Ярослав Климанов – Балаган (страница 11)

Позволь сценарий мне предугадать.

Ты – пастырь, люди, как известно, «стадо».

Ты им диктуешь, как им нужно жить.

Они тебя на рученьках таскают,

во все места, конечно, лобызают

и прочее, чего греха таить.

Арлекин:

А что – неплохо!

Пьеро:

Плохо только то,

что зависть… Зависть в сердце не изжита.

А блага, как вода сквозь решето,

уходят. И живущий ныне сыто,

коль он не служит ближним, обречён.

Его сместят, заменят на другого.

Не будет пустовать и царский трон.

И не было правителя такого,

который бы когда-нибудь сумел

исполнить всё, чего он так хотел.

Яд и кинжал – испытанные средства

убрать со света тех, кто надоел.

Завистливых придворных, слуг соседство…

Никто в былом, увы, не уцелел.

И пастыри, конечно же, сходили

в могильный мрак, сей мир не изменив.

Арлекин:

Пьеро, как мы без этих книжек жили?

Что будет, если, мудрость упразднив,

мы станем невзыскательны, как дети?

Я от всего заранее устал.

Пьеро:

Да, очень тяжек славы пьедестал.

Коварны обольстительные сети

премудрости и власти, Арлекин!

Арлекин:

А я хочу по-прежнему смеяться.

Быть! Быть на самом деле, не казаться!

Пьеро:

И ты такой на свете не один.

Арлекин:

Конечно… Я зарвался, друг Пьеро.

Но это я для зрителей играю

и так совместно с ними размышляю,

в чём зла причина, что же есть добро,

чем люди лучше… Может быть, ничем.

Пьеро:

Ну, слава Богу… Я уж испугался.

Ты «ястребом» на миг мне показался.

Арлекин:

Нет, я не «ястреб». С этим нет проблем.

Но вряд ли я пока что человек.

Всё доброе во мне, как первый снег,

не стойко – то замёрзнет, то растает,

и зритель это тоже замечает.

Пьеро:

Возможно, зритель видит в нас себя.

Ну, что ж, друзья, мы много здесь болтали.

Придём к итогу ныне мы едва ли.

Поэтому, не плача, не скорбя,

мы завершим наш долгий диалог,

так и не дав конкретного ответа,

чем люди лучше…

Арлекин:

Поэтичный слог

слегка помог нам рассуждать про это.