Яра Горина – Леди любят артефакты 3 (страница 19)

Лорда Блэквуда я отыскала в библиотеке, и, увидев, как он, постукивая пальцами по столешнице, читает документы, не сразу решилась войти.

На мгновение меня захватила грусть. Ведь прежде я не боялась и вполне непринужденно чувствовала себя рядом с ним, расположившись в кресле напротив. Тогда все было просто и понятно. Но поцелуй на балу что-то неотвратимо изменил, и вернуть прежнюю легкость общения уже не представлялось возможным. А ведь мне очень этого не хватало.

— Простите, не думала, что вы заняты, — произнесла я, внезапно оробев под слегка рассеянным взглядом лорда.

— Ничего, — отмахнулся от извинений он.

— Может, желаете, чтобы я зашла в другой раз? Право, очень неловко отвлекать вас…

— Но я совсем не против, — улыбнулся лорд Блэквуд. — Еще немного, и у меня от этих цифр пар из ушей повалит. Вы появились как нельзя вовремя. Но если не хотите стать моим избавлением от рутины, то, конечно, приходите позже. Правда, не исключено, что найдете меня спящим прямо над этими бумагами.

Я невольно улыбнулась. В этом они с Бетти были похожи. Девочка сперва злилась, если что-то не выходило у нее легко и с первого раза, а затем, успокоившись и выпустив пар, начинала клевать носом.

— Похоже, мне повезло, — заключил он. — Сбегать вы передумали, а значит, я смогу полюбоваться хоть чем-то, кроме кривых строк нашего бургомистра.

— Благодарю за комплимент, пусть и такой странный, — желание улыбаться тут же пропало. — Но я здесь не в качестве услады для глаз, а по делу.

— Кто бы сомневался.

Эта фраза прозвучала тише, но совсем не враждебно. Лорд, похоже, и сам смутился собственной откровенности.

Может, он ничего такого и не имел в виду, и я просто излишне себя накручиваю, однако для сохранения той дистанции, которую просто необходимо было установить, лучше избегать любой двусмысленности.

Не теряя времени, я передала мужчине амулет и, чтобы не растерять решимости, затараторила о том, как работает шип, сколько времени держится щит и как мне не удалось увеличить ответную атаку.

Моя догадка была верна, лорд Блэквуд не оскорбился, а слушал о свойствах артефакта со всем вниманием и даже задавал уточняющие вопросы. А я немного расслабилась и даже присела в знакомое кресло, когда поняла, что он вовсе не собирается меня критиковать и насмешничать. Наоборот, казалось, он даже заинтересовался структурой чар и искренне порадовался тому, что дети приложили руку к чему-то подобному.

В этот момент я даже пожалела, что ничего им не сказала и так плохо думала о хозяине замка.

Лорд с особым вниманием оглядывал накопители, а затем бросил на меня нечитаемый взгляд. На мгновение я смутилась. Вдруг он поймет, что я специально выбирала их для него? Совершенно особенные камни, которых не было в замковых запасах. А затем старательно выписывала каждую руну и зачаровывала, представляя не только его лицо, но и тот момент, когда лорд с благодарностью наденет браслет, изготовленный моими руками. И быть может, это когда-нибудь спасет его жизнь.

На миг мне стало страшно, что он догадается, какие чувства я испытывала, создавая этот артефакт, а потому постаралась придать своему лицу как можно более безмятежный вид. Не нужно ему это знание, потому что обратной дороги не будет.

К счастью, лорд Блэквуд не умел читать мысли и не подозревал, какая буря разразилась в моей душе, но на всякий случай стоило развеять любые подозрения.

— Разумеется, вы совсем не нуждаетесь в подобных безделушках! — не к месту вспомнился дворецкий, чья мужская гордость была задета подобным подарком. — Но мне показалось неправильным преподнести артефакты всем, кроме хозяина замка.

— Ваша забота приятна. Даже если ее источник — всего лишь хорошее воспитание.

— Не только. Эти истории об исчезновениях и тварях… У меня от них мурашки по коже. Защитные амулеты — все, что я могу противопоставить злу, о котором ничего толком не ведомо. Мне невыносима сама мысль, что кто-то из этого дома может стать новой жертвой.

— Даже Моргулис? — пошутил лорд.

— Особенно он, — я говорила нарочито серьезно. — Иначе некому будет пресечь расточительство мисс Смитти. Големов станет в два раза больше, а к замку потянется бесконечная вереница обозов с пряностями и разными ранее невиданными продуктами, упоминание о которых можно найти только в древних поваренных книгах.

— Разве это плохо?

— Кому-то придется есть все эти кулинарные изыски. До последней крошки.

— Вы правы, мисс Катарина. Вряд ли Долина обрадуется Хранителю, страдающему отдышкой, стоит ему спуститься с лестницы или забраться в седло.

Я пожала плечами, мол, это не мои слова, ваши.

— Кругленькая гувернантка, которая не в состоянии поспеть за детьми, тоже, знаете ли, интересное зрелище, — ответил он, прищурившись.

— Моих подопечных не минует чаша сия, — спокойно отреагировала я. — Вернее, поварешка мисс Смитти. Далеко не убегут.

Лорд Блэквуд сдался первым. Его лицо озарилось улыбкой, и у меня потеплело на сердце. Лед тронулся. Впервые за долгое время мы говорили вот так, легко и без всякого подтекста.

— А если серьезно, лорд Блэквуд, вам ли не знать, что дополнительная защита лишней не бывает? Для меня, например, проще сделать пару десятков амулетов, чем проливать слезы сожаления, если что-то случится.

— Это так странно.

— Что именно?

— Вы такая… хрупкая, — он не сразу подобрал нужное слово, — но когда доходит до дела, готовы драться за своих, как пустынная львица. В вас буквально закипает благородная ярость. Вы гораздо сильнее и… мудрее, чем кажетесь.

— Мне приятно это слышать. Хотя и не совсем понятно, о чем вы.

Я лукавила, поскольку слова лорда Блэквуда сильно меня смутили. Он явно намекал на нашу ссору с леди Ричардс, но мне было неловко обсуждать с ним случившееся. Слишком много неприличных и компрометирующих обвинений тогда прозвучало из уст вдовы. Радовало лишь то, что я сумела сохранить хладнокровие и не стала отвечать ей в том же духе.

— Не люблю признавать свою неправоту, — обратился ко мне лорд Блэквуд и замолчал, видимо, снова подбирая слова.

— Никто не любит, — меня тяготила повисшая пауза.

— Благодарю за одобрение, но я не ваш ученик.

— Напрасно вы считаете, что в поддержке нуждаются только дети, — мне стало обидно, но я решила не показывать вида.

— Вы правы, — его тон поменялся. Видимо, он совсем не собирался быть грубым. — И я рад, что именно вы оказались рядом с Беатрис в конце концов. Если честно, даже представить не мог, что все так обернется. Не хочется думать о том, сколько это длилось…

Я кивнула, поглядев на лорда. Вероятно, вся эта история сильно ударила по его самолюбию. Да, он легко может поразить любую хаоситскую тварь, но оказался бессилен защитить своего ребенка от змеи в человеческом обличье.

— В общем, мне стоило быть внимательнее в выборе компании для дочери. Оказывается, не все леди — леди.

— Не вините себя. Честному человеку трудно понять чужое коварство. Говорят, что красивые вещи и люди, часто его полны.

— Далеко не все. Верно, мисс Катарина?

Его голос звучал так по-особенному мягко, что сердце мое затрепетало испуганной бабочкой. Я поймала себя на мысли, что и дальше слушала бы его, как завороженная… Но это было то искушение, которое я не могла себе позволить.

— Если вы обо мне, то понятия чести и долга никогда не считались в моей семье пустым звуком. И с детьми я стараюсь действовать согласно этим принципам. Они самые непредвзятые судьи и всегда чувствуют правду.

— А я думаю, вы просто не можете иначе. Ваша искренность — бриллиант, который невозможно подделать.

— Вы снова хвалите меня?

— Похоже, это уже входит в привычку.

Повисшая пауза стала прекрасным поводом, чтобы завершить встречу, и я поднялась с кресла.

— Я могу быть свободна?

— Конечно.

Лорд Блэквуд, глядя мне в глаза, демонстративно надел браслет, а я, чувствуя, что начинаю краснеть, повернулась, направляясь к двери:

— И что? Даже не оброните крупицу мудрости напоследок? — насмешливо бросил он мне в спину.

Все же ехидства лорду Блэквуду не занимать. Впрочем, и у меня был свой душевный зуд. Что-что, а последнее слово я люблю оставлять за собой.

— Хорошее отношение к людям — больше, чем просто привычка, — вытащила я из памяти очередную присказку старшей леди Лавлейс. — Это как солнце, которое наполняет теплом не только сердца других, но и ваше собственное…

Лорд Блэквуд по-доброму рассмеялся и покачал головой, возвращаясь к бумагам. А я выскочила из библиотеки со странно-тревожным чувством в душе. Тем самым, о котором не хотела думать, но втайне наслаждалась. Это-то и пугало больше всего.

Глава 9. Охота

 В начале ноября осень окончательно завладела Золотыми холмами. Багровели кронами парковые деревья, дневное солнце по-прежнему ярко светило в окна, однако в воздухе уже чувствовалось ее холодное дыхание. По утрам замковый сад укрывался туманом, как невеста вуалью, а големы не успевали убирать опавшую листву с мощеных дорожек.

После каждого занятия Беатрис сбегала в свою оранжерею, чтобы подготовить растения к зимовке. Часть она пересадила в кадки и упросила Тони перенести их в пустой коридор, который вел к кабинету леди Блэквуд. Другие, не столь теплолюбивые или слишком крупные, необходимо было связать бечевой и, закутав в мешковину, укрыть лапником. Для помощи с этим занятием лорд Блэквуд даже выделил ей одного из молодых егерей, однако было очевидно: спустя несколько лет в Золотых холмах появится собственный зимний сад.