Ярослав Дунаевский – В поисках жизни (страница 1)
Ярослав Дунаевский
В поисках жизни
Глава
Лифт мчал к девятому уровню Центра межпланетных исследований. Металлические стены отражали яркий свет солнца, сияющего сквозь стеклянную шахту лифта, вынуждая Алана щурится.
Он в очередной раз, наверное, уже в пятый за это утро, взглянул на часы.
8:15:23.
29.05.2092
«Проклятие!» — подумал он, — «интересно, есть ли кто-то еще, кто назначает совещание и сам же на него опаздывает?!»
Пальцы словно сами собой отбивали неосознанный ритм по правой руке, держащей сумку с ноутбуком. А перед глазами мелькали графики, химические спектры, строки телеметрии.
«Гермес», «Лето», «Эрис-IV» — зонд за зондом, которые они отправляли к Юпитеру и Сатурну. Несколько лет исследований, но у них до сих пор не было никакого ответа — есть ли на газовых гигантах жизнь. Каждый отправленный зонд вместо ответов, приносил новые загадки, с которыми он уже устал бороться.
Лифт замедлился. Алан провёл ладонью по подбородку. Щетина, усталость, глаза щипало — он опять не спал полночи. Дочь что-то пыталась сказать ему утром, но он не понял, что именно. Для него ее речь слилась в один сплошной звуковой шум. А Мари...последние месяцы он видел ее только урывками. Его ранние уходы и поздние возвращения не способствовали их семейной жизни.
Звонкий щелчок. Девятый уровень.
Двери открылись. Перед ним — серый коридор, ведущий к переговорной. Холодный металлический свет. Картины планет и спутников на стенах. Его шаги отдавались глухим эхом в коридоре, словно сам Центр вторил его тревоге.
Алан шёл быстро, машинально, не замечая, как пальцы сжимают ремень сумки всё крепче. В голове путались собственные размышления со вчерашними словами директора Центра. Из-за чего мысли рвались в разные стороны, словно одинаково заряженные частицы:
«Почему спектры «Гермеса» и «Лето» не совпадают даже по фазам?!».
«Мы слишком много денег потратили на ваши вопросы»
«Может быть, след аммиака быть метаболическим следом?»
«Я сокращаю вашу программу! Вы слишком долго возитесь!
Он миновал дверь лаборатории систем анализа, прошел мимо проекционного зала, в чьей толще медленно вращалась голограмма Сатурна.
«А Сатурн? Повторяющийся выброс сероводорода, один и тот же состав, в одно и то же время уже несколько недель...»
«Принесите мне ответы или вернетесь преподавать!»
Алан остановился. Стекло переговорной, словно зеркало, отражало его лицо. На котором была усталость, сомнения и что-то ещё. То, чего он сам в себе давно не хотел признавать — может быть страх, что они действительно ничего не найдут. Что после пяти лет работы — только пустота, а на гигантах ничего нет?! Ни жизни. Ни бактерии. Ни даже сформулированного вопроса, на который они хотят найти ответ.
— Да потому что спектральный пик в районе 3.3 микрон не может быть случайностью! — с жаром говорил Кайл, сидящий у дальнего края стола. — Это органика, и её источник — внутренняя активность, возможно, даже метаболическая. У нас повторяемость по трем зондами!
— Да ни черта она не метаболическая, — грубовато отрезал Брэд, его седая бороденка аж встопорщилась от негодования:— Органика в атмосфере — это не жизнь. Выбросы могут быть геохимическими. Достаточно модели с серой и аммиаком под высоким давлением, и твоя теория «жизни» тут же испаряется как дым.
— Но и стабильная модель не объясняет концентрации аммиака в верхних слоях! — продолжал Кайл. — А та корреляция с сероводородом? Кто тогда выбрасывает его на одной и той же широте каждую неделю?
— Это Сатурн, а не термальный курорт с графиком! — фыркнула Диана.
Алан сделал шаг, и голоса сразу стихли. Пять пар глаз уставились на него. Кто-то встал, кто-то просто откинулся на спинку кресла.
— Прошу прощения за опоздание, — сказал он сухо и прошёл к столу, бросив сумку рядом со своим местом. — Продолжайте, мне кажется, я вас прервал на интересном месте.
— Мы как раз обсуждали природу органики в верхних слоях атмосферы Сатурна, — негромко сказал Шарад, — и возможную метаболическую активность, если эти вещества — продукт жизнедеятельности, а не просто химические реакции.
— А ещё спектры с «Гермеса» и «Лето» опять не совпадают, — добавил Брэд. — У одного пик на 3.3, у второго — в районе 3.5. Разные приборы, разная чувствительность, либо мы ловим локальные явления, либо просто шум.
— Или мы смотрим не туда, — пробормотал Кейл.
В комнате повисла пауза.
Алан провёл рукой по лицу. Он знал, куда клонит Кайл, но был достаточно уставшим, чтобы на ком-нибудь сорваться. Проект разваливался, и времени у них было в обрез.
— А куда надо смотреть? — произнёс он предостерегающе.
— Давайте подойдём к этому сначала, — начал Кайл, — У нас есть следы: органика в атмосфере, периодические выбросы, нестабильный аммиак, фосфины в облаках Юпитера но ничего из этого не даёт нам уверенного биологического сигнала. Всё на грани интерпретаций.
Алан видел, как остальные не пытались вступать в спор. Видимо, инстинкт самосохранения в них был развит выше.
— Потому что, — вставил молодой учёный, — мы пытаемся искать рыб в тумане, когда океан — под ногами. Европу и Энцелад мы сбросили со счетов только потому, что прошлые зонды быстро вышли из строя. Но что если
— Если я еще раз услышу про подледные океаны, я сам тебя отправлю туда на новом зонде! Мы уже пытались! И это создало нам кучу проблем! Мне — кучу проблем! — резко закончил Алан.
Кейл поджал губы и замолчал. Алан понимал, что его это не остановит, но как минимум заткнет на какое-то время.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.