Ярослав Гжендович – Ночной Странник (страница 71)
С другой стороны и вправду была тропинка, но Драккайнен довольно быстро с нее сошел и отправился вниз по склону. Видно было, как он скачет между серебристыми стволами и то и дело припадает к земле. Внизу, между деревьями, было куда светлее, там открывался горный луг. Они видели, как Вуко выходит на траву и снова исследует на четвереньках землю.
– Мы туда лошадьми не пойдем. Он-то пропрыгал, словно козочка, а лошади переломают ноги.
– Тогда что?
– Сухим желобом, чуть дальше. Я с Гьяфи возьму лошадей, а ты давай за ним.
Драккайнен терял след минимум трижды. Мог полагаться лишь на следы, да и то – размытые, потому что запах смыли дожди и перекрыли другие ароматы, настолько же чуждые и неотчетливые.
Когда они его повстречали, он сидел на корточках и прикладывал к земле меч, чуть вынутый из ножен. Кончик ножен оставался неподвижен, но рукоять меча в руках Странника вертелась по земле: он прикладывал ее то туда, то сюда.
– Сбрендил.
– Я меряю длину шага, – рявкнул Драккайнен. – Потерял след и потому ищу от последней точки. Не мешай.
Через какое-то время они снова его догнали. Стоял и смотрел на землю.
– Тут их встретили.
– Кто?
– Несколько мужчин. Пять или шесть. И восемь странных созданий. Наверное, это те самые крабы, о которых все говорят. Следы необычные, похожи на человеческие, но узкие и длинные. И эти острия – все вокруг порублено. Листья, стволы. Как если бы ими бессмысленно размахивали. Узкие, длинные лезвия. Очень острые. Но крови нет. Никому здесь ничего не сделали. Это не был бой.
Он выпрямился.
– У тех были лошади. Тяжелые и странно подкованные. Туда ли ведет дорога на Скальный перевал?
– Нет.
– А куда в страну Змеев?
– Через Медвежьи холмы, может. Там невысоко, лошадьми можем пройти.
– Тогда покажи мне дорогу.
Ехали без передышки до самых сумерек. Где-то по дороге Драккайнен внезапно соскочил с коня и присел в траве. Потом встал и подал Грюнальди маленькую кожаную шапочку:
– Держи. Кто-то из них потерял. Теперь видите, что мы идем верно?
Потом они снова сошли с лошадей и, несмотря на темноту, пошли дальше. Драккайнен пер вперед уверенно, как по ровной дороге. Кони спотыкались, люди цеплялись о ветки.
– Нужно сделать остановку, – сказал кто-то.
– Нет времени! – рявкнул Грюнальди. – Ульф как-то идет, значит, и мы можем!
Шли в совершеннейшей темноте вверх, спотыкаясь среди скал. Спалле слегка подвернул ногу, а второй воин по имени Гьяфи Железное Утро принялся блевать от усталости.
Однако в конце концов встали на постой. На три часа перед рассветом, на каменистом склоне чуть выше линии леса. Огонь Драккайнен разжигать запретил.
– Слишком плохо уже вижу, – объяснил. – Могу потерять след. Нужно ждать до утра, потому что, если пойдем в неверную сторону, придется возвращаться.
Они свалились друг подле друга на мокрую траву, тяжело дыша. Ни у кого не было сил сказать и слова. Баклага с водой переходила из рук в руки.
Потом Гьяфи и Спалле заснули. Драккайнен сидел, укутавшись плащом, и прислушивался, а Грюнальди сидел рядом и нервно хрустел пальцами. Было видно, что охотнее всего он отправился бы дальше. Кожаную шапочку, найденную по дороге, все время держал в руках.
– Ты правда видишь след? – спросил наконец. – В этой темноте?
– В темноте – уже нет. Потому-то мы и встали. И вторая луна зашла. А вообще – что-то да вижу, но по следу идти не могу.
– У тебя глаза светятся в темноте, как у волка, – хмуро заметил Грюнальди. И через миг: – А что делать, когда дойдем? Вчетвером-то?
– Наверняка не станем с рыком бросаться на них. Посмотрим. Устроим засаду, повыбиваем их по одному, может, устроим саботаж. Важнее всего – отбить детей.
– Что такое «
– Увидишь.
Вышли в путь, едва небо посерело.
Вверх, вверх и вверх. Между камнями. Цепляясь за скалы и таща за собой все сильнее упирающихся лошадей. Не было здесь никакой тропинки – только каменистые осыпи. Над ними вставали серые стены, наполовину еще погруженные во тьму.
Драккайнен внезапно остановился, поднял ладонь:
– Стоять! Тихо, слышите?
Они не слышали ничего.
– Тот же вой, что мы слыхали в Драгорине. Не слышите?
– Кажется, я что-то слышу, – неуверенно сказал Гьяфи.
– А я ничего.
– Дальше. Нет времени.
Через несколько часов они прошли перевал и стали спускаться, пока дорогу им не перегородил ручей. Здесь не было ни дороги, ни тропы. Ничего. Только ручей, скалы и купы карликовых сосен. Смотрели с надеждой, как он ползает среди скал, пока наконец не указал направление.
– Вверх. Всадники ехали ручьем, остальные шли рядом, по скалам.
Они побежали вдоль ручья. Потом на другой берег и вниз по долине. По скользким, влажным скалам, едва видной тропкой. Конь Гьяфи запаниковал. Храпел, танцевал и издавал дикие визги. Моряк некоторое время сражался с ним, понимая, что все стоят и смотрят на него с осуждением, потом набросил животинке плащ на голову и повел ее, спотыкающуюся, в конце короткой цепочки.
– Не выдавайте, где находимся! – рявкнул Драккайнен.
Остальные поглядели на него в молчании.
На дне долины Странник внезапно остановился и беспомощно огляделся.
Они стояли спокойно, ожидая, пока он отыщет след. Всегда отыскивал. Сидели тихо и старались не мешать. Грюнальди поднял баклагу, сперва попив, а потом плеснув в лицо горсть воды. Спалле сидел у ног коня, свесив голову. Снял шлем и приторочил его к своему поясу, после чего помассировал уставшее лицо.
Ждали.
Драккайнен осмотрел ветки, потом отступил на обочину и, отстегнув меч, принялся проверять следы.
Они ждали, пока он отыщет желаемое. Уверенные, что будет как всякий раз до того.
Драккайнен встал, пнул скалу и разразился чередой ужасающих финских проклятий, звучавших так, словно кто-то погрузил раскаленное добела острие в ледяной ручей с ледника.
Моряки молчали и слушали с уважением, хотя не могли понять ни слова.
– Конец, – сказал Странник. – Теперь мы и правда их потеряли. Тут был последний след, – пнул в землю. – А дальше они словно в воздух поднялись. Теперь начнутся эти ваши дурацкие холодные туманы и всякое там магическое говно, которое я терпеть не могу! Вот правда,
Выпрямился и сделал несколько глубоких вдохов.
– Дайте воды, – сказал внезапно вежливым тоном, перевешивая меч за спину.
Грюнальди подал ему баклагу. Драккайнен выпил, вытер губы и отдал ему мешок.
– Спуск с горы, – сказал спокойно, – было траверсом в ту сторону. То есть за тебя. Там следов нет, значит, идем прямо.
Но прошли они едва десятка полтора шагов.
– Стоять! – заорал Спалле.
Драккайнен, который прошел школу Морского отряда специальных операций, замер с поднятой ногой. Такое внезапное и громовое «стоять!» означало для него мину. Растяжку, фотоэлемент или лазерный фугас. Потом понял, что противопехотных мин здесь нет, и очень медленно поставил подошву сапога на тропу.
– Что случилось? – спросил терпеливо.
Спалле указал на что-то рукой: