Янка Рам – Роман с подонком. Вторая попытка. (страница 6)
Я молчу, обтекая. Ну пиздец, ведь? Обтекаю и в прямом смысле. Льёт...
- Ян... что-то фокус не удался, - тянет меня назад брат. - Надо утра дождаться. Пусть все остынут. Мы без тебя придем, пообщаемся.
- Нет. Я хочу увидеть Аглаю сейчас! - рявкаю я, разворачиваясь снова к Петровне. - Может, я и виноват! Но вы что, не понимаете, что она переживает?
- Допереживалась уже.
- Где она?
- Не твоего ума дело.
- А чо вы так со мной разговариваете?!
Со мной так даже мои родители... даже дед не разговаривает! Словно я ничтожество. Да вообще никто себе такоего не позволял!
Срываюсь вверх на крыльцо.
- Я все равно ее увижу.
Парни стаскивают обратно.
- Аксёнов...
- А как Вас зовут? - вежливо улыбаясь, делает шаг вперед Платон.
- Тамара Петровна, - недовольно.
- Прекрасная Тамара Петровна... - благодушно.
- Сейчас оглоблей по хребту получишь, - недобро.
- Ладно-ладно! Уважаемая. Беда у нас. Наш косячный друг влюбился. А вы же знаете, влюбленные, они как пьяные. Он же сейчас вразнос пойдёт. Деда взбесит. Один в больнице, второй на нарах. Давайте не допустим?.. Ну пусть с девочкой поговорит. Он же ничего плохого не хочет. Он ей вот...
Вытаскивает из машины корзину с цветами. Ставит перед фарами.
- Из Москвы вёз. Он перед ней за свои косяки ответит. Всё исправит. Да, Аксёнов? - пихает меня в бок.
- Дыа, - цежу зло.
- Он Аглаю любит, - добавляет Макс. - Просто у нас в семье дефект в речевом аппарате - сказать нормально не получается.
- Уехала Аглая. Не дождалась твоего букета. Неприятно ей здесь людям в глаза смотреть, после твоего языка грязного.
- Тамара Петровна... не было никакой грязи, - даю я заднюю. - Дайте, пожалуйста, номер Аглаи. Или адрес. Хоть что-то... Ей же нельзя одной в городе.
Вытираю капли с лица.
- Ты ж ее телефон утопил. Нет у нее пока номера, - вздыхает.
- Да, блять...
Реально же утопил.
Устало сажусь на ступеньку. Холодно. Петровна приоткрывает дверь.
- Щаз я... провожу их, - переговаривается с дедом. - Ну куда им деваться теперь-то? В темноте по реке снесет, утопнут. Дети еще... хоть и лбы здоровые.
Петровна уводит нас к себе в дом. Топит печь, дает сухие простыни. Нашу одежду развешивает над печью. Жарит нам картошку.
Пацаны стонут от удовольствия, сметая все, что она выставила нам на стол. Мне в горло не лезет.
Я Аглае обещал, что она никогда не останется с городом один на один...
Про Аглаю Петровна отмалчивается. Я ловлю ее взгляд, словно там можно что-то прочитать. Когда уходит, догоняю на крыльце.
- Тамара Петровна... куда уехала? Ну, пожалуйста...
- Кто ж её теперь знает? - вздыхает. - Должна была к племяннице моей, в Москву. Да не доехала. Телеграмму только отправила, мол, все хорошо, не волнуйтесь, устроилась. Спи, ложись...
- Как спать-то?
- Вот как бросил ее, так и спи теперь! - ругает опять.
- Я не бросал. Я ей написал, что приеду. На печи углем. Чтобы дождалась.
- Так это ты печь разрисовал?! А я думаю, кто ж такую пакость сделал. Побелила...
- Это было послание на английском! - закатываю глаза. - Она должна была понять. Она прочитала??
- Откуда я знаю?
- Что она говорила?
- Ничего не говорила. Плакала...
Сжимаю зубы, играя желваками.
- Чего она плакала?! - злюсь я. - Зачем уехала? Куда??
- Ну не знаю я, где она. Спи... Вон, дед с фонарем уже идет за мной.
Ворочаюсь полночи. Но с утра встаю с ясной головой. Что могу, сделаю...
Организую своих мажоров на квест - помогаем с дровами. Слуг тут нет. Работу оплатить некому. В деревне одни старики. Поэтому, сами. Под руководством Петровны распиливаем несколько бревен. Переносим под навес "чурки". Перевозим кое-какую мебель Петровны на машине. Заносим в дом. Там цветы мои у кровати Аглаи...
Все это молча.
Дед со мной так и не разговаривает. С пацанами - да, по их инициативе, по делу. Смотрит на нас хмуро. Но ружьем больше не машет.
Пока никто не видит, зачем-то забираю со спинки кровати тонкий белый сарафан, в котором привык видеть Аглаю здесь. Он пахнет как ее волосы...
Едем за лосенком. Он заметно подрос. Классный... Усыпляем по инструкции ветеринара. Забираем. Под Москвой нас встретит сотрудник заповедника и заберет его.
Петровна на прощанье тихо впихивает мне завернутые в полотенце беляши и бумажку с телефоном ее племянницы, на случай, если Аглая дойдет до неё.
Подхожу к деду.
- Когда я ее найду, мы вместе приедем.
Дед расстроенно машет на меня рукой, уходит в дом.
- Если приедет... - отдаю новый телефон Петровне.
Уезжаем.
Макс с Платоном наворачивают беляши, сочно воняя ими на всю тачку. Не чувствую голода. Желудок сжат в ком.
- Нахера она уехала-то?! - психуя, вдалбливаю кулак в панель. - Зачем? Я же ей сказал!.. Всё сказал! В глаза ей стыдно смотреть! - плююсь ядом. - Похеру должно быть!! Меня надо было слушать! Ждать! Что за пиздец-то?!
- Веди ровнее.
- Я ровно веду! - чуть выравниваю тачку на трассе.
Макс хмыкает.
- Когда ровно ведешь, женщина на ходу не выпрыгивает.
Все дохуя умные такие!