Яра Горина – Леди любят артефакты 3 (страница 40)

Оставшуюся часть я опрокинула в склянку с составом для усиления рун и несколько раз встряхнула. Кристаллики агриколы должны хорошо перемешаться с солью, чтобы был эффект. Но насколько сильным он будет, остается только догадываться.

От приближающегося звука шагов, у меня чуть не выскочило сердце из груди. Убрав все лишнее, я наскоро заперла шкаф, спрятала ключ в карман и принялась снова натягивать защитные перчатки для работы с огнем. Хоть здесь мне повезло! Под ними не видно кольца, и Джефри не станет подозревать, что в его отсутствие я крутилась по лаборатории, вместо того, чтобы дожидаться его, находясь в глубоком обмороке.

Глава 16. Ответы

Джефри привел меня в чувство, брызнув в лицо ледяной водой. Кое-как поднявшись, я увидела перед собой на треть пустой стакан и тарелку с куском подсохшего пирога.

— В этот раз к визиту гостей мы не готовились, — пояснил он, — поэтому, как есть.

— Миссис Памкин не особо вас балует, — я не без труда вспомнила, как зовут здешнюю кухарку.

Потяжелевший от ключа карман придавал уверенности. Сняв перчатку с правой руки, я принялась за еду. Сохранять спокойствие было сложно, и оставалось надеяться, что относительно дружелюбная светская беседа поможет скрыть волнение. Все, что мне сейчас нужно — это усыпить бдительность Джефри.

— Кухарку вызвать не успели в виду внезапно изменившихся планов. А это — остаток вчерашнего ужина, что привезла из города Мелани. Но на твоем месте я бы на такую снисходительность больше не рассчитывал.

Что-что⁈ Может, его еще и поблагодарить нужно за собственное похищение?

— Почему? — невинно хлопая ресницами, поинтересовалась я, хотя больше всего мне сейчас хотелось обругать Джефри последними словами.

— Моя сестра ненавидит, когда ей лгут.

Это прозвучало как явный упрек. Только вот чья бы собака рычала, а его бы молчала. Инграмы — лицемеры, каких поискать. Но даже если бы я заявила ему об этом в лицо, то он, наверняка, вывернул бы все наизнанку и оправдался тем, что лжет во спасение. Уверена, он давно обелил себя в собственных глазах.

— Мелани только что вернулась из Холмов, — продолжил он, и от нескрываемого в голосе ехидства мое сердце екнуло. — Генри уехал, прислуга на месте и занята привычными делами, но главное — ни намека на подготовку к свадьбе. О помолвке, что любопытно, тоже никто не знает.

— Я хотела оставить это в тайне, — пояснила, придерживаясь прежней версии.

— Вероятно, потому, что обручилась с Генри исключительно в своей голове? — грубо пошутил он. — Но это уже неважно. Карты спутаны, Мелани рвет и мечет. Мы ведь тоже не собирались афишировать возвращение. Но пришлось выйти в люди, чтобы навести справки. Хьюз, поди, думает, что моя сестра безответно влюблена в Генри. Расспрашивать о возможной помолвке так, чтобы не быть ни в чем заподозренной, очень непросто.

Возвращение Мелани в Малиновую заводь — плохая новость для меня. Хотелось бы верить, что смогу от нее отбиться в случае удачного воплощения плана побега.

Спокойствие и отсутствие какой-либо суеты в Золотых холмах, конечно, играет мне на руку. Можно сказать, продлевает жизнь. Однако вместе с тем не слишком обнадеживает. Хотелось бы верить, что Генри все же начал поиски, но пока не привлекает к ним лишнего внимания. А еще кто-нибудь в замке обязательно расскажет ему о визите леди Инграм. Сестра без брата никуда. Джефри — мужчина яркий и заметный, наверняка кто-то вспомнит, что именно с ним меня в последний раз видели на вокзале. И тогда эта парочка негодяев попадет в список подозреваемых.

— Единственный плюс в этой ситуации, — продолжал Джефри, — наше с Мелани единодушное решение насчет тебя. Как иронично, что происхождение никак не влияет на судьбы гувернанток Блэквудов.

— Вы о мисс Скалс?

— Догадалась? А ведь история была такой душещипательной: старая нянюшка, благородные и, что немаловажно, благодарные воспитанники.

У меня внутри все похолодело. Не было смысла спрашивать, жива мисс Скалс или нет. Я помнила фальшивую печаль Джефри, вызванную якобы смертью няни, а теперь и меня поселили в той злополучной спальне с зачарованными окнами. Однако оплакивать подругу по несчастью я буду позже, сейчас важным было иное. И нужно воспользоваться случаем все разузнать, пока Джефри готов хвастаться своими «подвигами».

— Как вы это сделали? — переборов оцепенение спросила я. — И зачем?

— Скоро узнаешь. Стань ты моей невестой или даже супругой — процесс пришлось бы растянуть. А так могу утешить лишь тем, что твоя внутренняя исследовательница останется довольна. Поверь, такого ты еще не видела.

— Джефри, — мне совсем не нравились ни тон, ни смысл его слов, — вы же не чудовище!

— Еще какое, — хищно улыбнулся он и поднял левую руку вверх.

В движениях Инграма было что-то гипнотическое, и я, не отрываясь, следила за ним, словно кролик за удавом. За тем, как он медленно, палец за пальцем, стягивал перчатки.

После истории про пожар и причастность Джефри к трагедии с леди Блэквуд мне казалось, что под ними он прячет уродливые шрамы от ожогов.

Ах, если бы!

От открывшейся картины я подскочила с места и в ужасе попятилась назад.

Руки Джефри не были похожи на человеческие. Кожа оказалась каменно серой, а узловатые пальцы заканчивались толстыми черными ногтями. Он раскрыл ладонь, и они превратились в длинные, острые когти.

Я глядела на него, не в силах поверить собственным глазам. Но как? Как такое возможно?

Джефри Инграм был существом, настоящим порождением хаоса!

Теперь многое становилось понятным. Я не знала, как давно он обратился, но судя по тому, что к его перчаткам ни у кого на моей памяти вопросов не возникало, явно не вчера. Что бы Инграм не наплел остальным, какой бы ни была его легенда, в нее поверили. Съели эту ложь. Ведь даже Генри ничего не заподозрил.

Мелани была права: Джефри очень ловко спрятал себя под носом у окружающих. На виду. Как он любит.

Тем временем Инграм внезапно оказался рядом. Двигался он очень быстро. С той звериной грацией, которой человек обладать не может. Отвратительная серая лапища сжалась на моем горле. Дыхание сперло. Острые когти скользнули по щеке, и теплая струйка крови потекла по подбородку. В этот момент, глядя ему в глаза, я чувствовала дыхание самой смерти.

— Про такое в книгах не пишут, — растягивая слова, прошептал он, явно наслаждаясь моим страхом. — Только в гримориях темных земель. Страшная редкость. Кстати, одним таким свитком владела моя матушка.

Я вспомнила портрет изящной темноволосой женщины. Не зря, видимо, ее раскосые глаза показались мне жуткими.

— Гримории — гримуары хаоситов. Ты знала, что для них используется исключительно человеческая кожа? Причем пишут они еще на живом теле, острым ножом вырезают руны, и только потом свежуют. Дикие люди так записывают свою дикую магию. Они совсем не похожи на нас, но так сильны. Для хаоса практически нет ничего невозможного.

— У всего есть цена, — прохрипела я, вцепившись в его руку, но его пальцы крепко удерживали мое горло.

Ни один здравомыслящий человек к такому и пальцем не прикоснется, и уж тем более не воспользуется.

— В моем случае пришлось платить не за то, что выбрал сам. И не только мне одному.

Наверное, если бы Джефри хотел сломать мне шею, то уже давно сделал бы это. Однако, несмотря на весь ужас происходящего, в глубине зрело подозрение, что он упивается моей беспомощностью и испугом. Создавалось впечатление, что служить причиной подобных эмоций для него не менее приятно, чем вытягивать магию. Теперь это не казалось удивительным, ведь боль и страдание жертвы дают силу порождениям хаоса.

— Мы с сестрой вообще не должны были появиться на свет. Но призывать к жизни сущность, против которой выступает сама природа, как раз по части хаоситов. Слышала про невероятную силу крови нетопырей?

На грани потери сознания от недостатка кислорода вспоминались лишь слухи, да городские легенды. Рассказы о жутких обрядах и бесплодных женщинах, которые благодаря крови нежити, смогли зачать и выносить здорового ребенка. В старых книгах писали, что она способна излечить даже смертельные раны, только вот выживший после такого будет навеки проклят: окончательно и бесповоротно заражен хаосом.

Возможно, раньше, во время бесконечных войн, люди и готовы были пойти на подобный шаг, только вот этих тварей давно не видели. Лорд Блэквуд говорил, что однажды встречал нечто похожее в Приграничье. Но я тогда расценила его рассказ как обычную байку. По описаниям в бестиариях, нетопыри живут в глубине охваченных хаосом земель. Они невероятно сильны, быстры и разумны, а охотнику на этих чудовищ, слишком легко превратиться в жертву.

— Наша мать воспользовалась древними знаниями. А за деньги можно получить даже такую редкость, — хриплым шепотом продолжил Джефри. — Это неправда, что мы с Мелани родились без магической искры. Она была. Пусть и слабая, зато у каждого своя. Но жажда оказалась сильней. Мелли первая истощила собственную искру. И мне пришлось поделиться.

— Так не бывает, — я с трудом выдавливала из себя слова.

— Мой особый дар — брать. У любого, кто хоть сколько-то наделен магией. А вот отдавать я могу только сестре. Особая связь близнецов сделала нас похожими на сообщающиеся сосуды. Вероятно потому, что мы два осколка одного целого. Но это все лирика. К десяти годам искра сестры совсем иссякла, да и от моей практически ничего не осталось. Зато появилась настоящая жажда. Пришла очередь матери наполнить нас. Уверен, она согласилась бы пожертвовать своей жизнью, даже если бы знала, что происходит на самом деле.