Януша Флейман – Наверное, звезды сошли с ума (СИ) (страница 27)

— Шания, я правда не могу отказаться от Малийи в качестве элрены. Пойми, я — император. И не могу жить только своими желаниями. На Джерре свято чтят все законы и правила. Я не могу их нарушать, иначе потеряю доверие своего народа. И в чем тогда будет смысл моего правления?!

Прикрыла глаза и прислонилась спиной к двери. Не хотела смотреть в его глаза, где-то на подсознании чувствуя, что могу согласиться и рискнуть. Понимала, что таким выбором просто искореню все то, что во мне есть от землянки, но, с другой стороны, если я хочу стать манулкой, мне придется чем-то поступиться. Но такая цена была слишком высокой. Тем более, что я до конца не понимала его чувств ко мне. Если это просто какие-то инстинкты, то на смену им рано или поздно могут прийти другие. И я снова должна буду приспосабливаться. А не слишком ли это много для меня одной?!

Открыла глаза и посмотрела на него в упор:

— Сайджел, ты хоть что-то чувствуешь ко мне, помимо инстинктов? Появилось ли в тебе что-то новое, чего не было раньше по отношению к другим женщинам?

Ждала несколько минут, но так ничего и не услышала. Он просто молча вглядывался в меня, будто видел впервые.

— Сайджел, ты ждешь от меня слишком многого. А в замен даже не можешь быть полностью честным со мной. Прости, но того, что ты предлагаешь, мне недостаточно. Дай мне хоть какую-то надежду или оставь меня в покое!

И я ушла, стараясь удерживать голову высоко поднятой. Хотя всю дорогу до спальни никак не могла понять, зачем мне нужна эта дурацкая гордость, если рядом со мной нет мужчины, который мне так необходим?! Ведь гордость не поцелует, не прижмет к себе и не согреет… Так почему я за нее цепляюсь изо всех сил?!

Вошла к себе в комнату и подошла к окну. Взглянула на ночное небо, на ярко сияющие звезды… И улыбнулась…

Скорее почувствовала, чем услышала, как открылась дверь в мою комнату. Как всегда, без стука. Сердце запело в предвкушении.

Мою талию обвили сильные мужские руки. Крепкое тело тесно прижалось ко мне сзади. И снова жадно вдохнули запах моих волос.

Кажется, я уже привыкла к тому, что Сайджелу нравилось так делать. А я ничего не имела против.

Хотелось тоже проявить хоть какую-то нежность по отношению к нему, но я сдержалась. Просто ждала того, что он скажет. Я всем своим существом чувствовала, что император, наконец, понял, что мне от него нужно. Помимо разрыва помолвки, разумеется. На это я уже и не надеялась. И, кажется, смирилась…

— Думаю, это не просто инстинкт, Шания, — выдохнул он мне в волосы.

Начало мне пришлось по душе. Хочу еще.

Ободряюще погладила Сайджела по руке. И он продолжил:

— Когда долго тебя не вижу, возникает потребность пойти и отыскать.

Хорошо!

— Это называется «скучаю».

И я положила голову ему на плечо.

А император продолжил говорить:

— Я нуждаюсь в том, чтобы ты постоянно находилась рядом. Когда мы не можем найти общий язык, и ты уходишь, мне становится… очень неспокойно и некомфортно. Возникает потребность увидеть тебя, чтобы знать, что ты не сбежала. Бывают моменты, когда не могу думать ни о чем и ни о ком, кроме тебя.

— Наверное, это можно назвать «тоскую».

И я подняла руку вверх, доставая до его лица и ободряюще поглаживая. А сама продолжала смотреть на звезды, затаив дыхание.

— Шания, ты для меня значишь гораздо больше, чем кто-либо другой. Ты самая красивая и самая лучшая во всем. Если бы имелся хотя бы малейший шанс избежать помолвки, поверь, я бы сделал это… Твои слезы и обиды оказывают меня очень тяжелое воздействие. А еще, я никогда не испытывал такой жажды контакта с женщиной. Только с тобой.

— Будем считать, что ты «восхищен мною» и еще… «хочешь меня до безумия».

Конечно, в голове крутились и другие варианты, но почему-то решила выбрать именно эти. А в качестве поощрения медленно провела рукой по его бедру. В ответ Сайджел теснее прижался к моей пятой точке. А затем выдохнул мне в шею:

— Значит, я скучаю и тоскую по тебе, восхищен тобою, а еще хочу тебя до безумия. Правильно?

Еще как!

— Правильно.

Повернулась к нему и, сцепив руки за шеей, наклонила его голову вниз, впиваясь в губы жадным поцелуем. Как же приятно! Оторвалась, но далеко не отстранялась:

— Ммм, ты находишь меня вкусной? — не могла не спросить.

Его глаза засверкали еще сильнее:

— Никогда ничего не пробовал вкуснее.

О да, малыш! Ты, безусловно, сдал этот экзамен!

И с той ночи я стала полноценной эланией своего манульца. Вернее, в эту красивую обертку я просто завернула свой статус любовницы.

Не знаю, осуждает меня кто-то или поддерживает, не важно. Я снова купалась в счастье! И каждый раз отдавалась императору, будто в последний.

Не думайте, что я полностью смирилась. Это вряд ли. Где-то на краешке сознания пульсировала мысль о том, что меня надолго не хватит, что рано или поздно снова сорвусь. Но я гнала эту мысль подальше. Мне до упомрачения нравилось находиться в том раю, в котором я пребывала. Я нанизывала на нитку каждое мгновение, проведенное с Сайджелом, будто собирая для себя счастливые бусы. Хотя, опять же, понимала, что когда-то, возможно, мне захочется на них просто взять и повеситься.

Не представляла себе, как смогу пережить свадьбу Сайджела и Малийи. Но пока до нее оставалось шесть недель, я хотела, чтобы они были посвящены только мне одной. Каждый день, каждая ночь…

Не знаю, что стало настоящей причиной того, но на следующий день после нашего разговора Малийя уехала. Но я только радостно пожелала ей счастливой дороги. Про себя, разумеется.

Да и вообще, поняла, что Сайджел очень старался, чтобы моя жизнь стала гораздо лучше и счастливее.

Он занялся поиском моей родни, заставил сдать кров на анализ для определения схожего ДНК. Одаривал меня разными украшениями и другими подарками. Исполнял почти все мои прихоти.

Император стал практически образцовым мужчиной. Лучшего для себя я не могла даже представить.

Каждую ночь мы проводили вместе. Он уже совсем не скупился на ласку и мог довести меня до неистовства всего лишь парочкой прикосновений.

Думаю, многие в резиденции догадывались о том, что между нами происходит, но упорно делали вид, что им все безразлично.

Даже Стассия ни разу мне никак не намекнула о том, что ей что-то известно. Хотя я на миллион процентов была уверена в том, что она в курсе всего. Манулка не изменила своего отношения ко мне. Даже наоборот, мы с ней еще немного сблизились.

Я сшила ей красивое бальное платье более современного покроя, чем она привыкла носить. И оно ей понравилось. Мы часто гуляли со Стассией в саду, и она много рассказывала об истории и культуре манульцев. Я очень привязалась к этой женщине. Впрочем, как она ко мне. Я была уверена в этом.

С Триксеном мы пересекались редко, но он всегда был настроен дружелюбно. Насколько я поняла, Сайджел отдал ему часть своей работы, чтобы больше времени проводить со мной.

Так что, жизнь моя текла очень бурно и красиво. Но вечером, накануне праздника Переселения, ее поток сменил направление. И причина этого изменения явилась на порог столовой в шикарном черном платье.

Стараясь внешне оставаться равнодушной, я будничным тоном поздоровалась с Малийей. Она ответила тем же, хотя глаза и сверкнули недобрым огнем на мгновенье. Или это я просто накручивала себя?!

Следом за ней вошла Стассия и тоже на секунду задержала на мне свой взгляд. Теперь я еще раз убедилась в том, что ей известно абсолютно все. Но мать Сайджела снова ничем не показала своего отношения к происходящему. Просто объявила о начале ужина.

Вечером, приняв душ и надев новую розовую ночнушку, которую сшила себе совсем недавно, я нервно мерила шагами спальню, ожидая прихода Сайджела.

Где он? Чем занят? Кто с ним рядом?

Вот они — последствия моего согласия стать эланией. Но я старалась принять их достойно. И, в любом случае, ни о чем не жалела. Ведь за эти две недели познала столько счастья, сколько мне и не снилось.

Когда Сайджел, наконец-то, вошел в мою спальню, я снова смотрела на звезды у окна. Замерла, но тут же заставила себя расслабиться. Я не буду ни в чем его упрекать. Пусть все идет так, как должно.

Император привычно обнял меня, пристроившись сзади. И я улыбнулась. Все хорошо! Он со мной!

— Я скучал и тосковал, — произнес он мне на ушко.

— И все? — переспросила я, подыгрывая ему.

— Я мечтал о тебе весь день, — это мне выдохнули на другое ухо.

Да, кстати, мы уже немного разнообразили словарь чувств и ощущений Сайджела.

— И что же ты теперь сделаешь со мной? — потерлась ягодицами о его пах.

— Заставлю молить о пощаде, — и он прикусил мое ушко.

— Вот как?! — игриво переспросила я и сжала через брюки его член.

Сайджел обхватил ладонями мою грудь, потерся о меня всем телом и прошептал:

— Именно так.

Это было что-то новенькое! Раньше в такие игры мы не играли. Интересно, что бы это значило?!