Янка Рам – Сбежать от Питбуля и Булочки (страница 4)
- Давай, я тебе игрушки достану, и ты начнёшь без меня?
- Да-да-да!
Вытаскиваю коробку с пластиковыми игрушками. Прячу повыше гирлянды.
- Мамочке понлавится? - вешает на ёлку игрушку.
Ухожу от ответа, делая вид, что переписываюсь по телефону.
Приближается сокрушительный звездец. Что я ей скажу в новогоднюю ночь?
- Ариш, дед Мороз может к нам отправить и другую Снегурочку. Если мама, - это слово у меня всегда с пренебрежением выходит, - будет очень занята.
- А ты скажи ему - чтобы не занята, - поднимает на меня наивные синие глаза.
Поглядываю на часы, помощница по дому задерживается. А мне её ещё уговаривать с дочкой посидеть!
- А как маму мою зовут? - неожиданно спрашивает дочка.
- Мамой...
Зовут её маму Мариной. Но зачем ей эта информация?
- А что если она нам просто позвонит, Ариш? На новый год.
- Это нечестно! - бросает игрушки. - Я хавошей была, я хочу подалок! Маму.
- Я тебе какой хочешь подарю, - присаживаюсь перед ней, - но этот не могу обещать. Не в моей власти.
Бросает игрушки, отворачивается. У меня болезненно горит в груди от этого. Но как-то же надо её подготовить к тому, что мамы не будет.
Я против насилия над женщинами. Но иногда... Хочется втащить, надо признать. Вот за такое вот.
- Где же тётя Катя? - выглядываю в окно.
Набираю сам. Телефон недоступен. Приплыли... Дальше ждать возможности нет. Что вот мне делать?!
- Одевайся, Ариш.
- А ёлка?
- Позже.
Прихватив дорогую кожаную сумочку, оставшуюся, в наследство от матери, дочь послушно собирается.
Уже в темноте подъезжаю к дежурке. Через дорогу мой УВД.
- Я тут поиглаю? - с любопытством смотрит дочь на старый манекен в фуражке, сидящий на месте дежурного.
- Давай, - оставляю её за стойкой с манекеном.
Прохожу дальше.
- Вечер добрый... - оглядываю дежурку.
- Здорово, Касьянов. Вот держи... - протягивает мне бумаги пожилой прапор.
Опускаю глаза на бумаги. Читаю кусок из середины.
- "Воткнула в ногу полковнику полиции вилку"? Нашему полкану, что ли? - поднимаю взгляд.
Вспоминаю, что хромал.
- Ему.