Ярослав Хабаров – Королева умертвий (страница 45)
— А что решится?
— Важное, — ответил Эгертон, — Иди.
— Куда? — Он заупрямился, — Куда я должен идти?
— В Соултрад.
— Зачем?
— Найти Тегамор.
— Зачем?
— Чтобы все решилось.
— А что решится?
— Все, — сказал Эгертон. — Иди.
Шэрна понял, что человек-маг опять его переиграл. Что ж, это только закономерно. Недаром его назначили командиром. Наверное, он знает. Возможно, узнает и Шэрна. Странно ведут себя эти камни у него в животе. Они нагреваются все сильнее.
Шэрна вышел из замка. Его остановили только один раз, но он сказал, что действует по приказанию командира и что должно решиться нечто такое важное, что никому этого знать нельзя… Сила убеждения жабоида подействовала на стражника, тем более что жабоиды гораздо сильнее скелетов и могут при желании разнести их косточки просто в пыль. И потом челюстями, челюстями!.. Поэтому-то Шэрну и остановили только один раз, понятно?
Тегамор знала, что ее неразлучный друг-враг задумал что-то необычное. Она улавливала его настроение — странно, давно уже Эгертон не был в таком приподнятом состоянии духа. Обычно он воспринимался ею как нечто подавленное, мрачное. Но сейчас он явно воспрял. Тегамор пыталась понять, как относиться к этой перемене и чего ожидать: очередной серии провокаций или наконец-то удачи. Сейчас ей хотелось отделаться от Эгертона не меньше, чем ему — от нее; и все же она предпочитала держать его в руках. Любой ценой, чего бы ей это ни стоило. Даже если эта цена будет возрастать с каждым днем. Маги — народ ненадежный, эгоцентричный, каждый занят лишь собственным проектом.
Жабоид постучал в ворота ее дома посреди ночи. Тегамор не хотела никого впускать. Слуги долго ходили взад-вперед, то приближаясь к двери, то отскакивая от нее. Госпожа почивала в своих покоях, и тревожить ее вопросами никто не решался. Но стук становился все настойчивее, и в конце концов один из прислужников решился открыть.
То, что стояло на пороге, испугало всех. Мускулистое широкоплечее и кривоногое создание с очень большой, покрытой бородавками головой, сидело на корточках и тихо завывало. Из живота существа валил зловонный дым, как будто внутри у него горели угли.
— Впустите, — потребовало существо.
Слуга, который открыл дверь, теперь горько раскаивался в своем порыве. Он пытался отпихнуть жабоида ногой и при этом изо всех сил тянул дверь на себя. Жабоид безмолвно рвался внутрь дома.
Наконец тупая мощь одолела отчаяние, и существо ввалилось в большой темный зал — на нижний этаж дома Тегамор. Оно прыгнуло, село на задние ноги, которые были непропорционально крупнее рук, дунуло, и сразу же загорелось несколько факелов.
— Где Тегамор? — квакнул Шэрна. — Где эта женщина-маг? Тегамор! Мне надо Тегамор!
— Госпожа изволит отдыхать, — пролепетал слуга, отступая от огнедышащей твари. — Госпожа не изволит принимать. Она вообще не…
Неожиданно взревев, Шэрна отшвырнул слугу так, что тот ударился головой о стену и затих — бедняга потерял сознание. Жабоид помчался вверх по лестнице, а шлейф вонючего дыма тянулся за ним, так что казалось, будто в доме начался пожар.
— Тегамор! Тегамор! — орал жабоид.
Госпожа изволила проснуться.
Она изволила сильно прогневаться.
Ее рассердил и немножко напугал запах, доносившийся с лестницы. В конце концов, не одеваясь, Тегамор вышла посмотреть — что происходит.
Жабоид налетел на нее со всего маху и обжег ее нежную кожу. Магиня отшатнулась.
— Замри! — крикнула она, наставив на него палец.
То ли она спросонок не так наложила заклятие, то ли на жабоидов подобные заклинания не действовали, но Шэрна и не подумал замирать. Он продолжал скакать, напирая на Тегамор и испуская жуткие, полные ужаса и боли вопли.
— Кто ты? — спросила она безнадежно. Она уже поняла, что это существо ничего ей не ответит — оно поглощено своим страданием.
Надо что-то предпринимать, и притом срочно. Жабоид гнался за Тегамор, распространяя омерзительную вонь, стеная и явно грозя поджечь шелковые занавеси и покрывала. Все это становилось не просто досадным, но и опасным.
Тегамор схватила на бегу шкатулку с магическими порошками и швырнула в своего преследователя. Это оказался порошок, возбуждающий эротическое желание. Жабоид, пожираемый внутренним огнем, внезапно ощутил прилив сил. Его вой приобрел вибрирующие нотки, голос зазвучал на несколько тонов выше — то была брачная песнь жабоида-самца. На беду, Шэрна принадлежал к числу тех, что вылупились из яиц, то есть обладал способностью размножаться. И сейчас эта способность властно заявила о себе.
Шэрна не просто мог размножаться — он этого жаждал! Вообще-то женщина-человек ему совершенно не нравилась. И у него болел живот. Несколько минут назад ему и в голову бы не пришло, что магиня может вызвать в его груди такую бурю эмоций. Но невозможное случилось.
Вереща, жабоид поскакал по анфиладам комнат, а Тегамор, нагая, мокрая от пота, поскальзываясь, удирала от него во всю мочь. Она хваталась за шкатулки, расставленные по всем спальням, но — увы — везде были лишь эротические зелья, и только в одной нашелся парализующий порошок, которого оказалось явно недостаточно.
— Эгертон! — кричала Тегамор. — Эгертон! Проклятие на тебя! Это твоя работа! Будь ты проклят! Будь ты проклят, злополучный маг! Ты еще пожалеешь обо всем, что сделал!
Жабоид уже почти настиг ее.
— Эгертон! — взвизгнула Тегамор так громко, что у нее самой заложило уши. — Помоги мне!
Но если бы Эгертон и хотел ей помочь, то все равно бы не смог. Его влияние на жабоида было весьма ограниченным.
Шэрна уже схватил Тегамор за плечи своими липкими холодными лапами, когда жжение в животе сделалось таким сильным, что жабоид опрокинулся на спину и закатил глаза. Силы оставили его. Пламя вырвалось из его внутренностей и стало пожирать тело несчастного жабоида изнутри.
Тегамор, тяжело дыша, остановилась поблизости. Затем, видя, что ее преследователь больше не двигается, уселась на кровать, поджала ноги, скрестила на груди руки.
Жабоид горел, постепенно превращаясь в гору обугленного мяса. Тегамор скрипела зубами, глядя на эту картину. В ее любимом будуаре! Среди черных шелковых покрывал и серебряных канделябров! Ничего худшего она и представить себе не могла. Эгертон еще поплатится. Он еще выцарапает себе глаза собственными ногтями.
Магиня перебирала в голове различные способы казней, которым намеревалась подвергнуть злокозненного Эгертона за все его проделки, когда вдруг увидела, что в животе бедного жабоида засверкали камни. Три небольших черных камня с гладкими, будто отполированными гранями. Кристаллы. Она наклонилась, чтобы взять их, и отдернула руку: они были раскаленными.
Очевидно, они и сожгли жабоида. Чем бы они ни являлись, эти камни представляли собой могущественные артефакты.
«Понравилось? — прозвучал в ее голове голос Эгертона. — Ты довольна?»
Она вздрогнула от ярости.
— Я? Довольна? — прокричала она, обращаясь в никуда и посылая мощный импульс ярости. — Да я просто места себе не нахожу от злости. Кого ты ко мне прислал?
— Не кого, а что, — невозмутимо ответил Эгертон. — Я прислал тебе то, о чем ты так долго просила. Камни из крепости Урангрунд. Ты ведь хотела использовать их при работе над своей картой. Или ты передумала?
— Я не передумала, и моя карта… Послушай, но ведь это издевательство! — не выдержала Тегамор. — Что ты себе позволяешь?
— Я выполнил твою просьбу, — повторил тоаданец, — Теперь ты выполни мою. Избавь меня от своего дома и своей жизни.
— Этот мерзкий жабоид… Он… — Тегамор не стала договаривать. Ей вдруг пришло в голову, что Эгертон, возможно, не видел всей этой позорной сцены с преследованием. Хотя бы это хорошо. И незачем рассказывать тоаданцу подробности.
— Так что сделал мой мерзкий жабоид? — заинтересовался Эгертон. — Надеюсь, он тебя не обижал?
— Он сдох, — мстительно произнесла Тегамор, — Превратился в гору паленого мяса прямо у меня на глазах.
— Жаль, — искренне огорчился Эгертон. — Он был довольно симпатичным. Ты не нашла его приятным парнем?
Все-таки он видел!.. Тегамор нахмурилась.
— Твои шутки заходят слишком далеко.
— Но ведь это ты метнула в него порошок, от которого он возбудился, — отозвался Эгертон. — Я-то здесь точно ни при чем. Я заставил его проглотить камни Урангрунда и направил прямиком к тебе. Как видишь, он доставил груз в целости и сохранности.
— Насколько я могу судить, — произнесла Тегамор, — чем дальше эти камни находятся от крепости, тем менее они пригодны для использования… Я хочу сказать, они такие горячие, что способны воспламенить и ткань, и пергамент. Придется вкладывать их в особую глиняную капсулу и окружать дополнительным заклинанием. Что ж, работа непростая, но интересная. И достойная меня, я полагаю.
— Теперь твоя часть сделки, — напомнил Эгертон. — Избавь меня от себя.
— Да, да, — рассеянно проговорила Тегамор. — Я этим тотчас же займусь.
— Я выполнил твою просьбу, — повторил тоаданец. — Теперь ты выполни мою. Избавь меня от своего дома и своей жизни.
Глава одиннадцатая
В густом и плотном коконе тумана все обстояло иначе, чем во внешнем мире. Солнце здесь едва пробивало себе дорогу к земле сквозь слоистые облака. Рассеянный свет придавал миру серый оттенок. Границы между предметами и существами казались смазанными. Все передвигалось, клубилось, смещалось, сливалось, все трансформировалось и перетекало одно в другое.