Янина Веселова – За пределом (страница 4)
' Я их щас прям жалеть начну,' - хотела съязвить Надюшка, но Армитидж уже вставил ей в рот специальный расширитель и ремешком притянул голову к столбу. А после, не обращая внимания на вопли, ухватил клещами язык.
- Целиком резать? - со злостью глянул на начальство.
- Раздвои, - откликнулся сморчок, глядя на девушку с жалостью. - Ей же жить как-то надо.
- Ага, - еще пуще озлился кат и, ухватив с жаровни раскаленные щипцы, быстро щелкнул, выполняя приказ. Что интересно, губ жертвы он не обжег.
***
- Управились с делами на сегодня, однако, - мэтр Дантри убрал свои драгоценные очки в блестящий лаковой кожей футляр и устало потер переносицу. - Осталось только девочку эту куда-нибудь пристроить.
- Куда? В бордель Жаннет? Или к веселой Мадлен? - освобождая рот бесчувственной девушки от расширителя, - поинтересовался Магнус.
- Почему сразу в бордель? - как-то ненатурально возмутился комендант. - Подумаем, прикинем хрен к носу…
- А куда ее такую? - ослабив веревочный узел, кат быстро развязал девушку и подхватил ее на руки. - Кому еще нужна змееязыкая пришелица?
- Кому-нибудь. Желающие на такую красотку найдутся. Вон какая краля. Ручки нежные, тяжелой работой не изуродованные. А кожа? А глазки? Кудри? Эх, где мои семнадцать лет? И не кривись, думаешь я не видел, что ты ее жалеючи бил?
- Так ведь… - Магнус покрепче прижал к себе девицу.
- То-то и оно, - согласился комендант.
- Разве можно такую и по рукам пустить?
Мэтр Бриан не сдержал улыбки при виде разговорившегося нынче Магнуса. А ведь в иные дни от него и словечка не дождешься.
- Сдается мне, что у тебя виды на эту красотку, - сказал он.
- Я уж год как вдовею, - сегодня красноречие Магнуса было не унять. - Тяжело одному. Жену нашему брату подыскать непросто. Ну вы сами знаете. А тут она. И главное подходит, по всем признакам подходит. А жениться я хоть сейчас готов. Чтоб значит все по-человечески. И потом, кто ж ее еще кроме меня вылечит? - кат приберег самый главный аргумент напоследок.
- Да любой, - подначил мэтр Дантри. - Рука у тебя легкая, инструмент чистый, так что инфекции нет. Лечи - не хочу.
Магнус не выдержал и аж рыкнул от возмущения, девушку, что характерно, из рук так и не выпустил.
- Ладно, забирай, - смилостивился комендант. - Только гляди за ней. Мало ли чего.
- Благодарствую, ваша милость, - обрадовался Магнус и взвалил свою добычу на плечо. - Я тогда к отцу Бенедикту забегу?
- Беги, дружок, - согласился мэтр добродушно. - Где мои семнадцать лет? - задумчиво повторил он, адресуясь к спине уходящего мужчины и не сомневаясь, что девицу сию, тот уже не отпустит.
ГЛАВА 2
Надя была уверена, что умерла и попала в ад. А что еще можно было подумать, когда тебя окружают человеческие черепа? Они скалятся со стен, подмигивают горящими в глазницах огоньками, маскируясь под люстру, раскачиваются на манер новогодних гирлянд. Они повсюду. Черепа и кости. Кости и черепа. И страшно, страшно…
- Мамочка, - позвала Надюшка, но из горла вырвался хрип, рот наполнился кровью, и вернулась боль.
- Пить хочешь, маленькая? - раздался над ухом низкий мужской голос. - Ответь.
Девушка кивнула. Перебить железистый вкус, поселившийся во рту, хотелось нестерпимо.
- Так не годится, - голос стал недовольным, и от этого у Нади заныла спина.
Чтобы не расстраивать его, она, захлебываясь болью, прохрипела: ' Да'.
- Умница, - смягчился самый важный на земле голос, и Надиных губ коснулся край чаши.
Девушка жадно глотнула и поплыла куда-то. Далеко-далеко. Мимо инкрустированных желтыми костями стен к теплу и свету.
***
Второй раз Надя пришла в себя от того, что тот самый мужской голос властно и даже зло звал ее по имени и приказывал открыть глаза. Не в силах противится, Надюшка собрала все силы и с трудом приоткрыла налитые свинцом веки.
- Очнулась, - послышалось обрадованное, и ее сгребли в медвежьи объятия.
- Хрр, - возмутилась Надя и распахнула глаза пошире, чтобы увидеть совсем рядом счастливую физиономию Ричарда, мама роди его обратно, Армитиджа. 'Какой назойливый глюк,' - отстраненно подумала девушка. ' А может и нет,' - распухший язык все еще болел.
- Очнулась, - повторил сердито. - Неделю без сознания пробыла.
- А?.. - говорить пока не получалось.
- Нервная горячка, - правильно понял мужчина. - Слабенькая ты у меня.
- Не-не-не, - Надюшка яростно замотала головой и попыталась освободиться.
- Ладно, - согласился клятый Армитидж. - Ты у меня сильная. С такой болячкой справилась и сразу своевольничать начала.
Его голос похолодел, и Надя затаилась испуганной мышкой, замерла и аж дышать перестала.
- Умница, - похвалил этот гад. - И красавица. С горячкой справилась, кожу на спинке зарастила. Покажи язык. Замечательно, - заглянув в послушно распахнутый рот, удовлетворенно констатировал он. - В общем еще пару дней полежишь и бегать начнешь. А сейчас выпей отвар и спи.
- Где я? - после пары глотков какой-то отдающей паренным веником бурды язык ворочался бойчее. - Кто ты?
- Ты дома, а я твой муж.
- Ри.. Ричард Армити… - сложные слова пока что выговариваться не желали.
- Магнус Доу, - вновь проявил догадливость мужчина. - И мой тебе совет: забудь этого своего Ричарда. Никого кроме меня у тебя не будет, - глыбой нависая над Надюшкой, прорычал он.
- Это совсем не то что ты… - против воли начала оправдываться Надя, старательно справляясь с заплетающимся языком, так и норовившим зацепиться за зубы.
- Допивай и спи. После поговорим, - отрезал проклятый Армитидж, то есть Доу, чтоб ему пусто было.
Пришлось спать, не спорить же с этим ненормальным.
***
Очередное пробуждение оказалось более приятным. Во-первых, язык почти не болел, хотя и ощущался во рту чужеродно. Во-вторых, никто над Надюшкой не возвышался и не рычал, злобно выкатывая глаза. В-третьих, было светло, а значит можно было осмотреться и попытаться проанализировать сложившуюся ситуацию.
Этим Надежда и занялась. Для начала она посмотрела вверх на потемневший от времени обшитый деревом потолок. Ничего интересного на нем не было, только паутина по углам. Хотя мощные резные балки перекрытий определенно заслуживали внимания. Внутренний Надюшкин дизайнер, который в атмосфере окружавших ужасов съежился и, даже кажется, спрятался в пятки, сейчас встрепенулся, расправил радужные крылышки и нарисовал чудесную картинку. Этот самый потолок, только отчищенный, колорированный гораздо более светлым тоном и возможно даже брашированный. (Брашированием называют метод искусственного старения древесины, подразумевающий использование специализированных инструментов и методик. В основе техники браширования лежит механическая обработка древесины при помощи специальных металлических щеток.) А балки пусть останутся темными. ' Да, получится классно,' - решила девушка и посмотрела направо.
Ничего особо интересного там не наблюдалось. Разве что обшарпанный шкаф, сильно смахивающий на поставленный на попа гроб. Надя похожие только в каталогах романской мебели встречала и всегда думала, что поставить такую жуть у себя в доме может или гот, или фанат графа Дракулы, или законченный идиот.
Разглядывать это мебельное убожество Надюшке быстро надоело, и она повернула голову влево. Там обнаружился упомянутый идиот, вернее Армитидж, который представился Магнусом Доу. Несмотря на все потрясения, имя этого садиста не забылось. И слава Богу, что сейчас он крепко спал, вольготно развалившись на полкровати. Надя боязливо отодвинулась и продолжила жадно рассматривать мужчину. Он был таким красивым расслабленным, таким притягательным. Вот только Надюшка слишком хорошо помнила, как холодны его глаза, не уступающие голубизной стылому январскому небу. Как страшен тихий голос.
' Нет, я не думаю об этом. Не рассматриваю своего палача. Не гляжу на его руки с такими породистыми узкими кистями и пальцами пианиста… Я…' - Надюшку затрясло, она сморгнула слезы. ' Я рассматриваю комнату. И не думаю ни о чем плохом. Может это просто кошмар. Может мне перед клубом кирпич на голову свалился, и я сейчас в реанимации отдыхаю. Как проснусь, а вокруг родные,' - Надя представила свое многочисленное семейство и тихонечко хлюпнула носом, потом вытерла мокрые щеки и продолжила таки осмотр.
Правда глядеть было особо не на что. Обстановка оказалась довольно скудной: уже упомянутый шкаф, напоминающий о бренности всего сущего да пара окованных железом сундуков. Что еще? Подслеповатое оконце, небрежно занавешенное какой-то тряпкой, домотканые половички на полу, нуждающиеся в побелке каменные стены - вот и все пожалуй, а потому, всякий раз обмирая от страха, Надя косилась влево, больно уж привлекательный сукин сын лежал рядом, просто спящий демон какой-то.
О том чтобы сбежать от него девушка и не думала. Был ли это тот самый пресловутый стокгольмский синдром, или для его появления прошло слишком мало времени, она не знала. Но несмотря на давешние рассуждения о реанимации, в Надюшке зрела уверенность, что без спящего красавца, сладко посапывающего рядом, она пропадет. Потому что это ДРУГОЙ МИР.
Коротко и емко. И главное, не вызывает сомнений. Можно конечно обманывать себя, требуя все новых и новых доказательств. А у кого требовать? У этого, мама не горюй, Магнуса Доу? Пнуть его нежненько под ребра и спросить, да? А он как придушит! Или того хуже… ' Нет уж, я себе не враг,' - содрогнулась от открывшихся перспектив Надя. ' Буду реалисткой. Это другой мир. А я попаданка. Блин,' - едва удержалась от нервного смешка она, хотя если бы не сладко спящий под боком садюга кнутобоец, пожалуй не удержалась бы и от полноценной истерики.