Ярослав Васильев – Оружейники (страница 2)

— А где твоя девушка? Марго? То есть Маргарита?

Макс отмахнулся:

— Да тут где-то болтается. И вообще, с чего все так взяли? Моя девушка. Мы вообще просто гуляем. И можем разбежаться в любой момент. А так я на самом деле свободен.

Пару мелодий они потанцевали. Затем Макс ухватил новую подружку за руку, увёл в закоулок под лестницей на второй этаж. С опаской оглянулся — никто на них не обращал внимания — и предложил сигарету. Вообще-то Тёна никогда до этого не курила, но сейчас не захотела выглядеть перед Максимом малолеткой, и отказаться она побоялась.

После нескольких затяжек в теле появилась невероятная лёгкость, а всё окружающее стало восприниматься как-то со стороны. Когда Макс сначала повёл её куда-то в подсобное помещение, запер дверь изнутри ключом, а потом начал расстёгивать блузку, Тёна не стала сопротивляться. Сердце бешено застучало и затрепетало. Неужели то самое Оно, загаданное на новогоднюю ночь?! В глубине души девушка ещё сознавала, что поступает неправильно. Ей даже показалось, будто она отказывается… Но сказано было так тихо, что парень не услышал. Ещё чуть-чуть, вот уже пала последняя пуговица блузки и руки жадно устремились к молнии на юбке…

В подсобку вошла уборщица, увидела полураздетую парочку и завопила:

— Ишь чё творят, охальники! — Женщина заметила ключ, упавший на пол, когда она открывала дверь. Голос мгновенно наполнился угрозой: — Вот кто у меня запасной ключ стащил…

Первым как ошпаренный выскочил Максим. Вслед за ним вышла в зал несостоявшаяся жертва. Тёна проводила сбежавшего парня тоскливым взглядом, но догонять не стала. Хотя адреналин и выгнал из организма почти всю дрянь от сигареты, ощутимо мутило. Какое-то время Тёна сидела на скамейке в холле. Но с каждым ударом сердца покидала искусственная эйфория, а на её место возвращались пустота и одиночество. Когда дурнота прошла окончательно, от тоски стало совсем невмоготу. И Тёна решила попробовать ещё раз поискать хоть кого-нибудь, к кому можно «прицепиться».

Первой из знакомых попалась Жанна.

— Как ты могла! Ну что, пришла ещё и похвастаться? — и почему-то начала рыдать.

Тёна удачно вспомнила про укромный уголок под лестницей, поэтому схватила Жанну за запястье и чуть ли не волоком повела подругу туда. Выспрашивать. Не переставая всхлипывать, Жанна начала говорить:

— Я… Я всё видела. Как ты и Макс… Как ты застёгивала блузку. Он… Он такой… Я люблю его! А ты его так вот решила к себе, да? Как…как… полная… Ты мне больше не подруга! — оттолкнула Тёну и убежала. Даже не дала объяснить, что ничего не было, что Тёна никогда и не думала «отбивать» парня. И что Максим вообще ничей, а всё увиденное Жанной — недоразумение.

А ещё в душе заплескался неприятный осадок и непонятно с чего пришла мысль: «Как-то Новый Год выходит слишком хреново». И самое паршивое, что скандал точно кто-то заметил. Рядом с лестницей расположены туалеты, из женского как раз во время попытки объясниться вышла незнакомая размалёванная девица. И, кажется, разговор с Жанной подслушала — всё, уже завтра пойдут слухи, как они поссорились. И тут же Тёна себя начала уговаривать: мало ли народу сегодня из разных школ? Это чужая девчонка, и всё обойдётся.

Ноги будто налились свинцом. Тёна усталым, тяжёлым шагом пошла к выходу, ненадолго подышать воздухом, может, легче станет… и нос к носу столкнулась с Марго и Максом! Марго как раз отвесила бойфренду пощёчину с возгласом:

— Опять за бабами шляешься, козёл!

И тут крикнула девица, подслушавшая разговор возле лестницы:

— Во! Вот она, эта!..

Тёна испуганно вжалась в стену, попыталась убежать… Оказалось, за спиной стоят ещё несколько приятельниц Марго. «Разлучницу» ухватили за руки, и, не обращая внимания на удивлённые взгляды окружающих, поволокли на улицу. Там виновницу начали бить. С остервенением, не соизмеряя в пьяном угаре силы, не осторожничая. Несколько минут Тёна ещё пыталась защищаться, но очень скоро её затопил ужас, сил теперь хватало только чтобы хоть как-то прикрываться руками.

— Что тут творится?! — голос охранника заставил драку мгновенно утихнуть.

Марго и её приятельницы бросились в разные стороны и постарались затеряться среди толпы. Тем временем мужик оценил увиденное и потащил Тёну в служебный санузел. Умываться. Но стоило посмотреть на себя в зеркало, как сразу стало понятно: и одежда, и настроение погибли безвозвратно. Да и под глазом набухал здоровенный синяк. Тёна без слов оттолкнула охранника, схватила в гардеробе куртку и выбежала прочь. Как можно дальше!

Через час с небольшим из домов высыплет народ, в воздухе будут сталкиваться фейерверки, а стёкла задрожат от криков: «С Новым две тысячи двенадцатым Годом!». Но пока одиночество улиц нарушал только редкий прохожий, торопящийся в тепло к праздничному столу.

Ноги несли Тёну в сторону дома, но шла она медленно. Болела коленка, было скользко от подтаявшего днём снега, который с заходом солнца смёрзся на асфальте в ледяные плёнки. Ночной зимний холод злой колючкой пробирался под расстёгнутую куртку. Пронзительный декабрьский ветер задувал в уши, но шапка так и оставалась лежать в кармане.

«Заболею… — вяло зашевелилось в голове. — Да, вот заболею и умру. Сколько там до Нового года? Час? Вот тогда и умру, всем назло!»

За спиной раздались торопливые шаги. Тёна механически обернулась и заметила парня, причём он явно пытался догнать именно её. На память пришли наставления родителей и страшные истории про незнакомцев, затаскивающих для гнусных целей девочек в подворотни. Но сейчас ей было безразлично. Почему бы и нет? Всё так же медленно она продолжала идти вперёд. Но когда парень догнал и положил руку на плечо — остановилась и обернулась. И с некоторым удивлением принялась рассматривать незнакомца. Выше её на голову, светло-русый ёжик волос — шапку парень почему-то не надел. И… не смазлив, как Максим, не глянцевый «красавец» из рекламы новой жвачки. Но в правильных тонких чертах лица чувствовалась какая-то сила, притягательность. Под расстёгнутым пальто виднелась тёмно-синяя школьная форма…

Присмотревшись, Тёна заметила на лацкане пиджака и на белой шёлковой рубашке вышитый знак в виде оплетённой синим пламенем золотой чаши. Точно, мальчик учится в одной из самых престижных гимназий города. И что он делает здесь в это время? А парень, не отпуская плеча, посмотрел на девушку бездонными изумрудными глазами и с восторгом произнёс:

— Я столько искал тебя!..

Тёне стало смешно. Сколько раз она читала сказки и романы о любви, представляла себя на месте героини? Когда принц примчится на белом коне и падёт к её ногам, будет говорить ей, что она его единственная, ненаглядная… И прочую ерунду. А «девичье сердце будет замирать от счастья и восторга». Вот. Коня, конечно, нет, роскошного лимузина тоже. Зато кто-то похожий на принца перед ней стоит. Только почему-то выглядят оба по-дурацки.

Неожиданный ухажёр стал неприятен, в душе проснулась злость. Мальчик из какой-нибудь богатенькой семьи просто решил развлечься! Сейчас он начнёт говорить «те самые» слова о внезапной любви, о том, что не один день искал свою половину и остальные положенные глупости. А за углом наверняка стоят приятели, готовые с радостным гоготом выскочить, едва она купится на обещания. Тёна дёрнула плечом, пытаясь сбросить руку, набрала в грудь морозного воздуха, собираясь обругать шутника. Парень не обратил на её потуги внимания, ещё крепче ухватил девушку за плечо и произнёс:

— Стань моим щитом!

— Что?! — от удивления Тёна резко выдохнула из лёгких воздух, а раздражение куда-то бесследно исчезло.

Парень, не мигая, продолжил смотреть ей в глаза и повторил:

— Я — меч. Стань моим щитом.

«Бред какой-то. Хотя… почему бы и нет?» Вдруг проснулось сумасшедшее желание подыграть.

— Так ты согласна стать моим щитом?

— Да!

— Тогда повторяй вместе со мной. Как зеркало отражает мир, так щит отражает суть меча! Щит и меч!

Тёну заполнило странное, кружащее голову чувство. Словно она — это снежинка, которую ветер завертел в безумном танце вместе с остальными такими же. Унести прочь или столкнуть, слепить с такими же застывшими ледяными каплями. Тёна, по своему желанию и одновременно против воли, прижалась к парню — он тоже словно поддался исходившей от девушки колдовской силе, её близкому горячему дыханию, упорному и молящему взгляду. Словно забыв, что они знакомы всего несколько минут, парень бережно притянул Тёну к себе, рука осторожно проникла под расстёгнутую куртку, легла на спину. Сквозь невесомую преграду блузки Тёна ощутила исходящий от незнакомца жар, сникнув и опустив ресницы, припала к его груди.

Парень крепко прижал Тёну к себе и поцеловал. Губы обожгло пламенем, по телу волной прошла судорога. Девушка не отстранилась, а ответила на поцелуй. Разделяющие их преграды словно рухнули. Растворяясь друг в друге беззвучным шёпотом зазвенели откуда-то изнутри слова:

— Я Анастасия! Я Олег! Мы — пара. Вместе и навсегда.

Поцелуй длился несколько секунд — и вечность. Но вот Олег чуть отстранился. Тёна коснулась его виска тёплой ладонью… Парень перехватил её руку и негромко сказал:

— Идём!

— Куда?

Олег, не отпуская руки, сделал шаг вперёд. Окружающий мир изменился. В нём появилось нечто странное. Тёна и Олег стояли на том же перекрёстке, по-прежнему хрустел под ногами снег и ярко горели фонари. Только сейчас тёплый жёлтый свет стал какой-то непривычный, неживой. Несколько минут Тёна пыталась понять, в чём отличие. Заглянула в витрину, отпугнувшую своей ненормальной чернотой, попинала кучу снега на обочине. С размаху стукнула кулаком по сиротливо торчащей на крыльце одного из магазинов урне. Всё вроде было как в нормальном городе нормальной ночью. А стальной лист бортика урны, как ему и положено, холодный и твёрдый.