Янина Веселова – За пределом (страница 42)
- Вот и все, - закончив, снова часто заморгала, задышала тяжело - душили слезы.
- То есть Блез тебе приснился?
- Да, - совсем тихо ответила она. - Только знаешь что… Когда Лаванда разбудила нас, у Летти на голове был маковый венок…
- Ясно, - Магнус спустил ноги с кровати. - Пошли на кухню, поговорим, чайку попьем.
- Я не хочу, - отказалась Надюшка. - Завтра вставать чуть свет.
- Надо, - подхватив жену на руки, отрезал он. - Сейчас бахнем по стаканчику, обсудим все, а уж потом баиньки.
Зная, что спорить с мужем бесполезно, Надя не сопротивлялась. Она позволила усадить себя за стол и стала наблюдать за тем, как он сервирует чай.
Первым делом Магнус бухнул чайник на плиту, потом выставил на стол кружки и застыл в задумчивости.
- Ага! - обрадовался неведомо чему и скрылся в кладовке, чтобы через минуту вернуться, держа в руках бутыль вишневки и окорок.
- Эээ… - потянула Надюшка обескураженно.
- Понял тебя, цветочек. Все будет сей момент, - очень деловито пообещал Магнус и опять нырнул в кладовку. - Вот, вот, вот и вот! - подмигнул он, вернувшись.
А на столе тем временем появились ватрушки, зеленый лучок, оливки, копченая кефаль и вареные яйца.
- Я рыбу на салат планировала, - Надя задумчиво почесала нос, который ее никогда не подводил - чуял пьянку мало не за неделю.
- Хозяюшка моя, - похвалил Доу и набулькал ей наливки. - Окорочок бери, - принялся пластать мясо. - И до дна! А после поговорим на трезвую голову.
- Так вставать же…
- У тебя помощников полный дом, неужели не управятся?
- Магнус…
- Хватит уже! Пей, я сказал! И слушай! И не спорь.
- Твое здоровье, - Надя помахала рукой трезвости.
- Твое, - набулькал и себе из графинчика Доу. - Закусывай теперь. И молчи Единого ради.
Лихо опрокинув в глотку содержимое своего стакашка, Магнус крякнул и закусил ватрушечкой.
- Мать моя была женщиной удивительной. Мало того что хороша собой несказанно, так еще и добра, и благочестива. А голос? Надин, если бы ты только слышала ее пение, эх… Но все это мелочи, цветочек, потому что мама была проклята.
- Ох, - Надя прикрыла ладошками рот.
- Нет, - посмотрел на жену Магнус, - ты все неправильно поняла, родная. Маму никто не проклинал, и она ничем не болела. Единый судил ей стать волшебницей, феей, материальным духом жизни. Для кого другого это было бы счастьем, но только не для представительницы нашего клана.
- Почему?
- Магия в Алеене служит королю и гильдиям…
- Я помню.
- Помнит она, - Доу усмехнулся и снова наполнил стаканы. - Цветочек ты мой нежный… Если бы дознались со стороны, смерти ей было бы не миновать. Из клана не уйти - и без чудес жить не получится. То цветок какой оживит, то бельчонка, то приговоренного к смерти. Ты пей, Надин, пей… Конечно будь мама простой горожанкой, отдали бы ее в монастырь и всех делов. Стала бы святой почище Кармеллы. Да… А к палачам святость не пристает! Не положено ей!
Магнус выпил и замолчал надолго, на жену не смотрел, а та сидела ни жива ни мертва.
- Прятали ее дар долго. Сначала родители, потом отец, а там и я подключился. И не уследили. Ты, пей, Надин, и не плачь. Хотя я тоже плакал, я и сейчас…
- Они ее… - Надюшка никак не могла выговорить страшное слово, - убили?
- Щас тебе! Маму заставили лечить по приказу, велели выводить цветочки на потеху королеве, и ядовитые ягодки на пользу ее венценосному супругу. А чудеса по приказу не делаются! - он грохнул кулаком по столу. - Они от сердца идут! Вот она и не смогла, перегорела, высохла вся, пеплом покрылась, слегла. Три года мама болела прежде чем… - Магнус потряс своим графинчиком, не сразу сообразив, что он пустой. - Ладно, цветочек, не о том разговор. Тогда в лесу я поначалу психанул, а потом решил послушать рогатого. Ну а тот увидал во мне волшебную кровь и предупредил, что мамин дар скорее всего перейдет к моим детям. К девочкам.
- Поэтому ты и не рассердился, узнав про Летти?
- Я обрадовался. А еще возблагодарил Единого за то, что послал мне тебя. И не спорь, - видя, что она открыла рот, прикрикнул Доу.
- Не буду, - придвинула стул поближе к мужу Надя. - А ты не шуми, дочек перебудишь.
- Их из пушки не поднимешь, - Магнус поцеловал ее в макушку. - Так что не переживай, цветочек, Летти в дубраве хорошо будет. А не захочет к башахауну идти - придумаем что-нибудь. Я уж грешным делом хрен к носу так и сяк прикидывал… Что ты смеешься?
- Представила.
- Чего? - недопонял подвыпивший Доу.
- Сам знаешь что.
- Бесстыдница.
- Уж какая есть. Мучайся теперь со мной, - лукаво улыбнулась Надюшка. - Так что ты надумал? - уже серьезно спросила она.
- Есть варианты, - Доу в подробности вдаваться не стал. - Но в любом случае неволить Вайолет я не стану.
- Ты у меня молодец. Умный красивый надежный любимый.
- Говори, говори, мне нравится, - расплылся в довольной улыбке Магнус. - А нет, постой, - погрозил он пальцем. - Признавайся, в чем провинилась?
- Я вроде тебе уже все рассказала, - хмель все-таки стал завладевать ею.
- Все? А чего ж хвалишь тогда? Бланш бывало…
- Дурак! При чем тут твоя Бланш! Я ему про любовь, а он про первую жену!
Магнус на это крякнул, разулыбался и потащил жену на колени.
- Пусти! - шепотом ругалась она. - Алкашина алеенский! Уронишь!
- Ни за что, - доверительно сообщил Доу.
- Магнус!
- Чшшш! Тихо! Я ведь думал, что любил ее, - сжав Надюшку так что ни охнуть ни вздохнуть, заговорил он. - Оказалось, ни хрена подобного! Одна ты кругом. Наваждение мое, дурман трава. Случись с тобой что - сдохну. Поняла ли?
- Магнус…
- Поняла?!
- Что случилось?
- Может и ничего, - прошептал он куда-то в волосы жены. - Может зря тебя пугаю.
- Уже напугал, - призналась Надя. - Рассказывай теперь.
- Утром. Как там Нуфрий говорит: ' Утро вечера мудренее.'
- Издеваешься? - мрачно спросила Надюшка. - Я ж не усну. А давай я тебя попрошу как следует?
- Надин? - он удивленно посмотрел на жену.
- Ну а что? - расхрабрилась та. - Тем более, что ты обещал.
- Дело серьезное, а ты?..
- А я на все готова, - заверила Надя. - Только не на столе. Это моя принципиальная позиция.
- Злопамятная? Правильно, - одобрил Доу. А как хочешь? У стола? На стуле? У стены?
- Не знаю, - растерялась Надюшка. - Только, пожалуйста…