Янка Рам – Мы – сводные (страница 19)
- Чем могу, - разводит руками. - Дала бы больше, но я же "нищеброд". У меня больше нет. Но я заработаю, еще тебе принесу. Может тебе на лечение мамы надо, поэтому ты не брезгует ничем.
Машинально сгребаю купюры, подношу к глазам. Что это было?
В недоумении снова поднимаю на нее глаза.
- Чего ты сказала? - внутри все горит от смешанных болезненных чувств.
Оттолкнувшись от борта, она прыгает в воду. Меня окатывает каскадом брызг.
Подскакиваю на ноги.
- Зараза!
Разглядываю, как ее мокрые волосы словно лучи тёмного солнца расплывается по воде.
- А ну-ка вернись.
Перехватывает плавающий на воде поплавок, в форме гибкой трубы и ложится на него спиной. Игнорируя меня, отплывает в центр бассейна.
Ну в морду же ей не дашь за такое? Девчонка всё-таки. Что с ней делать?!
- Ты чего мокрый? - со смешком подходит со спины Макс. - Дельфины?
- Ага... Охреневшие... - сжимаю в руках купюры. - Потерявшие края дельфины.
Глава 15 - Надо как-то выживать!
Сердцеедка и соблазнительница из меня так себе. Никогда не пыталась... Наоборот, всегда уклонялась от этой стороны общения с парнями. И сейчас это всё выглядит очень вынужденно и ущербно, как мне кажется.
Да и настроение у меня совсем не то.
Семён. После того, что высказала ему, кровь продолжает кипеть, лицо полыхает.
Я ищу мотив. Не у всех, кто был в этом чате. А именно у него. Он для меня реальный, ощутимый. Они - пока нет.
Месть мне? За что?..
Деньги? Мало тебе денег?...
В чистое зло ради зла, я, наверное, не верю.
Быть может, всё-таки единственная моя догадка верна? Если он сказал правду, и все деньги, бизнес, дом принадлежат его маме... Что если она тяжело больна, и старший Решетов не хочет её лечить? Из корыстных побуждений. Чтобы всем завладеть.
Чем она больна? Деньги нужны ей? Может поэтому он такой жестокий и равнодушный?
Это тревожит меня...
И мои улыбки, адресованные Рафаэлю всё время стекают с лица.
Я еще не знаю, что делать с Дагером и как делать. Я только лишь хочу остановить эту игру навсегда. И Дагер будет жертвоприношением, которое это всё остановит. Как? Не знаю...
Мне как Страшиле в известной сказке не помешало бы немного мозгов от Гудвина. А лучше много.
- Ася... - перехватывает мои пальцы в воде Раф. - О чем думаешь?
О чем я думаю?
Внимательно смотрю ему в глаза. Этот - тоже реальный.
- Я думаю, Рафаэль, что ты замечательный парень. Очень отзывчивый, честный, смелый! Наплевав на мнение толпы, сам решаешь с кем тебе общаться, а с кем - нет. Это очень важно для парня - не поддаваться влиянию толпы. Это делает его мужчиной. Так мой папа всегда говорил. Он говорил - собаке, лающей в стае вожаком не стать.
Рафаэль не моргая смотрит мне в глаза.
Ну должно же там быть что-то человеческое в его красивых глазах?!
Неужели тебе не стрёмно, Раф, слушать это от меня? Неужели не цепляет?! Я бы умерла от стыда!
Взгляд стеклянный...
- Спасибо тебе за поддержку, Рафаэль. Можно я тебя обниму?
"Ну, пожалуйста, пусть в тебе будет человек!" - умоляю я его про себя, продолжая давить.
- Ааа... - растерянно. - Конечно.
Густые ресницы падают вниз, пряча взгляд. Ломая себя, обнимаю его за шею. Не просто обнимаю, а максимально искренне, пытаясь отыскать под всем этой циничной броней, что-то живое. Может, их всех надо размораживать в этом царстве снежной королевы?
Обнимаю, глядя в ледяные глаза наблюдающего за нами Семёна.
Чувствую грудью, как колотится сердце Рафаэля. Отстраняюсь, заглядывая ему в глаза.
"Давай, скажи мне, пожалуйста, про этот жестокий спор. Скажи, что ты сожалеешь!"
Но я же наивная дура, да? Так не будет.
Вместо этого, Рафаэль закрывает глаза и его губы приближаются к моим. Накрываю их ладонью.
- Почему?..
- Мм... у меня помада. Мы все измажемся.
Темная помада - тактический шаг. Никаких поцелуев!
- Да плевать вообще...
- Мне - не плевать, - закусываю губу. - В школе запрет на выражение чувств. Уверена, ты не хочешь, чтоб у меня возникли неприятности или какие-то позорные публичные разборки. Мне и так здесь непросто... Если бы не ты, хоть вешайся.
Заметив идущего мимо охранника, делаем оба шаг назад, увеличивая дистанцию.
- Мне пора... - сбегаю, поднимаюсь по лестнице вверх. Чертов купальник немного просвечивает! Нужно было выбрать чёрный, а не белый. Но мне показалось, что белый будет привлекательнее. Привлекла, так привлекла! Парни на шезлонгах откровенно пялятся. Кто-то присвистывает. Один из них охватывает от сидящей рядом девушки подзатыльник.
И я, рдея как спелый помидор, иду к своему полотенцу. По пути стираю с губ свою пошлую помаду тыльной стороной руки.
На моих вещах лежат мои мокрые купюры. Спасибо, что вещи не плавают в бассейне. Я не исключала такого исхода. Но - нет.
Одевшись, спешу в общежитие. В мокром купальнике холодно. В дверях стоят два парня, развязно смеясь и спорят о чем-то.
- Я могу пройти?
Не сдвинувшись, оглядываются на меня как на пустое место.
- Эй! - развожу руками.
Кофта вся уже мокрая от стекающей по волосам воды, даже через накинутое на плечи полотенце.
- Кто здесь? - закатывает глаза один.
- Никто... - фыркает другой. - Никого нет.
Мою грудь переполняет от возмущения. Могла бы - дала обоим в морду!
Наверное, слишком много на меня сегодня свалилось и нервы окончательно сдают.
Но не сметь рыдать, Устинова!
С яростью и чувством внутреннего удовлетворения делаю шаг между ними. И резко кручу головой в из стороны в сторону, стряхивая воду с волос. Мокрые длинные плети летят им по лицам.
- Глаз, дура! - хватаясь за лицо, сползает по косяку один.