Ярослав Солнцев – ЗЗЗМММ: Книга 1. Надежда на чудо. Часть 1. Бороться, искать, найти и не сдаваться (страница 2)

Последний вечер изменил их жизнь на «до» и «после». В тот день царил полный штиль, и море превратилось в безмолвное зеркало, гладкое, как стекло. Не было ни малейшей ряби, ни единого всплеска – лишь багровые облака и золотой шар солнца, медленно погружающийся в воды горизонта. Отражение в воде создавало иллюзию двух солнц, величественно скользящих навстречу друг другу, словно два танцора в финальном акте. Их встреча завершилась образованием огромной восьмёрки, символизирующей бесконечность.

Когда солнце наполовину скрылось за горизонтом, его края растеклись по водной глади, как желток яйца, поджаренного на сковородке.

Сумерки сменились ночной тьмой, и небо развернуло перед ними бархатный покров, усыпанный мириадами звёзд. Воздух был ещё тёплым, но в воздухе висело ощущение приближающейся грозы. Они сидели плечом к плечу, и в этой тишине каждый слышал, как бьётся сердце другого.

Вдруг их взору предстало нечто удивительное, над линией горизонта, плавно, словно невесомая жемчужина, плыл светящийся шар, из которого исходило четыре ярких луча, прорезавших ночную мглу, как мощные прожекторы.

– Ой, что это? – закричала Анна, показывая рукой на загадочный объект.

– Похоже, это НЛО, – сказал Михаил, стараясь говорить максимально серьёзно, но в уголках его губ затаилась улыбка.

– Почему ты так думаешь? – Анна подняла брови, продолжая разыгрывать наивное удивление.

– Ну, это же объект? Объект. Летающий? Да. Я не могу его опознать? Нет, потому что ничего подобного раньше не видел.

Он сделал театральную паузу:

– Выходит, что это НЛО, то есть неопознанный летающий объект.

Внутри у него всё сжалось: "Боже, какая же это дурацкая шутка. Она сейчас решит, что я полный идиот".

Но вместо этого раздался её смех – звонкий, искренний, как всплеск воды в темноте. Он не смог удержаться и рассмеялся вместе с ней, их голоса переплелись, растворившись в ночи.

А шар тем временем медленно плыл над поверхностью моря, будто наблюдая за ними. Или, может быть, светил им – этим двум странным земным существам, которые в этот момент казались неведомым пилотам куда загадочнее любого небесного объекта.

В тишине ночного неба, окутанного ватной темнотой, их взоры снова устремились к загадочной звезде в созвездии Кассиопеи. Три вечера подряд она притягивала их внимание своим неестественным мерцанием. Яркая голубая звезда, словно драгоценный камень, озаряла пространство вокруг себя необычным свечением. Этот свет казался живым, наполненным неким тайным смыслом. Каждый его всплеск казался частью невидимого кода, посланием из далёкого мира, заключённого в недра космоса.

Вдохновлённые романтической атмосферой, с искрой юношеской непосредственности, они страстно поклялись оставаться вместе до тех пор, пока сияет эта далёкая звезда.

– Давай пошлём ей сигнал нашим волшебным фонариком! – не успела идея появиться на свет, как тут же была воплощена в жизнь.

Звезда, словно затаившая дыхание перед последним танцем, начала неспешно распускать свои огненные лепестки, постепенно превращаясь в огромный цветок. И вот, достигнув апогея своего сияния, она вдруг вспыхнула ослепительной вспышкой и рассыпалась на миллионы сверкающих осколков, которые, подобно искрящемуся дождю, устремились во все стороны Вселенной.

Михаил и Анна замерли на месте не в силах пошевелиться, шокированные увиденным. Резкая боль неизвестной природы пронзила всё их существо, казалось, что нечто очень острое попало в самое сердце, каждый удар которого отзывался в голове тяжёлым набатом.

Слёзы полились сами собой, словно река, прорвавшая плотину. Сначала возникло ощущение огромной и невосполнимой потери, а потом, сквозь эту тьму, как будто пробился луч света – возникло странное чувство, неуловимое и загадочное, как рождение чего-то нового, неизвестного, но полного веры и надежды. Это было подобно первому робкому цветку подснежника, распустившемуся в неожиданную оттепель среди зимы и обещающему скорый приход весны и тепла.

Какое-то время они сидели молча, словно забыв обо всём на свете. Светящийся шар остался где-то далеко, за пределами их сознания, а возвращение домой казалось лишь расплывчатым сном. Все мысли растворились в бесконечной усталости. Осталось лишь одно непреодолимое желание – дотянуться до мягкой подушки, закрыть глаза и навсегда забыться во сне, спрятавшись от непонятных видений, которые так внезапно обрушились на них.

Глава1. Лебяжье озеро.

Увидев прекрасных лебедей, Вика не смогла удержаться и устремилась к ним, не отставая даже тогда, когда они резко взмыли к облакам.

Она была на седьмом небе от счастья в буквальном смысле этого слова. Эмоции переполняли её, и она то разгонялась до невероятной скорости, то мгновенно останавливалась, чтобы перевести дух. Не требовалось никаких усилий, чтобы мгновенно взлететь вверх или резко опуститься вниз. Казалось, что возможностям полёта не было никаких ограничений. Можно было легко подняться выше, чтобы увидеть всю картину целиком, а если что-то конкретное привлекало внимание, то не составляло никакого труда мгновенно спуститься вниз и рассмотреть объект в мельчайших деталях. Перемещение в пространстве не требовало вообще никаких усилий. Ощущение восторга, счастья и радости переполняли всё её существо.

Оказавшись на высоте птичьего полёта, она была поражена невероятной красотой открывшегося пейзажа. Поля, луга, перелески и озёра, освещённые солнечными лучами, представляли собой картину невиданной красоты.

Лебяжье Озеро принадлежало к целой группе озёр и все вместе они сформировали смешную картинку, похожую на милую мордочку щенка, который прищурил один глаз. А если посмотреть с другого бока, то получался цветок розы, которая роняет лепестки. Один из «упавших» лепестков и образовывал то самое Лебяжье Озеро, на которое они с отцом любили тайно приезжать в детстве.

– Интересно, откуда все эти озёра получают подпитку! А вот вижу, рядом протекает какая-то река. Никогда не думала, что она так смешно выглядит сверху, – рассуждала девушка.

Меандры, нарисованные самой природой, завораживали и заманивали двигаться всё дальше и дальше вниз по течению. В голову пришла сумасшедшая мысль добраться сначала до слияния рек Воронеж и Дон, а потом до впадения Дона в Таганрогский залив. Идея оказалась настолько увлекательной, что Вика мгновенно принялась воплощать её в жизнь. Интерес подогревался множеством разных объектов, расположенных по обеим сторонам реки. Было невозможно представить себе количество мостов, диких и оборудованных пляжей, ухоженных территорий санаториев, детских и взрослых баз отдыха, церквей, восстановленных и разрушенных, памятных монументов, прудов для рыбалки, не говоря уже о естественных зарослях, в которых скрывалась разнообразная живность. Умиляли частные зоопарки с такими милыми животными. Особенное восхищение вызвали корабль-музей «Гото Предестинация» (Божье Предвидение) в Воронеже и Крепость Святой Анны рядом со станицей Старочеркасская, вот на них то стоит остановиться подробнее. Получилось всё случайно, как раз во время пролёта Вики там шли экскурсии, и она их бесплатно прослушала.

– «Гото Предестинация» – встреча с парусной легендой, – услышала Вика голос зазывалы.

Этот голос и задержал её на набережной Воронежа, где солнечные лучи играли в волнах знаменитой реки, а лёгкий ветерок шевелил волосы посетителей музея. Перед ними, величественно покачиваясь на воде, возвышался корабль-музей – точная копия первого линейного судна Российского флота – «Гото Предестинация». Его название, означающее «Божье Предвидение», звучало как обещание чуда.

Экскурсия началась с рассказа о том, как Пётр Первый, ещё молодой и пылкий, задумал построить этот корабль на воронежских верфях. Вика представила, как триста лет назад здесь кипела работа: стучали топоры, скрипели канаты, а сам царь, не чуравшийся тяжёлого труда, лично проверял каждый шпангоут.

Поднявшись по трапу на палубу, все ощутили под ногами крепкие доски, хранящие память о давних походах. Вокруг высились мачты, как будто устремлённые в небо, а надуваемые ветром паруса, пусть ныне неподвижные, будто нашёптывали истории о бывших морских сражениях.

– Здесь, на шканцах, капитан отдавал приказы, а матросы, обветренные и закалённые, исполняли их с молниеносной точностью, – говорил гид, а Вика ловила себя на мысли, что почти слышит крики команды и грохот пушек.

Внутри корабля царил полумрак, прорезаемый золотистыми лучами света из пушечных портов. В трюме пахло деревом и смолой, а в каютах, воссозданных с исторической точностью, будто замер дух петровской эпохи: карты, секстанты, походный журнал с выцветшими чернилами…

– А это – царская каюта, – экскурсовод указал на скромное помещение с дубовым столом.

Вика улыбнулась: «Даже великий Пётр путешествовал без излишеств».

Напоследок все поднялись на корму, откуда открывался вид на современный Воронеж. Контраст эпох был поразителен: там, где раньше шумели верфи, теперь стояли высотки, но «Гото Предестинация» оставалась живым напоминанием о том, как начиналась морская слава России.

«Сойдя» со всеми на берег, Вика ещё раз обернулась. Корабль, будто сошедший со страниц учебника, теперь казался ей не просто музеем, а машиной времени, уносящей в эпоху, когда все только начиналось…