Ярослав Гончар – Апофеоз убийцы (страница 36)

– Да? И кого же? – удивился Джавал.

– Да так, не берите в голову, он давно уже покинул этот мир. Просто, когда я увидел вас, нахлынули воспоминания, – виновато улыбнулся коллекционер.

Маккарти, услышав этот разговор, обернулся и спросил.

– А я вам никого не напоминаю?

– Конечно, напоминаете.

– Ого! Тоже богатого искусствоведа? – ехидно ухмыльнулся детектив.

– Ну что вы, как можно. Вы мне напоминаете безмозглого американца! – просиял Дюпен, вдруг получив замечательную возможность хоть как-то уколоть полицейского.

Дуглас скривился и, махнув рукой, шагнул к выходу…

Как только дверь магазинчика с глухим стуком закрылась за ними, Маккарти посмотрел на Раджу.

– Ну что, дружище, теперь нам есть с чем навестить нашего греческого друга. Давай-ка заскочим в закусочную и сразу в фонд, так сказать, по горячим следам.

Он бесшумно выскользнул из-за угла и короткими шагами засеменил к саду. Лёгкая облегающая ткань никак не сковывала движений и, что самое главное, не издавала ни звука. Древняя одежда школы ниндзюцу усовершенствовалась веками, дабы никаким образом не выдать присутствия своего хозяина. Каждый клинок располагался таким образом, чтобы исключить даже малейший стук или лязг при выполнении задания, в то же время позволяя добраться до себя за доли секунды. Идеальная экипировка для идеального убийцы! Тот, кто познал истинное мастерство тишины, всецело сливался с каждым оружием и использовал его инстинктивно, не задумываясь. Безмолвие, мгновение и смертоносность – суть подготовки и выживания.

Светила полная луна, и её блики отражались на чисто отполированном чайном столике сенсея, лишь немного преломляясь от небольшого глиняного чайника, мерно покоившегося на поверхности.

– Я ждал тебя, мой ученик, – спокойный голос сидящего у стола человека заставил замереть в недоумении. – Ты многого достиг, но не столько, чтобы застать меня врасплох. Тебе ещё предстоит долгий путь мастерства.

Учитель наполнил тяван и поднёс ко рту, в воздухе послышался лёгкий аромат его любимого чая.

– Ты же знаешь, что я пришёл не за этим, – холодным тоном ответил он.

– Знаю, – не прекращая чайную церемонию, подтвердил сенсей, – решил занять моё место. Твоё честолюбие поистине не знает границ. Но как же ты сможешь убить меня, не сумев незаметно подобраться? Твоя слабость в чрезмерной уверенности, которая станет твоей погибелью.

– Я всё же попытаюсь. Тебе больше нечему меня научить, и теперь ты бесполезен!

– Согласен. Все свои знания я передал тебе, но они до сих пор не укрепились в твоём разуме, словно в скале, – он поставил тяван на столик и сложил руки на животе. – Я давно понял, что ты не такой, как все, не хотел учить, но твоё упорство и презрение к страданиям дало свои плоды. Я сдался и, возможно, совершил ошибку. Жажда причинять страдания и боль другим составляет основу твоей личности. Я старался своими уроками притушить эту жажду, но не смог. Я признаю своё поражение как учителя, но не как воина!

– Ты признаешь, даю слово! – прошипел ученик.

Мгновенный бросок и лёгкий свист вылетающей из ножен катаны, словно выдох, закончил их диалог. Но удар пришёлся в пустоту, сенсей оказался быстрее всего на долю секунды, ловко отскочив в сторону.

– Не так быстр, – бросил он, скривившись в улыбке.

Следующий выпад всё же достиг цели, но был с лёгкостью отбит, превратившись в металлический лязг. Но об отступлении не могло быть и речи, и снова удар, ещё один, ещё, ещё. И каждый раз он либо приходился в пустоту либо натыкался на катану сенсея, который, казалось, просто забавлялся, как с глупым ребёнком.

– Твоё мастерство великолепно, но не идеально! Ты проиграешь! – стальным голосом громыхнул учитель, сделав короткий прыжок в сторону, и тут же нанёс рубящий удар, с большим трудом отбитый чуть покачнувшимся учеником. Но этого было достаточно, чтобы на мгновение вывести из равновесия, и хлесткое попадание в колено почти сбило его с ног, а последующий за этим взрыв боли и хруст ломающихся зубов завершил атаку. Он, словно мешок, свалился на живот, выронив катану из рук. А вкус крови, заполняющей горло, дал понять, что бой окончен.

– Кем ты себя возомнил? Решил, что сможешь победить того, кто вложил в тебя всё, что ты умеешь? Я знаю каждое твоё движение! Глупец! – нависая над ним, прорычал сенсей.

Выплёвывая сгустки крови, ученик посмотрел сопернику в глаза, и на лице появилась дьявольская гримаса торжества и ненависти.

– Не каждое! Ты ещё более глуп и самоуверен! – сквозь сломанные зубы прохрипел он.

Лишь на мгновение глаза учителя раскрылись, понимая, что это конец, и два тихих хлопка отбросили его на несколько шагов назад. Ученик с трудом поднялся, превозмогая боль в ушибленном колене, и заковылял по направлению к лежавшему учителю, держа в руке пистолет с глушителем. Подойдя ближе, он отбросил катану ногой и с торжеством победителя встретился с почти уже потухшим взглядом сенсея.

– Знаешь, в чём ты всегда был слаб? – со зловещей окровавленной улыбкой спросил ученик. – В своём придуманном кодексе чести! Что сражаться с тобой будут тем же оружием. Глупость человеческая поистине не имеет границ! И сейчас ты лежишь в луже собственной крови и смердишь как куча протухшего мяса, пожиная плоды своего достоинства! А я использую это мастерство для собственных целей и удовольствий! Догадываешься каких?

– Ты безумен! – из горла сенсея вырвались последние слова.

Шевроле почти вплотную подъехал к ступеням здания фонда, на которых их ждал Самуэль, отступив на шаг назад, боясь, что автомобиль доберётся и до него.

– Где Синидис? – вываливаясь с водительского места, выкрикнул Маккарти.

– Директор сейчас не может уделить вам время, он очень занят, – замотал головой прыщавый, закрывая спиной вход.

– Для нас он всегда свободен! – отталкивая парня, прорычал детектив. – Давай зови своего шефа, есть разговор!

Помощник тщетно пытался его хоть немного задержать, весовые категории оказались совершенно неравны. Они буквально ввалились в холл, чуть было не распластавшись на полу.

– Да что вы себе позволяете! – выкрикнул стоявший у камина удивлённый грек. Он выглядел как и в прошлую встречу, единственным отличием была только небольшая чашка кофе в руке.

– Что позволяю, то другие не могут, – пытаясь освободиться от цепких рук Самуэля, ответил Дуглас.

– Простите, сэр, я не думал, что он начнёт ломиться внутрь, – начал оправдываться парень.

– Всё в порядке, мой друг, отпустите его, – уже более спокойным тоном сказал Синидис. – Я думаю, у детектива имеются серьёзные основания так бесцеремонно вламываться в наш офис.

– Более чем, – поправляя плащ, ответил Маккарти.

– Помощь нужна? – спросил только что вбежавший Раджа, растерянным взглядом обводя присутствующих.

– Свяжи этого прыщавого прилипалу! Он мне чуть плащ не разорвал, – со злостью прошипел детектив.

Индус недоумевающе захлопал глазами, уставившись на Самуэля, который, ссутулившись от страха, медленно пятился к камину.

– Но как же… Я… не могу так вот… – промямлил Джавал.

– Ну раз не можешь, тогда сядь на диван и не отсвечивай, – рявкнул Дуглас, жестом приглашая грека присесть для разговора.

Как только все, кроме Самуэля, всё ещё трясущегося от страха у камина, расположились на мягкой мебели, он достал листки и протянул их Синидису, внимательно наблюдая за реакцией. Грек достаточно долго изучал документы, то просматривая по порядку, то перечитывая снова какой-то отдельный экземпляр. И как только ознакомление закончилось, то сразу откинулся на спинку дивана, держа пачку в правой руке.

– И что? – переводя взгляд с одного на другого, тихо спросил он.

– Это я вам хочу задать этот вопрос? Узнаёте циферки? – вопрос прозвучал немного издевательски.

– Возможно.

– Не могли бы вы пояснить, что всё это значит?

– Конечно, мог бы, если потрудитесь объяснить, откуда у вас эти документы? Особенно заострите внимание на законности их получения, – спокойным тоном предложил грек.

Маккарти предполагал нечто подобное в поведении директора Фонда, но то, что он будет так спокоен, рушило всю стратегию. Где же он просчитался? Судя по выражению лица, Синидис в курсе утечки данных, а значит, заранее готов ко всем уловкам. Всё-таки малолетние хакеры засветились! Это заметно усложняет задачу.

– Из серверов, откуда же ещё, – изобразил удивление детектив, как будто не понимал, как же он сам не смог догадаться. – Мои добрые и очень умные друзья влезли в вашу сеть и вынули необходимую информацию.

– Не очень умные, – подметил грек.

– Ну, не скажите! – возмущённо протянул Дуглас. – Я бы вот такое никогда не смог провернуть, Раджа тоже. Да и сомневаюсь, что ваш прыщавый помощник способен на подобное.

Он перевёл взгляд на Самуэля, который мгновенно отвернулся и сделал вид, словно занят разглядыванием люстры.

– А нам и не надо, мы люди законопослушные, к воровству непривычные, – с укором сказал Синидис.

– Ой, да бросьте, – фыркнул Маккарти, махнув рукой, словно к нему пристала назойливая муха. – Какие законы и послушание, мы же не в церкви, мой дорогой директор. Давайте не будем строить из себя святош. Вы отжимаете у богатых мира сего весь доход и законопослушно кидаете им объедки, переводя все финансы в кипрский офшор, а несогласных режете на куски. Как считаете, интересный сюжет для прессы?