Янка Рам – Жена моего брата (страница 2)

– У тебя совсем с башкой проблемы, Дэм?!

– Скажешь, повредил руку, был в травматологии. Телефон оставил у меня в офисе. Про звонок Злате – ничего не знаешь, только с моих слов. Пусть прислуга наложит повязку. Девка твоя пусть испарится.

Забираю его телефон. Верну ему завтра при Злате.

– И… не смей, скотина, к ней прикасаться, пока не сдашь анализы. Не дай Бог заразишь.

– Да предохраняюсь я! Что я – идиот?!

– Идиот. Принесешь мне анализы, вот от этого врача, – протягиваю ему визитку своего инфекциониста. – Злату успокой. И будь убедительным, понял? Мне она не поверила. Пошел вон!

Закрыв глаза, слушаю, как он поднимается по лестнице наверх. К ней…

Меня передергивает от отвращения и бешенства. Его надо срочно от неё дистанцировать. Иначе я сорвусь и…

Вот так бывает, Черкасов. Когда ты можешь взять от этого мира все, кроме того, что по-настоящему желаешь.

Присаживаюсь за стол. Открываю верхний ящик. Четыре стандарта разных таблеток. Если через три месяца диагноз подтвердится, их будет уже не четыре, а двадцать четыре. Хоть стреляйся…

Закидываю горсть таблеток в рот. Это иммуномодуляторы. Пока что ничего убийственного.

Достаю файл с распечатками результатов анализов на ВИЧ. «Антитела – положительно». Никто не знает про это. Мой врач уверен, что тест ложноположительный. Перед анализом мне ставили вакцину в связи с отлётом в Египет. Но…

У одной из моих бывших любовниц, как оказалось, СПИД. Поэтому – далеко не факт, что ложноположительный. И нужно ждать полгода для контрольного обследования, чтобы получить достоверный и однозначный результат.

Я жду этой казни или амнистии уже три месяца. Ровно столько же, сколько я знаком со Златой.

И именно этот грёбанный диагноз, свалившийся кирпичом на мою голову, не позволил мне тогда включиться в происходящее и вырвать её из рук брата. А теперь, не смея приблизиться, наблюдаю за тем, как её жизнь разрушает этот бестолковый баран.

Эта дрянь не передаётся через касания. Но я не могу себе позволить даже прикосновение. Не могу! Мне страшно её заразить.

Открываю нижний ящик. Там фотки. Целая пачка.

Достаю, пролистывая одну за другой. Злата…

Вот эта фото. Это когда я первый раз увидел её. С камеры наблюдения. Потрясающе красивая девочка! Веду пальцем по её лицу. Закрывая глаза, улетаю в тот день.

Глава 2

Золотая девочка

– Родион, – оттягиваю я брата от какой-то развязной хихикающей тёлки. – Отец велел приехать в наш ресторан. У нас сегодня будут важные гости.

– Эй, ну… – недовольно. – Сегодня вечеринка в мою честь!

– Вперед! – стимулирующее хлопаю ему по спине. – Повеселятся без тебя.

Только и умеет, что просаживать бабки на этот бесполезный бомонд!

– Какие гости?… – оглядывается на свою спутницу.

– Наши инвесторы.

– Зачем нам инвесторы?

– Дела в последнее время идут плохо. Без привлечения сторонних капиталов мы окажемся на дне. Да мы уже на дне!

– А мне казалось всё в ажуре.

– Если бы ты занимался делами, а не тусовался, то знал бы настоящее положение вещей. Мы можем всё потерять. Поехали…

Я редко пользуюсь услугами водителя. Люблю сидеть за рулём сам. Но сегодня было несколько важных, но неформальных встреч и во мне слишком много «горючего».

– Дай сюда, – вырываю из рук брата фляжку с вискарём. – Хватит!

– Я-то там зачем, брат?

– Условия инвестирования очень тонкие. Один из нас должен жениться.

– На инвесторе? Это тёлка? Молодая?

Скептически смотрю на него. Достаю сзади аптечку. Кидаю ему на колени стандарт абсорбент глюкозы и витамина С.

– Жуй.

Брезгливо смотрит на стандарты.

– Втромбую сейчас силой. Прямо с упаковками.

Не выношу, когда мои разумные распоряжения не выполняются. И он это знает. Недовольно вздохнув начинает распечатывать таблетки.

– У нашего инвестора четвёртая степень онкологии. И еще молоденькая внучка на его попечении. Если она останется одна, шакалы из нашего бизнеса все у неё отнимут.

Металл – жёсткая тема, где грань между бизнесом и криминалом давно и безвозвратно стёрта. Молодой девочке там не выжить. Там нужны стальные причиндалы и решительность – преступать закон, когда это необходимо, адекватно отвечая на инсинуации конкурентов. Нужна сеть своих людей в инстанциях, которые за деньги помогут со всеми бюрократическими препонами. И мозги, конечно же, чтобы предугадать рынок и ходы конкурентов.

– Он хочет подстраховать девочку удачным браком с сильной семьей, которая давно в бизнесе. Принуждать ее не станет. Мы с тобой не единственные претенденты и выбор за ней. Поэтому наша задача сделать так, чтобы она захотела этого.

– Красивая?

– Какая разница?! – рявкаю я. – Мы потеряем всё! Всё в залоге! Нам нужны эти деньги. Последняя партия товара стоит на таможне. Нужны бабки! Любой ценой. И будь она хоть бегемотом, мы оба сделаем всё, чтобы она пошла на этот брак. Усёк?!

– Мда… перспектива – отстой.

– Очаруй её.

Водитель паркуется у здания нашего холдинга. На первом этаже – ресторан. Пока еще наш. Я увожу Родиона через чёрный вход. Слежу, чтобы умылся и выпил крепкий кофе с лимоном. Выпиваю свой. Мне тоже не повредит. Смочив руки водой, веду по волосам.

Фак! Я вообще не про очаровать женщину. Ну, не до этого мне! Я просто предлагаю выгодные условия той, что мне приглянулась. Стараюсь выбирать зрелых, которые давно определились с ценой, и не будут ожидать танцев с бубнами вокруг себя. И готовы доставлять удовольствие мужчине так, как это хочется ему. Но это явно не тот случай.

Родион смазливее и моложе, легче, к тому же, мастер съёма. Очень надеюсь, что выбор падёт на него. Смотрю в глаза своему отражению. Лицо огрубляет когда-то сломанный в драке нос и бровь, перебирая шрамом. И паспорт мой говорит о том, что я припозднился с браком. Я точно не впишусь в розовые фантазии еще вчерашних школьниц. Это не мой блиц-криг.

– Идём, брат.

Ресторан закрыт для посторонних, в вип-нише, за пеленой стеклянных бус несколько силуэтов.

Официант отводит бусы, открывая нам вход.

– Добрый вечер, – захожу я первым.

– Мои сыновья, – представляет нас отец. – Демид и Родион.

Не бегемот…

Мы с девушкой смотрим друг другу в глаза. Её красивые, естественные губы трепетно вздрагивают. Поправляет гладкую пелену волос, отводя за плечо.

– Родион, – вижу боковым зрением, как брат здоровается со стариком.

С усилием отвожу взгляд от нашей невесты.

– Демид, – тоже тяну руку для рукопожатия.

– Иван Михайлович.

Старик плохо выглядит. Но держится хорошо. На предплечье порт для инъекций, заклеенный пластырем.

– Очень приятно, Иван Михайлович.

Присаживаюсь напротив девушки. Опускаю взгляд, прислушиваясь к себе. Уголок моих губ дергается в усмешке. Не над ней. Над самим собой. Потому что моё ленивое и равнодушное сердце вдруг решило постучать в полную силу.

Она смущённо отводит взгляд, скользит по лицам за столом, останавливаясь взглядом на Родионе.