сделалось обычным.
— А затем, — пояснил он, — что это очень страшная привычка — решать всё с помощью пистолета. Первый раз выйдет с трудом, но убедишь себя «очень надо, нет другого выбора». Второй намного проще. А дальше — нет человека, нет проблемы. Так?