Ярослав Питерский – Ленин хочет умереть! (страница 2)
– Я насчет бальзама… – робко произнес Лучинский.
Секс красотка улыбнулась толстым слоем ярко красной помады и, показав жемчужные зубки, приветливо спросила:
– А какой суммой вы располагаете?
Кирилл смутился. Он терялся всегда, когда спрашивали его о деньгах, а вернее имеющийся у него наличности.
– Да у меня всего рублей семьдесят…
– Прекрасно! Этого хватит! – красотка вновь улыбнулась, давая понять, что деньги надо передать именно ей.
Лучинский, пошарив в карманах, сунул насколько купюр. Блондинка, не глядя, бросила их в выдвижной ящик кассы и протянула бутылёк.
– Вам нужно пройти в соседнюю комнату оформить гарантию, – промурлыкала девица.
Зайдя в соседнее помещение, Кирилл увидел перед собой письменный стол, заваленный бумагами, за которым сидел, подставив лицо огромному вентилятору, маленький щупленький мужичонка с раскосыми глазками и желтой кожей. Увидев Лучинского, тот вздрогнул и, изобразив на азиатском лице подобие лучезарной улыбки, кинулся навстречу Кириллу с явно фальшивым гостеприимством.
– О-о-о! Дорогой друг! – оголяя желтые, как и его лицо, зубы, пропищал хозяин кабинета.
Схватив Кирилла за руку, он начал ее трясти, словно пытаясь вправить суставы пальцев.
Кирилл невольно напрягся.
– Я рад приветствовать вас, – не обращая внимания на смущение Лучинского, бормотал азиат. – Вы первый наш клиент в этом славном городе… Э-э-э… Я президент фирмы… э-э-э…Пак… господин Пак…. Так зовут меня. Мы уже ведем торговую деятельность в вашей стране… э-э-э. Уже пять лет… пять! Пока… э-э-э… никаких претензий! Мы эксклюзивные поставщики этого великолепного бальзама! О … потусторонний интерим… о-о-о… это отличное средство от болезней! Если вы пожелаете… пожалуйста… я предоставлю вам международный сертификат! Мы распространяем наш бальзам в таких странах… как Соединенные штаты… Канада… Бельгия… Египет! И, вот Россия! О-о-о!!! Я рад! Мы рады вам услужить! – быстро болтал мужичок.
Он своим речитативом не давал вставить Лучинскому не единого слова. Кирилл поморщился. Голова загудела с новой силой.
– О-о-о, я вижу вам плохо! Давайте я не буду вас задерживать. Оформлю сейчас мигом все документы!
– Да, если можно, пожалуйста, – тихо ответил Кирилл.
Господин Пак сощурив и без того узкие глазки, кивнул и метнулся к столу.
– От чего будем писать гарантию? – спросил он, роясь в бланках.
– От гриппа, от сильного гриппа.
– Ну, от гриппа, так от гриппа…э-э-э… – маленькая, желтая, ручка, заводила по бумаге, вырисовывая каракули. – Я, честно говоря, думал… о-о-о… э-э-э… может от чего более серьезного…
Азиат бормотал, не глядя на Лучинского. Кирилл устало улыбнулся и спросил:
– А от чего, от чего серьезного можете?
– Ну, допустим… э-э-э… от цирроза печени. Или от рака, например.
– Чего? Ваш бальзам, что ли способен лечить раковые заболевания? – не поверил своим ушам Кирилл.
– Конечно…
– Вы хотите сказать… что проблема, над которой бьются медики всех стран, решена вашей фирмой? – переспросил Лучинский со скепсисом в голосе.
Мистер Пак неожиданно бросил писать и как-то зло посмотрел на Лучинского:
– Вы, что же этому не верите? Считаете, что все это просто рекламная штучка?
Кирилл, немного смутился и, замявшись ответил:
– Честно говоря, все-таки рак. Не шибко ли?
– Да вы что?!!! Вы, что же считаете, что мы шарлатаны?!
– Да нет, нет. Я бы не пришел, – оправдывался Кирилл.
«Черт меня дернул ляпнуть про рак» – зло подумал он.
– Нет, я вижу, вы не искренни в своих словах! – взвизгнул Пак.
Причем фраза прозвучала как-то по-библейски.
– Да нет, нет! Я не хотел вас обидеть поверьте!
– Нет уж! Сейчас я вам докажу, что все истинная правда! Правда! – не унимался азиат. – Я вам покажу сейчас настоящий документ тибетских лекарей! Ему две тысячи лет!
«Но это уже слишком!» – подумал Кирилл, но промолчал.
А Пак, тем временем, бросив писать, подскочил к стене, в которой, как, оказалось, был вмонтирован еле заметный сейф. Достав ключ, Пак изъял из него какой-то сверток. Бережно, словно младенца он протянул его Кириллу.
– Смотрите, смотрите! Этому документу два тысячелетия!!!
Кирилл развернул толстый желто-серый пергамент и обомлел. Судя по ощущению пальцев, это была какая-то необычная мягкая кожа, с весьма характерным приторно-горьким запахом. По виду, вещь действительно была древней. Мелким, не понятным шрифтом, были написаны какие-то слова, которые естественно Кирилл разобрать не смог, но какое-то не понятное чувство бодрости исходило от этого предмета. Лучинский просто не мог оторвать от пергамента взгляд.
– Вот видите! Теперь верите! – пафосно спросил Пак.
– Теперь верю, а что, что здесь написано? – робко спросил Кирилл.
– Я вам дам перевод на русский! Только прочитаете его тут! – заверил Пак.
«Черт! Надо об этом фоторепортаж снять! Прямо на передовицу! Если бы ведущему корреспонденту об этом рассказать, так вообще мини-сенсация городского масштаба бы получилась! А это премиальные или даже отпуск!» – подумал Кирилл.
Азиат между тем отобрал у Кирилла пергамент и быстро положил обратно его в сейф. Лучинский почувствовал, что на кончике пальцев осталась пыльца, словно от крыльев бабочки.
– Я понимаю вас. Но теперь и вы видите, что не все торговцы вруны! – Пак опять, как ни в чем не бывало, улыбаясь, всучил Лучинскому другую бумагу. – Это перевод. Читайте! Но выносить нельзя! Такая заповедь у нас в фирме!
Лучинский вздохнул, кивнул головой и взглянул на листок и начал читать:
Странный текст, как заклинание, невольно пробивался в сознание Лучинского. Кирилл, вдруг ощутил, что уже когда-то это слышал. Н, тут же это чувство прошло. Лучинский с удивлением оторвал глаза от бумаги.
На него внимательно смотрел Пак. Он протянул бланк с гарантией. Азиат вновь натянуто улыбнулся, выставив вперед желтые и кривые зубы, и спросил:
– Ну, что? Понравилось?
– В общем да, необычно, – Кирилл, хотел перечитать текст, но Пак вырвал его и всучил гарантийный талон.
– Нее, я говорил один раз, все, таковы правила, держите вашу гарантию.
– А можно переписать текст? – робко спросил Кирилл.
– Нет! Вы видно плохо читали его! Нет! Там же все написано было! – Пак сказал это с небольшим раздражением.
– Но, ведь я вам слово даю. Об этом никто не узнает! – попытался уговорить его Кирилл.